Граф Суворов. Книга 19 - Иван Шаман

— Не торопитесь, ваше величество, до этого ещё очень далеко. Сумеем удержать страну от полномасштабной войны, уже хорошо. — вздохнул посол. — Всё же, подумайте о том, как политически правильно обыграть отступление. Пока мы в Стамбуле, это объединяет разные противоборствующие партии внутри халифата.

— А не окажется так, что мы отступим, и о своей победе заявят англичане, полностью нивелировав все наши успехи и введя в город свой флот?

— Такая возможность присутствует, — нехотя кивнул Рюмин. — Но по-моему, любой худой мир лучше доброй войны.

— Именно для этого мы и взяли город, — ответил я. — Пока наша эскадра там, война будет проходить на чужой территории. Они это понимают. Стоит нам отступить, и мы окажемся зажаты внутри собственных границ. А в случае начала войны будут гибнуть наши мирные граждане.

— А их граждан вам не жаль? — чуть улыбнувшись, уточнил Рюмин.

— Совершенно. Пусть об этом у халифа голова болит, — отмахнулся я.

— В таком случае я рад доложить, что пока война не объявлена, и мы изо всех сил вносим раздор в стан врага. Неделю, может, даже две точно выиграем, — вздохнул Сан Саныч. — Но не больше. И если цель — занять Стамбул без войны, вряд ли нам удастся её выполнить в текущих условиях.

— А если на нашей стороне будет альянс из Индии, Китая и Германии? — уточнил я.

Брови графа медленно поползли вверх.

— Я поговорил с принцами и принцессами и передал предложение о формировании Евразийского Альянса.

— Учитывая наши торговые соглашения с Китаем и вашу дружбу с индусами, может получиться, — осторожно заметил Рюмин. — Но неужели вы решились на союз с Бурбонами? Я имею в виду брачный.

— Нет, пока решил обойтись без таких крайних мер, — с усмешкой ответил я.

— В таком случае союз будет неполноценным, — покачал головой посол. — На европейском театре мы окажемся в одиночестве, а ваши дальние друзья не окажут нам быстрой и посильной помощи. Придётся воевать самим… разве что мы не найдём союзников ближе. Только вот это игра на чужом поле.

— Кого вы имеете в виду? — уточнил я.

— Грецию и Болгарию, — ответил посол, чуть подавшись вперёд. — Если нам в самом деле удастся перетянуть их на свою сторону во время переговоров, Единая Монархия лишится своих главных козырей. Но у этих стран нет своего полноценного флота. Разве что… вы договорились с Константином?

— Пока нет, — теперь настала моя очередь нахмуриться.

— Простите, ваше величество, но вы обязаны это сделать до того, как начнутся боевые действия, — настойчиво проговорил Сан Саныч. — В любом виде. И если Болгария окажется за нас и первая вступит в бой, это лишит франков политического рычага. Тогда им придётся давить уже внутри Лиги Наций.

— Болгарский представитель был одним из свидетелей нападения на мирную делегацию при возвращении пленных. Они и так на нашей стороне.

— Возможно, слишком явно и без прямой выгоды для себя. А вот возвращение исконных болгарских земель — хороший стимул, — уже уверенней сказал Рюмин. — И вряд ли кто-то, кроме вас, сможет убедить в этом Константина.

— Это может сделать его отец, всё ещё служащий моим главой внешней разведки.

— Нет, нет и ещё раз нет. Это совершенно иное! — запротестовал посол. — Вы, как правитель одной державы, должны заключить с ним, как с правителем другой державы, соглашение о союзе. Подписать его официально, после чего уже с готовым соглашением обратиться к королю Греции. Даже две этих страны, сообща дадут нам достаточный вес в совете Лиги Наций, чтобы частично нейтрализовать союз Единой Монархии.

— И чем это нам поможет?

— Ха… Что же, пожалуй, вы не зря оставляете себе именование граф Суворов, — хмыкнул Рюмин, покачав головой. — Союзы — крайне хрупкая вещь, зиждущаяся на совместной выгоде, уверенности в легитимности собственных действий и интересах политических группировок.

— Правитель может принимать решение и без оглядки на аристократию.

— Конечно, кто бы спорил, — усмехнулся посол. — Да только выполнять их будут в четверть силы, если не саботировать. У вас сейчас максимальная лояльность населения и большей части аристократии, вы можете не беспокоиться о подобных мелочах. Но тому же королю Болгарии, которого многие считают пришлым, придётся лавировать.

— Значит, личная встреча и подписание… — задумчиво проговорил я. — Хорошо. Это давно нужно было сделать, но мы, наоборот, дистанцировались, показывая, что они полностью самостоятельны и суверенны.

— Прямой договор, переговоры и политический процесс докажут это куда лучше, чем вмешательство родственных связей, и тем более просьба от друга, — заметил Рюмин. — В прошлом году вы лично посещали Софию, исцеляли людей. Возможно, и в этом стоит сделать так же?

— Да. Возможно. Тем более что у Константина родился сын, нужно его проведать, посмотреть, как там малыш, — согласился я.

Багратион-младший сумел раскрыть третий глаз, как и большую часть остальных чакр, так что с минимальным лечением и вливанием праны в собственного ребёнка проблем у него возникнуть не должно. Но если Айо прав, и это вредит развитию малыша, а не помогает…

— С Павлом, королём Греции, тоже стоит встретиться лично. У них с Османской империей не закрытый территориальный спор, и именно они настаивают на разделении империи. Поэтому и поддержали наши претензии после битвы у Батуми, — пояснил Рюмин. — Вот только делать это лучше с делегацией и полным соблюдением всех формальностей. А у нас штат урезан.

— Если вы уверены в ком-то из своих учеников, что им можно доверять столь сложные и ответственные вещи, а главное — что они не будут за вашей спиной играть против России…

— Под личную ответственность? — хмыкнул посол. — Хорошо, ваше величество. Я составлю список тех, кому могу доверять и кто достаточно компетентен, чтобы заниматься таким сложным вопросом. Ну и запросы на переговоры я подготовлю лично. Хотелось поспать перед следующим раундом, но это важнее.

— С вами в качестве телохранителей находится несколько братьев ордена Сынов империи, — вовремя вспомнил я. — Распоряжусь, чтобы они пришли и напитали вас силой. Не лечебная процедура, но поможет несколько дней продержаться в рабочем темпе и