Последний перевал - Олег Дмитриев

– Какая война? – спросила Ксения, которая, резала лук и, похоже, не слышала разговора.

– Да простая. Вот где смотритель? Нет никого. Куда делся? – поучительным тоном начал говорить Максим. – Непонятно. А вдруг его браконьеры убили, или шатун задрал, или волки? И сейчас они все сюда идут. Вот я вас и буду спасать, считай, как на войне.

– Ага, волк-шатун-браконьер, я бы посмотрела на такого, – засмеялась Лена.

– Не повезет – посмотришь, – ответил Максим, допив чай.

За разговорами время пролетело незаметно. На улице уже совсем стемнело, а ужин на плите был готов. Свет в доме был от аккумуляторов, к которым были подведены энергосберегающие лампочки. По словам экопросвещеника был еще и генератор, но заводить его никто не хотел.

В баню Максим пошел самым последним и один. Он не стал париться, а просто помылся после долгого, пешего перехода. С собой он также взял сайгу, упакованную в чехол, и револьвер, которые он не хотел демонстрировать, а тем более оставлять их в предбаннике при посторонних.

Когда он, одетый в чистое, вернулся в дом, там уже во всю шло веселье. Помывшиеся, поевшие и отдохнувшие студенты смеялись, пели песни, шутили и рассказывали разные истории. Особенно выделялся Евгений, который стоял в центре комнаты и в лицах рассказывал какую-то историю из своей жизни, а остальные за столом просто закатывались от хохота.

Посмотрев на это пару минут, охотник пошел наверх, чтобы убрать грязную одежду и оружие в рюкзак. Ему вдруг стало даже немного завидно от того, как веселятся эти, которых он называл «восторженными». Он сам, конечно, тоже любил пошутить и посмеяться, но так раскованно в абсолютно новой компании он вряд ли смог бы.

Когда мужчина спустился вниз, держа в одной руке бутылку водки, а во второй кусок соленого сала, одобрительными словами его встретили только Женька и Катя. Андрей сразу начал что-то бубнить о вреде алкоголя, а остальные сделали вид, что ничего не замечают. Вся зависть у Максима сразу прошла, они реально были такими себе… Зато Катя и Женя сразу подвинули к нему свои кружки, когда он сел за стол и открыл бутылку.

– Вот с вами мы и отдохнем как следует! Кать, будь добра, нарежь сало и хлеба –весело сказал охотник и налил первую порцию в кружки.

Максим не хотел напиваться, ему нужно было разговорить своих спутников. Человек может очень хорошо скрывать свою истинную суть и мысли, пока трезвый. А когда человек пьет, особенно в душевной компании, ему очень сложно держать то, что у него на уме. А еще у пьяных хорошо видна их сущность, кто они есть на самом деле. Все это очень важно знать, когда ты находишься с людьми в глухой тайге. Нужно знать, на кого можно положиться, а кто гнилой внутри, а кто просто неадекватный и может стать источником проблем.

Несмотря на то, что изначально пить согласились только двое из студентов, причем Катя пила, несмотря на неодобрительное ворчание своего парня, то после третьего тоста уже вся компания придвинула свои кружки, кроме Андрея. И вот совсем скоро в ход пошла уже вторая бутылка. Разговоры и позы стали более расслабленными, что Максиму и было нужно. Он всячески пытался завести разговор о том, кто родители у его компаньонов, но эта тема не находила особого отклика.

– А у меня вот отец тоже все серебро носит, – вдруг сказала Лена, которая умудрилась очень быстро опьянеть, – прям как ты, – и показала пальцем на Максима.

– Да правда что ли? И, может, у него еще и вот такая штука есть? – едва сдерживая радостную улыбку, Максим достал из-под футболки оберег на цепочке.

– Да, есть, он и мне такую же дарил, а я не ношу, не люблю, не хочу. Дарю подружкам, у которых родители бедные и которые не могут себе украшения позволить. Это же несправедливо, да? У одних все есть, а у других нет ничего, – пустилась в пьяные рассуждения девушка.

– Вот ты глупая! Отец стареется, хочет тебе хорошо сделать, украшения дарит, а ты вот так с его подарками, – ответил ей Максим. Теперь он знал, кого ему надо защищать и был рад своему открытию. – А сейчас у тебя есть такое украшение?

– Да пошел он! Нет у меня ничего из того, что он мне дарил! – вдруг резко выкрикнула девушка. – У него денег много, лучше бы на что-то полезное тратил, на лечение больных раком или сиротам помогал. А он весь в делах, вечно в разъездах, деньги зарабатывает, а пользы для людей, для общества никакой.

Максим не стал с ней спорить, ему теперь нужно было с ней дружить, чтобы она была всегда рядом. Она – ключ к тому, чтобы куратор стал его должником.

Из всех не пил только Андрей, который даже отсел из-за стола, но от разговоров не отказывался. Максима радовало, что никто из его спутников не начинал чудить или проявлять агрессию.

Вскоре разговоры перешли на темы разных происшествий и случаев в походах. Участниками некоторых были сами рассказчики, о других они слышали от знакомых. Не обошлось и без рассказа о печально известном приюте «Соколиный», на котором, по словам туристов, до сих пор творится всякая чертовщина и все стараются обходить его. Максим вообще услышал довольно много историй, участником которых он был или читал на форуме охотников. Конечно, туристы их рассказывали совсем с другой стороны, не зная того, что было на самом деле. При этом рассказчики добавляли детали и подробности, которые были исключительно плодом их фантазий.

Подобные истории про оборотней, живых мертвецов, маньяков и тому подобное в доме, которых расположен в глухой тайге, окна которого на две трети завалены снегом, звучат и воспринимаются совсем по-другому, нежели в квартире шумного города.

– А вы знаете историю о Белой девице? – спросил проводник.

Студенты замотали головами и начали просить его рассказать.

– Одной зимней холодной ночью, – тихим голосом начал рассказ Алексей, – мальчик проснулся от того, что его кто-то зовет. Родители спали в соседней комнате. Мальчик решил, что ему все это приснилось, и попробовал уснуть, но ему не спалось. Его что-то манило на улицу. Тогда он встал, оделся, натянул на глаза шапку и вышел на улицу из дома. Была темная ночь, вся деревня спала. Дул сильный ветер и шел снег, который превращался в метель. Среди