Через город вырос лес - Любовь Евгеньевна Абрамова

Ире пришлось ускоренно повзрослеть. Ее папа не задерживался ни на одной работе дольше нескольких месяцев, поэтому мама почти сразу после родов снова начала брать сутки в больнице. С младенцем отец тоже не справлялся: мог забыть разморозить молоко, не догадаться сменить памперс или уснуть рядом с оравшим ребенком под включенный телик. Зато очень гордился наличием сына.

Ира сбегáла домой с последних уроков, быстро научилась стерилизовать бутылочки, искать по распродажам японские подгузники и бороться с коликами. Из компании она выпала почти незаметно – сначала «сегодня не могу», потом «на выходных тоже», потом ее начали стесняться куда-то звать. Занята же. Серьезными вещами, не то что Варя с Егором. К экзаменам Ира готовилась урывками, ЕГЭ сдала плохо. А когда Варя укатила в Питер, Ира пошла работать в «Пятерочку», чтобы помогать маме деньгами.

– Егор сказал, тебе будет удобно водить Вадика в новую школу за Октябрьским, – теперь Варе начало казаться, что в словах Егора был смысл. Она смотрела, как Вадик тащился нога за ногу, очищая банан, пока Ира несла его самокат. По утрам этот героический поход наверняка мог продолжаться часами.

– О да, – с чувством сказала Ира, – вообще, там и сад открыли. Мама обещала перевести Вадика туда. Как представлю – почти за домом! Кайф!

Вадик тем временем принялся ныть, что устал. Ира посадила Вадика на бедро, обхватив одной рукой, другой подхватила самокат и едва не уронила сумку. А Варю неприятно кольнуло – она вспомнила свой праведный гнев на Егора.

– Дай сюда. – Варя забрала у Иры вещи, поразилась тяжести Ириной авоськи. – Значит, это хорошо, что вместо леса построили школу?

Ира посмотрела на Варю с неожиданным сочувствием.

– Мы с тобой вместе подписывали петицию против вырубки, помнишь? – сказала Ира. – Я не думаю, что это хорошо. Но и не плохо тоже. Не знаю как. У меня нет сил об этом думать. А что, вы с Егором из-за леса сцепились?

– Какая ты догадливая, – поморщилась Варя. Ей не хотелось обсуждать Егора при Вадике, который размахивал бананом, заставляя Иру уворачиваться от обслюнявленного кулачка. Вадику хоть и было три года, но уши-то имелись.

Перед самым переходом через Октябрьский Вадик начал ныть, что хочет ехать на самокате. Ира увещевала его:

– Перейдем дорогу, и поедешь.

Но Вадик не унимался, поэтому по пешеходнику шли под вопли. Ира попросила Варю достать из сумки машинку. Варя долго копалась в недрах Ириного багажа, удивилась, увидев лакомства для собак: неужели тоже усмирять Вадика? Не могла же Ира завести собаку…

Варя была рада не меньше Иры, когда они дошли до подъезда, но Вадик захотел сам набрать код, ошибался, не принимал помощи. Потом Варя нажала кнопку вызова лифта, чем спровоцировала новую обиду.

– Может, я пойду? Мы все равно не сможем поговорить, – спросила Варя.

– Сейчас дома ему дам мультики и творожок. И наступит тишина, – пообещала Ира. – Если папа дома, то, может, получится даже сбежать на часок.

Ира смотрела так умоляюще, что Варя не выдержала. В квартире было пусто, Ира побежала включать телик, а Варя разулась и прошла на кухню под звуки заставки «Смешариков». Тут ничего не изменилось. Только на холодильнике были развешены рисунки Вадика и под батареей валялась россыпь из лего. Варя вздохнула с облегчением. Хотя бы Ирина кухня осталась привычной, и вид из окна был тот же, никаких новостроек.

Ира даже переодеться успела – сменила блузку и брюки на спортивные штаны и футболку. Только руки держала за спиной. Варя увидела подарочный пакетик.

– Это тебе, – сияя, сказала Ира. Варя еле сдержалась, чтоб не нахмуриться, – у Иры явно было не так много денег, чтоб тратить их просто так. Но в пакете оказалась всего лишь рамка с фото.

– Это что, девятый класс? Почему я не помню этого позорища? Где надыбала? – Варя уставилась на снимок. Вот она, с распущенными волосами до пояса. Учителя вечно ругались, что Варя ходила растрепой, и обещали пожаловаться маме, благо маму все в городе знали, особенно преподаватели. Но, к счастью для Вари, мама работала в «гимназии», а Варя училась около дома – в «лицее». Поэтому по утрам Варя выходила с косой, которую тут же расплетала и красовалась темно-русыми волнами. Красилась вообще в подъезде. Черный карандаш неизменно обитал в кармане Вариного рюкзака. Сейчас было забавно смотреть на густо подведенные глаза и огромный оверсайз-пиджак, честно говоря – старый папин, он совершенно не сочетался с короткой клетчатой юбкой и массивными кроссовками. Зато Варя считала себя неотразимой.

Ира тоже была на фото – пока не обремененная заботами о брате. Совсем юная девчонка, еще более круглолицая, чем сейчас, черты – мягкие-мягкие. Пушистые волосы забраны в хвост, на запястье – куча запасных резинок. Для Вари, конечно. На случай, если математичка начнет вопить: «Зарецкая! Причешись!» и грозиться позвонить маме. Свои-то резинки Варя вечно теряла…

Вадик прибежал из комнаты, по его футболке расползалась белая кашица, подозрительно похожая на яблочный творожок. Ира закатила глаза.

– На ковер или только на стол? – коротко спросила она. Вадик принялся хлюпать и неуверенно сказал:

– Только стол.

Ира вздохнула, схватила со стола пачку влажных салфеток и увела Вадика в комнату. А Варя продолжила рассматривать подарок.

Рядом с Ирой стоял Егор. Это была едва ли не первая их совместная фотка. Они подружились перед ковидом, потом, когда всех высадили на дистант, Варя начала приглашать Егора к себе – делать вместе домашку. С Егором было гораздо проще вне школьных стен. Он как раз кайфовал от дистанционки. А вот фоткаться не любил. Сутулился, майка с крупными цифрами «42», которую Егор считал очень клевой, свободно висела на плечах, демонстрируя выступавшие ключицы. Он не смотрел в кадр и даже слегка прикрывал очки рукой.

У Вари подкатил комок к горлу.

– Я у Малышева в ВК увидела, помнишь, он нас тогда сфоткал? Пришлось выпрашивать оригинал. – Ира уже вернулась и наклонилась над Варей.

– А, вот почему я не видела эту фотку. Малышев же козел. Я на него не подписана. Не могу вспомнить, как вообще так вышло, что он нас фоткал.

– Посмотри на свой взгляд, и сразу все понятно, – засмеялась Ира.

У Вари на фото, и правда, было выражение лица «не влезай – убьет». Варя присмотрелась к фону – ну конечно же, Спортивная, около теперь уже бывшей музыкалки. Опять тот дом.

– Малышев увидел нас на улице и начал донимать Егора. Вообще, он выложил фотку с довольно оскорбительным комментом насчет Егора. Я, пожалуй, не буду цитировать. Но это реально наша первая совместная фотка.

На Варю накатила злость. Она хорошо помнила, как Малышев шпынял Егора.

– Ты тогда бросилась его защищать, – продолжила Ира, интересно, она понимала, что делала Варе