Искатель, 2012 №2 - Татьяна Косова

— Да, в общем, не такие уж и нечестные, — пояснил его русский спаситель. — Я их не украл и не присвоил. У полиции ко мне не может быть претензий. А вот у налоговой полиции — совсем наоборот. Может быть, частично у моего партнера.

— Я понял. — Цескас поднялся и что-то сказал по-гречески подбежавшему официанту. — Конечно, мы с вами уже немного приняли, но все-таки это надо будет отметить. — И, немного помолчав, добавил как-то жестко: — Мне вас просто Бог послал, господин Андрей. Просто Бог послал.

Пьер Безухов позвонил своему клиенту, Иннокентию Петровичу Хохолку, и, когда тот приехал, подробно рассказал ему то, что удалось узнать. Пришлось взять с него слово, что обстоятельства дела останутся между ними, но в умении Хохолка держать язык за зубами Пьер нисколько не сомневался.

— Это все, и, боюсь, вам это вряд ли чем-то поможет, — закончил он. — Так что я своей функции не выполнил, порадовать вас нечем.

— Разве вашей функцией было меня порадовать? — спокойно спросил клиент. — По-моему, вы как раз все выполнили. Ведь я вам что поручил? Разобраться с наследством и доказать, что никакого наследства не было. Вы это сделали. А радует меня это или нет — мои проблемы.

— Ну да, ну да, — промямлил Пьер. Он знал, что за этим последует.

— Остается убийство, — подсказал Хохолок. — Должен ли я заявить, что первое дело закончено? Или, может быть, нужно что-то подписать?

— Ничего не требуется, — сказал Пьер. — Видите ли, я никогда не расследую убийств. Ну, я не берусь за такие дела, понимаете?

— Конечно. Но и вы учтите обстоятельства. Ведь вы знакомы с делом, как никто другой. И насколько я понимаю, вы не можете даже ввести в курс этого дела другого следователя, поскольку обещали Мажинскому помалкивать о том, что он вам рассказал. Со своей стороны, я помню ваши требования и первым делом информирую обо всем полицию. Они ведь не против того, что вы работаете параллельно?

— Нет, — тоскливо признал Пьер.

— Ну вот видите. Что нужно сделать? Уплатить?

— Одну минуту.

Оставив клиента в одиночестве, Пьер отправился к Дупляичеву. У него кто-то сидел, так что маленький сыщик был вынужден вызвать его на минутку в коридор и рассказать о сути дела.

— Что ж, продолжайте работать, — посоветовал шеф. — В том, что сказал этот тип, много правды — ведь вы и в самом деле уже в курсе всех обстоятельств. Пусть заплатит, и заведите отдельное дело. Или вы считаете это неправильным?

— Да. Считаю. Эти дела взаимосвязаны достаточно тесно.

— Хорошо, тогда пусть доплачивает. Доплачивает, поскольку возникла необходимость в продолжении дела в связи с вновь открывшимися обстоятельствами.

Дупляичев был непревзойденным мастером бюрократического жаргона. Это всегда восхищало Пьера. Он был бы совсем не прочь овладеть подобными навыками, они могли очень и очень пригодиться, когда надо было, например, отвязаться от неприятного клиента... вроде Хохолка.

— Хорошо, — вздохнул он и вернулся к себе. Иннокентий Петрович невозмутимо сидел на месте и ждал.

— Сколько? — спросил он, когда Пьер передал ему слова начальства.

— Не знаю, это вам скажут в бухгалтерии. Это еще не все, Иннокентий Петрович. У меня к вам просьба, мне нужна ваша помощь, если вы не против.

— Как же я могу быть против? Ведь это же я заинтересован в раскрытии дела, а?

— Ну конечно. Так вот...

И Пьер рассказал про выставку и про рукопись. Вдаваться в сложные взаимоотношения Терезы и трех подруг он не стал, просто пояснил, что возникло недоразумение, которое надо бы прояснить.

— Она придет сегодня к восьми пятнадцати, чтобы посмотреть рукописи в запасниках. Я хотел бы, чтобы вы тоже были там, если вы не заняты.

— Я не занят, — сказал клиент. — Не занят. Не знаю, поможет ли это, возможно, вы торопитесь со своими подозрениями, но мне в любом случае будет интересно взглянуть на эти рукописи. Так что можете на меня рассчитывать.

Пьер продиктовал ему адрес выставки и наконец спровадил Иннокентия Петровича. Во всем надо находить хорошие стороны, уговаривал он себя. Вот, к примеру, Хохолок. Один костюм чего стоит! Этот клиент ему ужасно неприятен, но зато когда он наконец уходит — радости-то сколько!

Пьер пока не знал, что именно в этот день он наконец найдет тот путь, который поведет его к раскрытию тайны, но настроение у него все равно было приподнятое. Он хотел прийти на выставку пораньше, чтобы самому там все осмотреть уже в свете новой информации, полученной от Серафимы, но до вечера собирался еще встретиться с Глебом. Ему был не совсем понятен механизм, который использовал покойный Цейский, чтобы перевести деньги на имя молодого грека... как его? Маленький сыщик посмотрел в свои записи. Андреас Заскеу. А банкир, конечно, сможет помочь, хотя бы высказать какие-то предположения.

В другое время это доставило бы ему несколько неприятных минут. Ведь он обещал Мажинскому помалкивать и уже рассказал историю (правда, в общих чертах) Хохолку, а теперь еще выложит ее своему другу! Но он, как уже сказано, находился в приподнятом настроении, поэтому легко разрешил эту моральную дилемму. Ничего страшного! Цейский, увы, погиб, его смерть надо расследовать, ради такого святого дела тайны можно пустить побоку. Да и Глеб никогда в жизни не проболтается.

Когда он поднимался по ступенькам небольшого паба, который они на сей раз выбрали для встречи, зазвонил телефон. Пьер посмотрел на экранчик — Муслим.

Следователь кратко сообщил ему, что врачи уверены: Званцев и Цейский погибли от руки одного и того же убийцы.

— А тебе — спасибо и поклон, — добавил он. — Если бы не ты, вряд ли мы связали бы убийство Цейского и выставку эту.

— И тебе тоже спасибо. — Пьер лихорадочно размышлял. У Муслима свои возможности, которых нет и не может быть у частного сыщика. Его можно попросить выяснить все о банковских счетах Цейского. Но нет, вот ему он никак не может рассказывать правду о наследстве — всему есть предел! Официально наследство это в полном порядке, так что полиции тут делать нечего, а если рассказать все как есть — бог знает, что они предпримут. В налоговую сообщат? С другой стороны, что толку, если Цейский мертв? Станут трясти наследников? Заберут у Иннокентия Петровича деньги, которые Цейский уже успел вложить в компанию в качестве своей доли? Ну нет, он, Пьер, должен блюсти прежде всего интересы своего клиента. Даже такого, как Хохолок.

— Где искать будешь? — спросил он вслух.

— Подумаю. Есть идеи?

— Да я даже не знаю.