Гостеприимство Аркедорума - Артем Бах

Парни без лишних расспросов начали выполнять указания Ани. Чумной Доктор извлёк из перевязанных за седлом лошади походных сумок пару каких-то рваных тряпок, от которых исходил довольно резкий химический запах.

— Обеззараженные, — пояснил Тимур, обратив внимание на моё негодование.

Аня закончила листать книгу и остановилась на одной из страниц.

— И как мы в итоге найдём меч? — неуверенно спросил я у девушки.

— Ты ведь говорил, что он издаёт пронзительный гул при взмахе, верно? — задала она встречный вопрос. Я коротко кивнул в ответ. — Вероятно, он сделан из так называемой поющей стали.

— Я видел нечто подобное в компьютерных играх, но что это нам даёт?

— А то, что поющая сталь резонирует с высокочастотным звуком. Есть у меня одно заклинание, которое позволяет такой звук воспроизвести, но оно может оглушить человека.

— Ну ты же и не на нас его направлять собираешься.

Аня лишь промолчала, не найдясь, что сказать.

— Ты же не собираешься его на нас направлять? — спросил я уже куда менее уверенным тоном.

Волшебница посмотрела на меня виноватым взглядом и сдавленно улыбнулась.

— Стесняюсь спросить, — насмешливо произнёс Кирилл, глядя на меня, — это же твои единственные трусы?

— Нет, призвавший меня хоббит любезно разрешил мне взять пару комплектов запасной одежды, — ответил я. — Что за глупый вопрос?

— Просто удивлён, что ты протираешь такое сокровище в седле: даже столичные портные не шьют мужские панталоны, по крайней мере, для обычных смертных вроде нас с тобой.

— Ну а я просто живу сегодняшним днём, — сказал я, широко улыбнувшись, а затем рыбкой прыгнул в реку.

Получилось не очень удачно, и я приземлился на воду плашмя, распределив удар по всему телу. Впрочем, боли я практически не почувствовал. После драки в Одиноком Пьянице и после всего того, через что я прошёл в день своего призыва, мне начало казаться, что уже ничто здесь не сможет меня убить.

Я устремился ко дну, а тем временем Аня начала чтение заклинания. Через несколько секунд её восклик разнёсся по воде таким высоким и пронзительным звуком, что я ощутил по всему телу сильную вибрацию, а в ушах начал раздаваться звон. Опомнившись, я осмотрелся по сторонам и увидел, как недалеко от меня со дна начали подниматься клубы ила. Я стремительно поплыл к этому месте и уже совсем скоро нащупал трясущуюся холодную рукоять короткого меча.

— Н-ну и х-холод-дрыга, — произнёс я, стуча зубами и пытаясь как можно скорее укутаться в свой походный плащ.

— А ты неплохо задерживаешь дыхание, — похвалил меня Тимур. — Ты провёл под водой почти две минуты.

— Ты же вообще толком плавать не умел, — сказал Кирилл. — Мне кажется, та статуя сделала с тобой что-то странное.

— Нужно будет обязательно узнать об это поподробнее.

— Я уже кое-что смогла разыскать в библиотеке, — заявила развернувшаяся ко мне спиной Аня, стараясь смотреть в противоположную мне сторону. — Согласно книге, описывающей обряды и поклонение разным богам, самые могущественные из них часто наделяют смертных своими дарами. Оркар, бог войны и так называемый Прародитель Ярости, одаряет воинов способностью переступать через лимиты человеческих возможностей. Многие его жрецы наделены внушительной силой, которая обычно даже близко не соответствует их телосложению. Вероятно, нечто подобное произошло с Лео… и с Гигулем.

— Гигуль был опытным воином, так что неудивительно, что безумный Оркар его одарил — рассудил Кирилл. — Может быть, Лёня получил благословение, так как у него есть потенциал стать хорошим бойцом?

— Потенциал, — задумчиво повторил я себе под нос.

— Думаю, всё гораздо прозаичнее, — сказал Тимур, внимательно посмотрев на меня своими карими глазами. — Мне кажется, этот Оркар просто захотел развлечься и понаблюдать за тем, как смертные будут биться насмерть у его алтаря.

Предположение Чумного Доктора показалось мне вполне логичным и обоснованным, но что-то в глубине меня закипало, когда я о нём размышлял. Почувствовав это, я постарался отвлечься и поспешно оделся.

— Давайте отправимся дальше: до Лабиринта осталось совсем немного, — сказал я своим друзьям.

Оглянув напоследок место, где не так давно меня чуть не сожрали две эльфийки, я заметил в зарослях одного из высоких деревьев пару крупных совиных глаз, уставившихся на меня. Я помахал рукой в их сторону, поймав на себе недоумённые взгляды моих товарищей, а затем направился в сторону Лабиринта.

Мы остановились напротив массивных каменных врат, за которыми находился Лабиринт. Изнутри подземелья завывал ветер, проникающий сквозь многочисленные трещины в стенах древнего сооружения и прилегающих к нему пещерах.

— Выглядит немного зловеще, — отметил Кир на удивление спокойным голосом. Я же почувствовал, как у меня затряслись поджилки.

— Сейчас не лучшее время озадачиться этим вопросом, но мы точно можем доверять карте, которую нам предоставил Лиам? — с плохо скрываемым волнением в голосе спросил Тимур. — Она не заведёт нас в ловушку или куда похуже?

— Мы идём сражаться с рыцарем смерти, — сухо напомнила нам Аня. — Карта не может привести нас в место хуже, чем святилище Оркара.

Я вновь взглянул на довольно крупный лист пергамента в своих руках, который весь был исписан многоуровневой схемой из коридоров, лестниц и помещений. Некоторые участки карты были заштрихованы, на некоторых находились пометки в виде крестов, а пара комнат были обведены кругами. Коридоры разветвлялись, сходились вместе, многие заканчивались тупиками, в большинстве которых находились ловушки. Но нас интересовал один отмеченный на карте маршрут, ведущий к злосчастному святилищу.

— Всё отмечено верно, — уверенно сказал я, пытаясь успокоить Тимура. — Я примерно помню путь, и он совпадает со схемами. Нам не составит труда добраться до цели.

— И о ловушках можно не беспокоиться, раз уж маршрут проверен, — добавил Кирилл, надевая на голову шлем. — Остаётся только во второй раз замочить этого дворфа, и дело в шляпе.

— Тебе надо всерьёз поработать над речью, Кир, — строго произнесла Аня. — Она совершенно не соответствует твоему образу.

— Ой, не занудствуй, Ань. На людях я буду толкать пафосные речи, а с вами я могу себе позволить побыть собой.

Волшебница лишь многозначительно вздохнула, а затем подошла к покоящимся на привязи лошадям и наложила на