Звезда за облаками - Artyr Gor

— Спасибо вам огромнейшее, режиссер-ним! — Со Ын отвесила глубокий поклон.

Когда служебный «Старекс» увозил уставшую, но абсолютно счастливую Со Ын и радостную Мин А обратно в Сеул, Мин А не переставала эмоционально жестикулировать:

— Со Ын-а! Это был невероятный день! Твой первый дебют — и сразу в культовой криминальной комедии Чан Джина, в одном кадре с Вон Бином и Шин Хён Джуном! Это феноменальный старт! Ещё две сцены с Вон Бином и в театре и ты свободна. Когда будут снимать узнаем позже. Пока отдыхай.

— Мин А-ни… А когда начнутся съёмки для MBC? Тот школьный сериал «Первый звонок весной», где меня утвердила сценаристка Пэк Е Чжин?

Мин А повернулась к ней, поправляя очки:

— А вот с MBC история особая. Производственный отдел телеканала официально утвердил перенос основных съёмок этого школьного сериала на зимние каникулы — на январь следующего года.

— На зимние каникулы? Почему? — удивилась Со Ын.

— Из чисто практических и логистических соображений! — пояснила Мин А. — По сюжету там действие происходит в элитной частной школе. Чтобы не мешать реальному учебному процессу и спокойно использовать все корпуса, классы и школьный двор для съёмочной группы, телеканал арендовал всю территорию школы именно на период зимних каникул. Так что осенью ты спокойно отучишься первый семестр, а зимой мы заходим на масштабные съёмки. А пока — нас ждут новые контракты, показы и съёмки в детективе на SBS!

Поздно ночью, вернувшись в свою прохладную каннамскую квартиру, Со Ын приняла душ, надела белую хлопковую футболку, старый подарок с Чеджу и вышла на балкон. Ночной Сеул дышал теплом августовской ночи, тысячи огней горели на горизонте, а где-то вдали шумел бесконечный поток машин.

Девушка опёрлась о перила балкона, вдохнула ночной воздух и тихо произнесла:

— Артём… Это было потрясающе. Я сегодня впервые почувствовала, что такое настоящая магия кино.

В её сознании раздался мягкий, тёплый, глубоко человечный и абсолютно родной голос Артёма:

— Я тоже это почувствовал, Со Ын-а. Знаешь, смотреть на тебя через твои же глаза, когда горят софиты, работает камера и вся группа дышит в одном ритме — это непередаваемое чувство. Ты была сегодня лучшей на этой площадке. Ты настоящая актриса. Отдыхай, малышка. Впереди у нас с тобой еще очень много великих побед.

Со Ын улыбнулась, посмотрела на звёздное небо над Сеулом и тихо шепнула:

— Спасибо тебе, Артём. За то, что ты всегда рядом.

Она вернулась в комнату, легла на широкую, мягкую кровать и мгновенно погрузилась в глубокий, спокойный и счастливый сон. Первые шаги на большой кинематографической сцене Кореи были сделаны — уверенно, блестяще и ярко.

Начало положено.

Августовский зной над Ильсаном и не думал спадать. В съёмочном павильоне № 4 киностудии Sidus Corporation, расположенном на окраине города, гудели на пределе мощности массивные системы принудительной вентиляции. Однако даже они не могли полностью спасти съёмочную группу от тяжёлого, раскалённого воздуха, насквозь пропитанного характерными запахами эпохи до цифрового кино: затяжным дымом канифольных дым-машин, мелкой гипсовой пылью от декораций, пудрой из гримёрных кейсов и стойким жаром от разогретых докрасна металлической арматуры киловаттных софитов ARRI.

После успешной и эмоционально напряжённой съёмки первого эпизода, где героиня Со Ын приходила к киллерам с предложением «заказать» своего школьного учителя, режиссёр Чан Джин скомандовал двухдневный перерыв на глобальную перестановку декораций и перенастройку световых схем. Операторская группа под руководством выдающегося мастера Хон Кён Пё скрупулёзно выставляла громоздкую 35-миллиметровую камеру ARRIFLEX 435 возле узкого, заваленного распечатанными схемами, дискетами, шлейфами и разобранными деталями системных блоков уголка. Это была персональная «база» Ха Ёна — самого младшего из четырёх братьев, роль которого исполнял молодая, но уже невероятно популярная звезда корейского экрана Вон Бин.

По сюжетной линии фильма «Болтающие киллеры» Ха Ён — самый юный, технически подкованный и неисправимо романтичный член этой необычной криминальной команды. Пока его старшие братья в соседней комнате эмоционально спорят о морали, профессиональном кодексе, корейских традициях и сумме полученного аванса, именно Ха Ён искренне сочувствует пришедшей юной школьнице. Он берётся отслеживать маршруты, расписание и график движения её жестокого учителя английского языка через доступные ему компьютерные базы данных и пиратские сети.

Со Ын сидела на высоком раскладном гримёрном стуле у самого края съёмочной площадки, где стояли напольные вентиляторы. Пожилая женщина-гримёр аккуратно промакивала специальной салфеткой её лоб и виски, чтобы снять легкий жирный блеск, а костюмер в очередной раз расправляла строгий воротник её школьной блузки.

— Так, Со Ын-а, слушай меня внимательно, — в её мыслях, задорно и с лёгкой иронией, зазвучал знакомый голос Артёма. — В первой сцене мы дали зрителю абсолютный ледяной холод, травму и психологический абсурд. Теперь режиссёр хочет сыграть на контрасте. Твоя героиня — мрачная, властная девочка, но она прекрасно понимает, что этот парнишка-компьютерщик — единственный, кто искренне на её стороне. Она остаётся серьезной по сути, но ради дела и из благодарности позволяет себе с Ха Ёном крошечную капельку женского обаяния. Только не переигрывай: один мимолетный полувзгляд, одна тёплая улыбка — и Вон Бин в кадре должен окончательно поплыть.

— Поняла тебя, Артём, — мысленно, с теплотой отозвалась Со Ын. — Сделаем всё в лучшем виде. Я покажу ему ту самую искру что ты просишь.

Едва прозвучала команда к завершению репетиции света, как Со Ын моментально преобразилась. Тяжёлая, ледяная и отстранённая маска «мрачной школьницы» сбросилась с её лица сама собой, уступив место её настоящему, живому и жизнерадостному характеру. Девушка легко поднялась со стула, одарив уставших осветителей, помощников оператора и рабочего по реквизиту такой искренней, лучезарной и весёлой улыбкой, что люди на площадке невольно заулыбались в ответ, расправляя затёкшие спины.

— Отдыхаем еще десять минут! — громко объявил Чан Джин, затягиваясь сигаретой у контрольных CRT-мониторов. — Вон Бин, Со Ын-ши, ко мне! Обсудим сцену!

Вон Бин, сидевший за пузатым 15-дюймовым монитором Samsung SyncMaster, поправил свой лёгкий свитер и смущённо поднял глаза на подошедшую Со Ын. В реальной жизни, вне объективов кинокамер, он был достаточно скромным, воспитанным и даже немного стеснительным парнем, несмотря на свой вспыхнувший статус главного красавца страны.

— Со Ын-ши, ты просто потрясающе отыграла вход в первой сцене, — вежливо проговорил он, чуть покраснев и почесав затылок. — Я за монитором сидел и прямо запереживал, что на твоём фоне буду выглядеть слишком суетливо и неубедительно. Твой взгляд — это нечто.

— Что вы, Вон Бин-ши! — Со Ын весело и звонко рассмеялась, слегка наклонив голову набок, отчего её