Никто не узнает - Юлия Амусина

— Что?.. — ахнув, переспрашиваю я, не ожидая ничего подобного.

— Что слышала, — голос отца звучит жестче. — Ты моя дочь, и мне небезразлично, что ты активно пытаешься загубить свою жизнь. Приди в себя, Нелли. У вас с Филом прекрасные отношения, вы отличная пара, и я не понимаю, почему ты решила пойти на поводу у этого парня. Фил злится на тебя, но если ты немедленно возьмешься за ум, позвонишь ему и попробуешь все объяснить, думаю, у тебя получится это исправить, ведь он любит тебя.

— А что, если я не хочу?.. — прикусываю язык, но поздно.

— Что — не хочешь? — суровеет отец.

— Ничего исправлять. Что, если я не хочу налаживать отношения с Феликсом?

— Ты меня очень расстроишь. В таком случае, я сделаю все сам. За тебя.

— Поговоришь с Филом вместо меня? — с нервным смешком предполагаю я.

— Не с Филом. С его отцом. Если ты помнишь, мы с ним очень хорошие друзья.

— Ты все это не серьезно, — в изумлении качаю головой, хотя он и не может меня видеть.

— Я серьезно, дочь.

— Да ты послушай себя!.. — я вскакиваю, теснее сжимая айфон в ладони. — Что ты делаешь, пап? Для чего ты все это делаешь? Чтобы окончательно все испортить? Что, если я не хочу твоего вмешательства?

— Потом ты будешь благодарить меня за то, что я не дал тебе натворить глупостей, — сухо отрезает папа.

— Не буду! Ничего не буду, вот увидишь! Ни слова благодарности за это ты от меня не дождешься, папочка! И убери, наконец, своего дебильного охранника!! — кричу так, что Сергей, конечно, прекрасно меня слышит, но мне наплевать. Хотя обижать парня почему-то не слишком хочется, в конце концов, он не виноват в том, что мой папочка слишком вольно себя ведет и считает, что может грубо вмешиваться в мою жизнь, перекраивать ее на свой лад в угоду собственным желаниям, не спрашивая о моих. Сергей всего лишь исполняет приказы начальника. — Убери своего Сергея, — повторяю на пару тонов тише. — Убери его. Иначе я в самом деле что-нибудь сделаю!

Швыряю айфон на постель и, закусив губу, сажусь туда же.

В одном папа прав — мне необходимо поговорить с Филом, и не по телефону, а лицом к лицу. Потому что так больше не может продолжаться, я не могу бесконечно ему лгать в провальных попытках выставить себя в лучшем свете. Я устала делать вид, будто все хорошо, и мы еще можем залатать дыру в наших отношениях. Ни черта мы не сможем. Она слишком большая, ее ничем уже не заделать. И как бы ни хотелось моему отцу, нам с Феликсом не остаться вместе. Я больше не хочу этого.

Я… люблю… другого.

Как никогда ощущая в себе столь необходимую решимость для разговора с Филом, звоню ему, но он сбрасывает мой звонок. Я не сдаюсь, пытаюсь еще раз связаться с ним, и сквозь бесконечные гудки он все-таки берет трубку.

— Что тебе нужно? — с нарочитой ленцой в голосе спрашивает он, и я чувствую, как сжимается сердце в преддверии того, что нам еще предстоит обсудить.

— Фил, нам нужно встретиться.

— Ни к чему.

— Нет, есть к чему, — возражаю. — Ты должен меня выслушать. Я не хочу, чтобы между нами оставались недомолвки.

— А я не хочу тебя видеть, — холодно парирует Фил.

— Нам все равно придется встретиться и поговорить.

— Может быть. Но не сейчас. Сейчас я не хочу тебя видеть, — с настойчивостью повторяет он.

— Феликс, я…

— Нель, завязывай! — вдруг вспылив, бросает мне Фил. — Ты думаешь, мне так просто тебя слушать? Да меня уже от одного твоего голоса корежит, детка. И нет никакого желания слушать твои байки, что бы ты там ни придумала. Поэтому…

— Фил, послуш…

— … заношу в ЧС твой номер, детка. И тебя. И сваливаю в отрыв, потому что меня все достало. И ты достала. Ты мне осторчертела со своими сказками и своим придурочным братцем, Нелька! Делай че хочешь, но только где-нибудь подальше от меня.

Кажется, он в самом деле заносит мой номер в черный список, потому что следующие мои вызовы сбрасываются сами собой, Фил больше для меня недоступен. Сжимаю в ладонях нагревшийся айфон со странным ощущением, будто очередной этап моей жизни незаметно для меня подошел к концу. Собственно, оно так и есть.

Значит, разговор с Филом придется отложить до того момента, пока он сам не будет готов продолжить.

* * *

За неимением другого занятия мы с Сергеем негласно заключаем временное перемирие и усаживаемся вместе смотреть телевизор. Пульт у него, поэтому на экране преимущественно боксерские поединки разной степени жесткости, которые вызывают у папиного охранника почти неприкрытый восторг. Мне скучно, но я зачем-то продолжаю наблюдать за происходящим на ринге, время от времени косясь на телефон и на занятого Сергея. Он выглядит по-настоящему увлеченным, но нет сомнений, что стоит мне подняться с места, как его внимание переключится уже на меня.

Спасибо, папочка.

Я вздыхаю.

И в этот момент оживает мой телефон. Едва не подпрыгиваю на месте от нетерпения, увидев на экране номер Стасона и, шикнув на Сергея, ухожу к себе в комнату, где первым делом закрываю дверь.

— Слушай, я поговорил со своим друганом, ну, я рассказывал тебе… — начинает Стас вместо приветствия. — Он сказал, что в принципе может запрячься по твоей теме, но чтобы понять, сможет ли он реально что-то сделать, ему нужно видеть твой телефон.

— Мой? — зачем-то переспрашиваю я.

— Ну а чей же? Тот, на который поступают звонки.

— Хорошо, без проблем. Ты знаешь, где я живу?

— Откуда бы?

— Запиши, — диктую Стасу адрес. — Вы сегодня приедете? Когда вас ждать?

— Вечерочком, Нель. Друган с работы возвращаться будет и заскочит за мной, а там уж мы сразу к тебе.

— Твой друг работает? — удивляюсь я. Почему-то неведомый «друган» Стаса представляется мне таким же, как сам Стас, который к работе имеет весьма посредственное отношение.

— А че б нет?

И правда.

— Ладно, Стас, я буду вас ждать.

Возвращаюсь в гостиную к Сергею, машинально отметив, что он убавил