В группе риска - Стелла Римингтон
Немного восстановив равновесие, подчинив себе грозовые тучи, она поставила маленький, связанный ершиками амулет, на холодильник. Он был очень легкий, самым тяжелым ингредиентом был воск. Она почтительно уложила взрывчатку на верхнюю полку. Проделав это, вышла черным ходом и спустилась на галечный пляж, где неподвижно стояла, опустив руки по бокам. Ветер швырял волосы ей на лицо.
Глава 37
– Говори, – велела Лиз, запахиваясь в куртку от ветра, который бился в дверь телефонной будки. Она уже в седьмой раз перезванивала Джудит Спратт.
– Пока ничего.
– Что с женщиной из Бата?
– Салли Мадден? Она провела вечер и ночь убийства в городе Фроум с другом, у которого заболела собака.
– Проверили?
– Друг все подтверждает, и ветеринар из Фроума вспоминает, как они вдвоем принесли пса к нему в операционную около пяти. А судя по твоему прошлому звонку, женщина, которую мы ищем, в шесть покупала бензин на заправке в Норфолке.
– Черт. Черт! А другие… те, кто живет один, например? Что с ними? И с теми, кто покупал подарки к Рождеству?
– Все могут подтвердить свое местопребывание в то или иное время вечера или ночи. Или их встречали у «Евростара» чуть раньше, и встречающие могут поручиться, что они не брали машину в аренду.
– Ладно. Прежде чем ты начнешь проверять француженок и не гражданок ЕС, пожалуйста, сделай кое-что для меня. У тебя есть копия списка пассажиров?
– Да.
– Отлично. Вычеркни всех пассажирок нужной возрастной группы, которых уже проверили.
– Вычеркнула.
– Сколько осталось?
– Из тех, кому от семнадцати до тридцати с небольшим – около двадцати не гражданок ЕС: американок, австралиек и так далее – и пятьдесят с чем-то француженок.
– Откуда ты знаешь, что они француженки?
– Что ты имеешь в виду?
– Как ты отделила француженок от британок, когда впервые читала список?
– В основном по имени.
– Не по паспорту?
– Нет, и британки, и француженки значатся как гражданки ЕС[2].
– Ясно. Проверь француженок; постарайся найти имя, которое не является французским. Возможно, оно английское. Можешь заняться этим сейчас?
– Да, сейчас и займусь… Так… Есть некая Мишель Алтарас… Клер Дазат… Адриенн Фантони-Бризар… Мишель Жилабер… Мишель Крават – уже три Мишели… Софи Ле-кок… Софи Лемассон… Оливия Лимузен… Люси Рейно… Рита Совайон… и Анна Матье. Вот и все.
– Проклятие. Все имена явно французские. А может, там произошла ошибка или среди них есть англичанки?
– Ни одно из имен не производит впечатление английского.
Лиз молчала. Мысль о том, что придется просить полицию, с помощью Отдела расследований проверять еще пятьдесят с лишним человек, возможно, с помощью переводчиков, граничила с отчаянием.
– Не гражданки ЕС, – сказала она наконец. – Сколько у нас там женщин подходящего возраста?
– Девять австралиек, семь американок, пять японок, две южноафриканки, две колумбийки и одна уроженка Индии.
– Японок не трогай. Постарайся найти и обзвонить остальных. Все они должны подробно рассказать, как проходили таможенный досмотр на вокзале Ватерлоо. Нас интересует английский акцент, понятно? Помнишь, я говорила, что у нашей дамочки «среднеаристократический» выговор? Полиция должна как можно скорее проверить любую, которая подходит под это описание. И еще кое-что… Зашифруй и перешли мне на электронную почту весь список пассажиров, разделенный по возрасту, полу и национальности. И подготовь группу, которая будет работать сегодня ночью.
– Будет сделано!
Десять минут спустя, в 14:30, Лиз сидела в своем номере в «Трафальгаре» и просматривала список на ноутбуке.
«Что мы упустили? – спрашивала она себя, глядя на экран. – Что мы упустили?! Где-то в этом аккуратном черно-белом списке имеется имя невидимки».
Думай. Анализируй. Почему она въехала в страну под собственным именем?
Потому что на этом настояли те, на кого она работает – ячейка или группировка. Они бы не рискнули использовать фальшивые документы и подвергнуть риску всю операцию, если в том не было абсолютной необходимости. Потому что важнейшая составляющая невидимости – прозрачность.
Зачем брать машину в аренду, предъявив краденые права?
Затем, что, как только она прошла иммиграционных чиновников и оказалась на территории страны, у нее с операцией не должно быть ничего общего. Она связная. Даже если засекут машину, невозможно найти человека, который брал ее в аренду. Женщина может предъявлять свои настоящие документы, когда и где ей будет удобно. Если бы не Рэй Гантер, план был бы идеальным. Однако Гантер дал себя убить, и с того момента все посыпалось…
Но недостаточно быстро. Еще может произойти то, что задумала террористическая ячейка. Прав ли Маккей? В самом ли деле они собираются напасть на одну из американских баз в Марвелле, Лейкенхите или Милденхолле? С одной стороны, военные базы – очевидная цель, как символы ненавистного военного союза США и Великобритании. Но Лиз видела планы баз; у них огромная территория. К ним невозможно подобраться близко, особенно сейчас, когда и военные, и полиция повысили статус безопасности до красного. Какого рода атаку способны предпринять два человека? Застрелить нескольких охранников издалека из снайперской винтовки? Ударить в ворота из гранатомета? Такое возможно, однако очень трудно. Исполнители будут немедленно уничтожены, а прессу и близко туда не подпустят, поэтому эффект будет минимальным.
Может быть, взорвут бомбу? Но как ее доставить? Все входящие грузы – бейсбольные биты, запчасти для автомашин и даже булочки для гамбургеров – просвечивают рентгеном или осматривают вручную. Ни одна машина, которая выезжает за пределы базы, не остается без внимания. Ни одну не бросают без присмотра достаточно надолго, чтобы можно было закрепить на ней взрывчатку. Все подобные сценарии подробнейшим образом разыгрывались военно-воздушными силами Великобритании, военной полицией и спецназом ВВС США.
Нет, сказала себе Лиз. Лучше подойти к задаче с другого конца. Найти женщину. Схватить ее. Остановить!
Она посмотрела на монитор, и в голову ей пришла мысль. Может, Клод Лежандр ошибался? Может, та, кого они ищут – француженка, но бегло говорит по-английски?
Логика отметала это предположение. Лежандр каждый день сталкивался и с английскими, и с французскими клиентами – день за днем, месяц за месяцем, год за годом. Он наверняка подсознательно отмечал каждый крошечный нюанс произношения. Акцент, интонация, манера держаться, стиль… Если он утверждает, что та женщина англичанка, Лиз склонна ему верить. К тому же работник заправки назвал ее выговор «среднеаристократическим»…
Та женщина выглядела