Медведев. Книга 8. Договор - Гоблин MeXXanik

— А потом? — не выдержал молчавший до того Морозов. — Где он сейчас?

Иволгин пожал плечами. Совершенно спокойно. Словно вопрос не содержал в себе ничего тревожного.

— В город его проводили.

— Кто проводил? — быстро спросил я.

— Те, кого я попросил.

Леший отмахнулся, будто подробности не имели особого значения.

— До самой дороги довели.

Он посмотрел на встревоженных родителей Романа и неожиданно усмехнулся.

— А оттуда он уже сам направился к дому своей зазнобы.

После этих слов на лице Анны Павловны появилось выражение такого облегчения, что я невольно почувствовал укол сочувствия. Похоже, за последние несколько минут женщина успела представить себе самые разные варианты развития событий. И далеко не все из них были счастливыми.

— Он в порядке? Мой сын…

Голос Анны Павловны дрогнул. Но этого оказалось достаточно, чтобы понять, насколько сильно она переживает.

Иволгин перевёл взгляд на женщину. На этот раз в его лице не было ни насмешки, ни привычного раздражения. Напротив, леший неожиданно выпрямился и даже обозначил вежливый полупоклон. Жест выглядел настолько непривычно, что я невольно удивился.

— В его сердце нет тьмы, — произнёс хозяин леса со странным почтением. — Вам не о чем беспокоиться.

Анна Павловна замерла, не сводя с него взгляда.

— Никто из моего клана не обидел его, — продолжил Иволгин. — Если не считать разорванной на колене штанины и поцарапанной ладони, то ваш сын в полном порядке.

Женщина облегчённо выдохнула. Побед осторожно накрыл её руку своей ладонью.

Кажется, только сейчас родители Романа начали по-настоящему верить, что с их сыном ничего страшного не произошло.

— А зачем понадобилась его кровь? — поинтересовался насторожившийся воевода.

Иволгин недоумённо посмотрел на него. Потом хмыкнул.

— Это уж вы у ежа спросите.

На несколько секунд воцарилась тишина. Даже Морозов моргнул с таким видом, будто не был уверен, что правильно расслышал ответ. Леший же выглядел совершенно серьёзным.

— Роман ему на иголки пытался какой-то гриб наколоть.

На губах хозяина леса мелькнула усмешка.

— Вроде гостинец сделать хотел.

Я невольно прикрыл глаза. Почему-то именно такое поведение удивляло меньше всего.

— А зверёк испугался и зафырчал, — продолжил Иволгин. — Вот и…

Он развёл руками в стороны, давая понять, что дальнейшее произошло само собой и его участие в этой истории было минимальным.

— Ёж оказался зверем нервным.

Анна Павловна тихо прикрыла глаза ладонью. Побед кашлянул в кулак. А Морозов неожиданно отвернулся, старательно разглядывая дорогу за калиткой.

Мне же оставалось только мысленно посочувствовать несчастному лесному ежу, который по какой-то причине привлёк внимание Романа Победовича.

— И что ты хочешь за помощь? — спросил Побед, успокаивающе погладив супругу по пальцам.

Анна Павловна заметно расслабилась от этого простого жеста. Не полностью, конечно. Тревога за сына ещё не отпустила её до конца. Но теперь женщина хотя бы знала, что Роман жив, здоров и не лежит где-нибудь посреди чащи на радость местным обитателям.

Иволгин некоторое время молчал. Потом бросил короткий взгляд мне за спину. Настолько быстрый, что я заметил его почти случайно. Невольно обернувшись, я посмотрел туда же. Однако никого не увидел.

Чутьпозади стояли Морозов. Чуть дальше маячил Аргумент, который всё ещё не спешил покидать двор окончательно. Больше там никого не было.

Когда я вновь повернулся к лешему, тот уже смотрел на Победа.

— Ничего из того, на что не имею права, — уклончиво ответил он.

После чего пожал плечами, словно речь шла о сущем пустяке.

— Надо снять с Романа запрет на вход в лес.

После этих слов он посмотрел уже на меня.

— Не знаю как, но сделать это надобно.

Леший говорил спокойно и серьёзно. Словно обсуждал действительно важную вещь.

— Потому как парень, как я понял, решил тут обосноваться.

На губах хозяина леса мелькнула едва заметная усмешка.

— Значит, придётся ему в лес иногда захаживать. Хоть изредка. Хоть одной ногой.

Он вновь пожал плечами.

— А ежели с ним случится беда, то нести за него ответ мне не хочется.

Иволгин замолчал на мгновение. Потом прямо посмотрел на Победа. Взгляд его сделался удивительно открытым.

— И брать долг с древнего дураков нет.

Морозов вопросительно поднял бровь. Леший продолжил так, будто говорил о вещах совершенно очевидных:

— Я ведь не бессмертный. И знаю, что за всё, что ты дашь, с меня потом взыщется.

— Может быть да, — протянул Побед будто бы нехотя. — А может и нет.

На лице Иволгина не дрогнул ни один мускул. А вот в глазах мелькнуло что-то очень похожее на уважение.

— Но ты прав в одном, — продолжил Губов. — Ответ обязательно будет. Но раз ты решил просто помочь моему сыну, то с меня причитается.

Иволгин неожиданно приосанился. Он расправил плечи, словно сбросил с них невидимую тяжесть, стал будто бы немного выше ростом и уверенно шагнул к Губову.

При этом вся его обычная насмешливость куда-то исчезла. Леший протянул Победу руку.

— Мне ничего не стоило отвести его на ту поляну, — произнёс он спокойно. — Но ежели мне станет туго, то я попрошу подсобить. Не откажешь?

Побед без колебаний протянул ладонь навстречу. Мужчины обменялись рукопожатием. А потом встретились взглядами.

Я не смог бы объяснить, что именно произошло в этот момент. Они не произнесли никаких клятв. Не стали обсуждать условия. Не начали торговаться. Но почему-то было совершенно очевидно, что между ними состоялось настоящее обещание. Из тех, которые не требуют свидетелей и громких слов.

— Спасибо вам, юноша, — неожиданно вступила в разговор Анна Павловна.

Иволгин заметно удивился. Кажется, обращение застало его врасплох. Женщина же слегка смешалась под его взглядом, но всё же продолжила:

— Не желаете ли отведать чая? Тут Никифор обещал заварить какого-то особенного…

Она произнесла это с той искренней сердечностью, которая появляется у человека, испытывающего настоящую благодарность. Именно поэтому приглашение прозвучало удивительно тепло. Я невольно посмотрел на лешего. Потом на Анну Павловну. И почти не сомневался, каким будет ответ.

— Думаю, что это лишнее… — начал было я.

— С удовольствием, — внезапно улыбнулся леший.

Я даже моргнул. Потом ещё раз. Просто чтобы убедиться, что мне не показалось.Потому что Иволгин действительно улыбался, а не скалился. От этого зрелища стало даже немного не по себе. Судя по выражению лица Морозова, не мне одному.