Лабиринт Аль-Ракса - Виктор Абрамовских

Он не договорил, что «опять», но мы поняли друг друга. Странные сны мне снились с самого осознанного детства — у Высших это почти что с рождения, — но в этих снах я постоянно видел жизнь другого человека. Взрослого и всегда одного и того же. Его звали Андрей.

Странный это был низший. Волосы короткие — так даже низшие не носят. Ну, стараются, по крайней мере. Чтобы вырастить длинные волосы, их надо как минимум мыть. Желательно с дорогими травками, чтобы насекомые не завелись. Но этот низший мылся каждый день, а волосы обрезал. Чудной низший. И мир вокруг чудной. Мир духов, не иначе. Я вообще не понимал, что там творится порой, но во сне мне все казалось логичным и правильным. Я управлял необычной каретой, которая ездила сама, не иначе как при помощи демонов. Занимался алхимией в каком-то большом и грязном дворце, больше похожем на шахту. Там были необычные строения с дверями в Ад, без сомнения, потому что температура там была невероятно высокая. А еще там были большие бассейны с ядовитыми водами.

А еще у меня-Андрея в том замке была своя чистая комната со всякими алхимическими принадлежностями, хотя узнаваемы были только колбы и склянки. Остальные штуки были мне непонятны. Наверное, они тоже содержали в себе магических демонов или духов. Они мигали глазами-огоньками и смотрели на своего хозяина — звали его, оповещая, что выполнили задание. Допустим, они кипятили воду.

Плохо было только то, что когда я рассказал об этих снах-видениях отцу, он почему-то не обрадовался. Внимательно расспросив, что я видел, он велел никому и никогда об этом не говорить. А Миндж будет молчать. Он моя тень и привязан ко мне магически.

Я тоже много думал об этих снах. Наверное, отец был прав. Это сны из мира демонов. И мне было очень страшно. Потому что Великий Сун такое не одобряет. Как бы он не разгневался на меня и не спалил с небес, превратив в горстку пепла. Но отец сказал, что поможет мне. Что к моему совершеннолетию, когда придет время идти в Небесный дворец учиться магии, он избавит меня от демонов. А до этого момента мне нужно молчать.

Потому на заданный Минджем вопрос я только коротко кивнул. Потом протянул руки к свету, омыв их благословением Суна, подтянул к себе пиалу, взял ложку и принялся за еду.

Суп был просто потрясающим! Осьминог был нежнейшим, а сам суп очень густым и сытным, с небольшим количеством чеснока и лимонной травы — ровно столько, сколько нужно, чтобы у супа был нежный вкус. Тут ведь главное — не переборщить с приправами.

М-м-м! Обожаю!

Но я сдержал себя, чтобы просто не наброситься и не выхлебать все до последней капли из тарелки как какой-то низший. Я Высший и уже почти взрослый! Поэтому ел понемногу, стараясь не капнуть. И едва ложка начала касаться дна, отодвинул тарелку.

— Я готов одеться, — кивнул я Минджу.

* * *

— Землетрясение магнитудой девять баллов было зафиксировано сегодня утром и вызвало цунами высотой более пятнадцати метров. Сейсмологи уточнили, что эпицентр землетрясения находился всего в нескольких километрах от побережья Индии. Правительство Индии уже объявило чрезвычайное положение и мобилизовало армию для помощи пострадавшим. Количество жертв пока неизвестно. Каждую минуту поступают новые сводки. Мы выражаем наши глубокие соболезнования семьям погибших и желаем скорейшего выздоровления всем пострадавшим. Телефоны горячей линии вы увидите в бегущей строке.

Я валялся на диване и лениво листал ленту в «Телеге». Фоном работал телевизор, но я его совсем не слушал. В какой момент меня словно что-то толкнуло изнутри. Я замер. Покосился на телевизор, где крутили кадры цунами, снятые на камеры. А потом у меня зародилось подозрение.

Погодите-ка… Тот остров, на который поехали мои, он же… Он же… По спине пробежал холод, а сердце испуганно заколотилось. Где находится тот гребаный остров? Он в Индии? Где? Мозг не мог связать название острова, куда поехали мои, и государства, где этот остров находился.

Схватив телефон, я начал нажимать на звонок Оксане. Мы каждый вечер созванивались по мессенджеру. Я как заведенный жал на кнопку вызова раз за разом, но ответа не было. Оксана была не онлайн. Отшвырнув от себя бесполезный телефон, я вцепился в волосы, уговаривая себя не поддаваться панике, а рассуждать здраво.

Так. Ладно. Сейчас полдень. Может, они на пляже? Не дай бог они там! Там же цунами! Может, Оксана просто забыла телефон? Если их эвакуировали, в толкучке его было бы легко потерять. Может, там просто связь не ловит? Тоже вариант.

Но Оксана не появилась онлайн ни в этот день, ни на следующий.

К тому времени я выпил весь кофе, что находился дома в двух банках. Выкурил все сигареты. Обзвонил все доступные телефоны горячей линии, что, надо сказать, было непросто. В Индию сейчас многие звонили, и связаться было крайне трудно. Конец лета — сезон отпусков, а потому много кто из наших сограждан махнул на юга. Но главное — я смог дозвониться. Быстро, по-деловому, мне сказали, что гражданка с таким именем не обращалась в посольство или пункты помощи. Проверили и сообщили, что ее нет и среди эвакуированных спецбортом.

— Ждите, — бросили мне и отключились.

Чего ждите? Второго пришествия? Телефон я тогда отбросил от себя как ядовитую гадюку. Хорошо, что не в стенку. Погорячился, конечно. Слава богу, телефон отделался только трещиной на защитном экране. Он мне был еще нужен. Вдруг Оксана наконец выйдет на связь, а я телефон расфигачил.

Может, у моих все же получится добраться до безопасного места?

С этой мыслью я вытащил сигарету и пошел варить себе очередную порцию кофе. Нужно принимать решение. Ждать не вариант.

И уже вечером я, не спавший двое суток, с шальными красными глазами и щетиной на осунувшемся лице, вылетел в Индию. Посмотрев на меня, авиакассир побледнела и начала заикаться. Охрана аэропорта с опаской косилась в мою сторону, но не лезла. Другие же пассажиры просто шарахались. Видимо, видок у меня был еще тот, но меня это не волновало. Пусть хоть с самолета попрыгают. Меня интересовал только конечный пункт. Я летел на поиски Оксаны и своих детей. Если бы меня не пустили на самолет, я бы просто угнал его.

Наверное, чем-то таким от меня веяло, потому что охрана меня не трогала. Лишний раз не отвлекала от мыслей и бортпроводница — лишь когда мы зашли на посадку, меня потормошили за плечо и попросили