Последний перевал - Олег Дмитриев

– Ну, вот теперь мы уже совсем в заповеднике, – торжественно сказал Алексей.

И действительно, окружающий пейзаж немного изменился. Теперь они были среди гор, которые окружали их, одни были ближе, другие дальше. Лес стал гуще, а деревья толще и выше. Было ощущение, что они попали в другой мир, в сказку.

Туристам даже посчастливилось увидеть трех косуль, которые, не особо боясь людей, перебежали им дорогу метрах в ста впереди.

Несмотря на то, что все вокруг было потрясающе красиво: вековые ели, покрытые толстыми снежными шапками, белый снег, искрящийся под солнцем как ковер из драгоценных камней и приятно хрустящий под ногами, чистое синее небо над головами, Максим начал чувствовать какую-то тревогу. Оберег молчал, ничего подозрительного не происходило. Студенты переговаривалась как обычно и фотографировали все вокруг. Но что-то было не так.

Речка появилась неожиданно, деревья расступились, и группа оказалась на берегу. Горные реки редко замерзают и еще реже замерзают полностью. Обычно они не покрываются льдом и зимой. По их берегам нарастают снежные шапки, иногда даже перекидываясь с берега на берег, образуя мосты. Но ходить по этим мостам, конечно же, нельзя, как и вообще опасно подходить к воде близко из-за того, что берег под снегом может закончиться, а снег, лежащий над водой и образовавший козырек, не выдержит веса человека. А искупаться зимой в ледяной воде, это, как минимум, неприятно, а зачастую может быть смертельно опасно.

Тропинка несколько сотен метров шла вдоль речки и ,обогнув скалы-останцы, привела людей к бревенчатому мосту. На другом берегу среди деревьев угадывались очертания строений. Кордон представлял из себя большой добротный бревенчатый дом с мансардой, в стороне от него ближе к речке стояла баня, еще был сарай, совмещенный с дровяником. Самое интересное, на что обратил внимание Максим, это вышка, которая была немного выше деревьев, имела наверху небольшую площадку под крышей и антенну. От вышки к дому шел провод, видимо, для радиостанции.

– Ну, вот мы и пришли, – сказал Алексей, когда вся группа перешла через мост, – первый кордон.

– А что-то кордон у вас какой-то нежилой, – ответил ему Максим.

Действительно, дыма из трубы не было, все двери строений закрыты. Свежих следов нет, только старые. На удивление не было собаки, даже будки.

– Да, странно, нас должны были ждать. – не скрывая удивления, ответил проводник – Сейчас разберемся.

Алексей подошел к двери дома и постучал. В ответ была тишина. Дверь оказалась заперта на врезной замок. Проводник скинул свой рюкзак и, пошарив рукой над притолокой, достал оттуда ключ, которым он легко открыл дверь. Внутри все было в порядке, только пусто. Дом был холодным, видно, что его несколько дней не топили.

– Это у вас на всех приютах ключи на притолоке хранятся? – спросил Максим, зашедший следом.

– На кордонах, а не на приютах, – поправил его экопросвещеник. – А вообще да, по инструкции с собой смотрители ключи не должны брать, когда идут на обход. А то потеряют где-нибудь и не смогут в дом попасть.

– Надо будет запомнить, – сказал охотник.

Подойдя к столу, проводник взял в руки записку, на которой было написано: «Рация сломалась, похоже, аккумуляторы, пошел на второй кордон». Дальше стояла дата. Судя по ней, смотритель ушел два дня назад. Максим выглянул из дверей. Студенты безмятежно осматривали территорию, фотографировались, записывали видео, и их нисколько не волновало, что поход уже пошел не совсем по плану. Выйдя на улицу, Максим громко сказал:

– Это теперь мой дом, – чем вызвал недоуменные взгляды остальных компаньонов.

– Ага, а кордон теперь мой! – усмехнулась Елена. – Теперь давай с остальных деньги за ночлег брать?

– Да, начинай собирать, – ответил охотник, взял свой рюкзак и пошел наверх, в мансарду, где, как он уже понял, располагалась общая спальная комната. Ему нужно было без лишних глаз быстро переодеться и спрятать пистолет, с которым теперь он точно не намеревался расставаться даже на ночь.

На улице уже начало темнеть, когда вся группа расположилась в доме, сняла мокрую от снега и пота одежду, повесив ее сушиться. Печка была затоплена. Парни отправились топить баню, а девушки готовить ужин. Алексей оказался умелым организатором и быстро распределил обязанности.

– Я пойду прослежу, чтобы они баню не спалили, а ты давай тогда тут командуй, – сказал он Максиму, стоя на пороге дома.

– Не вопрос, – ответил охотник.

Дом не представлял собой ничего особенного, напоминал обычный туристический приют, только построен был добротнее. Первый этаж состоял из двух комнат: общей, в которой была кухня с умывальником, газовой печкой и длинным столом с лавками, и комнатой смотрителя. В его комнате были кровать, письменный стол, на котором лежали журналы, и стол, на котором стояла радиостанция. Судя по всему, рация действительно не работала. Максим не был связистом и определить причину поломки не мог. На стене около рации висела карта заповедника, на которой были отмечены все кордоны и другие интересные точки, охотник сфотографировал ее на телефон. На втором этаже, куда вела деревянная лестница, была одна комната с деревянными нарами, на которых уже были разложены вещи туристов. Еще под лестницей на второй этаж располагался люк, ведущий в подпол, который служил кладовой, в ней хранился запас продуктов.

– А у тебя в родне цыган не было? – спросила Лена, чистящая картошку.

– Ты это с определенной целью спрашиваешь или из-за дефицита внимая общения просишь? – ответил Охотник.

– Так ты весь в серебре как цыган, вот мне и интересно, – съехидничала девушка.

Если изначально почти все студенты пытались обращаться к Максиму на «вы», то после дневного перехода, разговоров и его просьбы общаться с ним на «ты», Елена начала общаться с ним как с ровесником. Остальные тоже перешли на ты, но все равно чувствовалось, что они общаются с ним как со страшим.

– Так цыгане носят золото, а не серебро, – ответил Максим, отпив чай из кружки, – поэтому, мадмуазель, вы мимо со своей шуточкой.

– Ну и все же, зачем столько украшений? – не унималась девушка.

– А вот для привлечения вниманий таких, как ты, молодых и глупых, – ответил Макс.

– Судя по тебе, глупость с возрастом не проходит, если ты считаешь, что такие как я могут купиться на такую безвкусицу, – немного обиженным тоном огрызнулась девушка.

– И вообще, почему вы ничего не делаете, ни нам, ни парням не помогаете? – встряла в разговор Катя, которая все еще иногда, видимо, на автомате обращалась к нему на вы.

– Как