Заноза для Ромашова - Маргарита Светлова

— Так, это тоже давай сюда… — процедила она сквозь зубы, выхватывая карты из сумки. — Думаешь, я позволю тебе вынести что-то из квартиры моего сына?

— Одна из них — моя личная карта. Отдайте вон ту, синюю, — ответила я, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Я завела её до брака с Антоном. Там только мои деньги, которые я заработала сама.

Она смотрела на меня с подозрением, сжимая карту в руке. Я протянула руку, чувствуя, как внутри всё дрожит. Ещё немного — и я разрыдаюсь у неё на глазах.

— Отдайте, пожалуйста. Это не имеет отношения к вашему сыну.

Я видела, как она сомневается, но потом, видимо, решила, что я действительно не вру, и сунула мне карту в руку.

— Забирай. Но если узнаю, что там деньги моего сына, я найду способ тебя наказать, — пригрозила она.

Я убрала карту в сумку. Теперь осталось забрать ключи от моей квартиры. Я подошла к ключнице и, открыв дверцу, сняла свою связку ключей.

— Ключи верни на место!

Я повернулась к ней.

— Это ключи от моей квартиры. И прекратите на меня орать. Думаете, раз мои родители погибли, за меня заступиться некому?

— Ты мне ещё и угрожаешь! — охнула она.

— По-моему, этим занимаетесь именно вы. Я лишь прошу прекратить меня оскорблять.

— Хамка. Кольцо сними, — рявкнула она, глядя на обручальное кольцо на моём пальце. — Это тоже не твоё.

Я смотрела на неё, чувствуя, как внутри всё леденеет. Это был символ нашей любви, Антон подарил его мне. Но я не могла и не хотела с ней спорить. Медленно, с трудом я сняла кольцо с пальца и положила на тумбочку. И тут я вспомнила о своих конспектах и ноутбуке. К сожалению, его мне купил Антон.

— Мне нужно забрать свои конспекты и рюкзак. — Я сделала шаг в сторону гостевой спальни. Там Антон поставил мне стол, чтобы я могла спокойно заниматься.

— А ну стоять! Я тебе сама всё сейчас принесу, нечего тут шастать по квартире моего сына.

— Мне ещё нужно скачать на флешку информацию с ноутбука.

— Ноутбук сын покупал?

Я кивнула.

— Тогда я тебе ничего оттуда скачивать не позволю. Мало ли что там.

Я проглотила предательский ком и опять промолчала. Мать Ромашова ушла в комнату, послышался шум бумаг. Я прикрыла глаза, уговаривая себя не сорваться и не наорать на неё. Она вернулась и сунула мне рюкзак в руки.

— Держи. Всё, что было на столе, тут.

— У меня в ящиках ещё методички остались и…

Но она меня перебила.

— Новые купишь. Всё, убирайся отсюда. Если узнаю, что ты крутишься возле моего сына, я, не раздумывая, отнесу компромат на тебя в полицию.

Я ничего ей не сказала, обулась и вышла из квартиры, чувствуя, как за спиной захлопывается дверь. Я с минуту стояла на лестничной площадке, пытаясь прийти в себя. Прикрыв глаза, прикоснулась рукой к своему животу. Ну и пусть вышвырнули ни с чем, зато самое ценное никто у меня не сможет отнять.

Дальше я действовала на автомате: спустилась по лестнице, вызвала такси. Возле подъезда было много народу, стояла грузовая машина, и ещё одна перекрыла въезд к дому — явно кто-то переезжал. Поэтому такси подъехало немного дальше от дома Антона. Сев в машину, я назвала свой адрес и невидящим взглядом уставилась в окно.

Мир словно потерял краски. За что она так со мной? Я же ей слова плохого не сказала, молча проглатывала её колкости. А она… Пришла и вышвырнула меня, как грязную тряпку. Я прижала к себе сумку и рюкзак и почувствовала в кармашке пакетик с тестом. Хотела пойти с ним в магазин, чтобы купить подходящую коробочку. Даже как-то легче стало оттого, что они ничего не узнают. Хоть тут повезло.

Я не помню, как добралась до своей квартиры. Зашла внутрь и сползла по двери — на меня словно какой-то ступор напал. Не знаю, сколько просидела так, а потом словно прорвало. Слёзы лились ручьём, я не могла их остановить. Всё, что произошло, было ужасно. Но я знала, чьих это рук дело, — Ирины. Она сделала это. Она убедила мать Антона, что я грязная, лживая, опасная. И теперь я даже не знала, смогу ли когда-нибудь отмыться от этой грязи.

Оставалось одно — научиться жить без Антона.

— Господи, что же мне делать?

Я боялась за ребёнка, который рос внутри меня. Боялась, что Ирина или её подельники могут мне навредить, если я не исчезну из его жизни. Боялась за Антона. Неужели мне опять придётся пуститься в бега?

Я тряхнула головой.

Ну уж нет, в этот раз я поступлю иначе. Никаких больше игр в прятки. У меня есть тот, кто может защитить Антона. Пусть муж сестры и будет, как всегда, меня ругать. Ну и что, к этому я уже привыкла. Главное — результат и то, что я больше не одна. А насчёт нас с Антоном… Если откажется от меня, ну что ж, значит, и не любил он вовсе. Не буду унижаться и умолять принять меня обратно.

У меня теперь есть для кого жить.

С этими мыслями я встала, на автомате разделась и буквально рухнула на кровать. Мне нужно было отдохнуть и успокоиться. Теперь я должна заботиться не только о себе, но и о малыше. Я закрыла глаза и, видимо, настолько была морально измотана, что даже не заметила, как сон сморил меня.