Инженер из будущего. Книга шестая - Максим Черный

Максим перечитал письмо, затем ещё раз пробежал глазами последние строки. Три пушки. Это уже было не обещание на будущее, а вполне конкретный результат. Теперь главное, чтобы башня соответствовала требованиям и не пришлось переделывать половину конструкции из-за несовпадения размеров.

Он позвонил Кучеренко.

Тот пришёл быстро, всё ещё держа в руке какие-то чертежи.

— Грабин готов передать пушки. Три образца. Нам нужно подтвердить точные размеры башни.

— Размеры у нас есть. Снимали с макета. Если ничего не изменилось, можно отправлять.

— Тогда отправляй, также скажи, что насчет эжектора полностью поддерживаю. И готовь башню к обработке. Как только получим первую отливку, будем растачивать погон и готовить посадочные места.

Кучеренко кивнул.

— Сделаем.

Он забрал необходимые бумаги и вышел. Максим остался один. Подошёл к окну, посмотрел на заводские корпуса. В третьем цехе шла работа. Печи были установлены, оборудование запускали и проверяли, специалисты осваивались на новых местах.

Письмо Грабина означало, что работа над новым танком постепенно переходила к следующему этапу. Однако Максим не позволял себе радоваться раньше времени. Пушка могла быть готова, но её ещё предстояло установить, проверить и испытать в составе машины. А для этого требовалось довести до ума башню.

Он вернулся к столу и занялся текущими делами. Их, как всегда, хватало.

Первая башня

Первую башню отлили примерно через две недели.

Подготовка оказалась куда сложнее, чем при изготовлении пробной болванки. Формовщики собирали многосекционную форму, проверяя размеры и соединения. Стерженщики занимались внутренними полостями. Термисты готовили оборудование для последующей обработки. Каждый этап требовал внимания, и любая ошибка могла испортить результат всей работы.

Максим старался заглядывать в цех каждый день. Он видел, как люди устают, как спорят над чертежами, как снова и снова перепроверяют расчёты. Иногда ему казалось, что работа движется слишком медленно. Но стоило вспомнить первую плавку, и он понимал: другого пути нет. Нельзя освоить сложное производство одним приказом.

Когда форму наконец подготовили, приступили к заливке. Расплавленный металл пошёл внутрь медленно и равномерно. Инженеры следили за температурой и скоростью заливки, контролировали каждый этап. В цехе старались не шуметь без необходимости. Все понимали, что сейчас решается судьба первой настоящей башни.

После заливки началось самое неприятное: это ожидание.

Металл остывал несколько дней. Никто не мог ускорить этот процесс без риска испортить отливку. Рабочие продолжали заниматься другими задачами, но разговоры о башне то и дело возникали снова. Каждый хотел знать, что получится, когда форму наконец раскроют.

Максим тоже ждал. Он не говорил об этом вслух, однако понимал, насколько важен результат. Если отливка удастся, можно будет переходить к механической обработке, установке пушки и дальнейшим испытаниям.

Наконец настал день, когда форму начали раскрывать.

Рабочие снимали секции осторожно, стараясь не повредить отливку. Постепенно из-под формовочной смеси показался серый металл. Перед ними лежала башня: обтекаемая, с ещё тёплой поверхностью. На ней были неровности и раковины, но главное было в другом: отливка состоялась.

Башню изготовили здесь, в Красноярске, в начале 1942 года.

Максим подошёл ближе и провёл ладонью по металлу. Поверхность была шероховатой и ещё сохраняла тепло.

— Есть, — сказал инженер.

— Есть, — повторил Максим.

Он не стал произносить длинных речей. Все и без того понимали, что произошло. До этого момента башня существовала в расчётах, чертежах и разговорах. Теперь она лежала перед ними, настоящая, тяжёлая, сделанная на новом производстве.

Но на этом работа только начиналась. Предстояло обработать отливку, подготовить погон, выполнить отверстия и посадочные места, проверить размеры. Затем нужно было установить пушку и провести испытания.

Максим повернулся к Кучеренко.

— Сколько времени на обработку?

— Неделя. Может, две. Нужно расточить погон, обработать посадочные места, просверлить отверстия. Потом всё промерить и проверить, чтобы никаких сюрпризов не было при установке пушки.

— Начинайте.

Кучеренко коротко кивнул и сразу направился к рабочим. Те уже готовили башню к следующему этапу.

Максим вышел из цеха. На улице светало. Мороз по-прежнему держался под тридцать, но он почти не обращал на него внимания. В голове складывалась следующая последовательность работ: обработка башни, установка пушки, проверка механизмов, испытания. Одновременно шла работа над двигателем и подвеской.

Теперь у них действительно было то, с чего можно было начинать сборку нового танка. Не только чертежи и расчёты, а реальные узлы и детали.

Оставалось соединить всё вместе и проверить, что получится.

Дома

Вечером Максим вернулся домой позже обычного. Наталья ждала его на кухне. На столе стоял ужин, под лампой лежала аккуратно сложенная салфетка. Дети уже спали.

— Ты сегодня совсем поздно, — заметила она.

Максим снял шинель, повесил её и сел за стол.

— На заводе задержался. Башню отлили.

Наталья не сразу поняла, о чём он говорит.

— Какую башню?

— Для нового танка. Первую.

Она посмотрела на него внимательнее. В её взгляде смешались усталость и гордость. За последнее время Максим почти не бывал дома, и Наталья давно привыкла к тому, что завод занимает все его время.

Максим поужинал, выпил чаю и лёг спать. Но сон не шёл. Он лежал в темноте, глядя в потолок, и снова прокручивал в голове последние дни. Прибывшее оборудование, монтаж печей, первая плавка, письмо Грабина, башня.

Первая башня.

Всё это ещё предстояло довести до ума. Отливка требовала обработки, пушку нужно было установить, а затем проверить всю конструкцию. Впереди оставались испытания и неизбежные проблемы, которые обнаружатся только в работе.

Максим закрыл глаза, пытаясь хотя бы немного отдохнуть. Завтра снова предстояло идти на завод. Там уже ждали новые задачи, и никто не собирался делать ему скидку на усталость.

Новый день

Утром Максим снова отправился на завод.

Работа продолжалась. В цехах гремели станки, рабочие занимались своими делами, инженеры проверяли чертежи и готовили следующие операции. В третьем цехе приступили к обработке башни. Теперь требовалось выдержать размеры, подготовить посадочные места и убедиться, что всё соответствует расчётам.

На западе продолжались бои. Там, за линией фронта, грохотали пушки, шли атаки и контратаки, люди каждый день погибали, защищая страну. Здесь, в глубоком тылу, война выглядела иначе, но от этого не становилась менее тяжёлой.

Максим хорошо понимал простую вещь: без тыла не будет фронта, а без фронта не будет победы. Каждая печь, каждая отливка, каждый новый станок в конечном счёте должны были работать на одну цель.

Поэтому он продолжал заниматься заводом. Не потому, что не знал усталости или никогда не сомневался. Просто понимал, что остановиться сейчас нельзя.

Первая башня была готова к обработке. Следом предстояло установить пушку, собрать остальные узлы и провести испытания. До готового танка оставалось ещё немало работы, но теперь это была уже не отвлечённая идея.

У них появился реальный результат, который можно было потрогать руками.

И Максим собирался довести дело до конца.