Призрак Сталинграда 7 - Рафаэль Дамиров
Ростовцев перевёл предложение. Фогель немного подумал и кивнул Штайну:
— Хорошая мысль. Подготовьте.
Потом Рудольфу доложили, что у отряда оставалось треть ящика трофейной взрывчатки.
— Слишком мало, — озадаченно чесал затылок здоровяк Густав Штайн. — На весь дом не хватит. А так бы можно было сюрприз устроить…
— Устроим, — заверил Рудольф и распорядился подготовить к подрыву сарай за домом и вывести провод в котельную.
— Зачем нам сарай взрывать? — не понял Густав.
— Когда противник займёт дом, скажем, что подвал заминирован. А взрыв сарая заставит их поверить.
— Тогда обязательно пойдут проверить и подвал, — снова с самым уверенным и знающим видом заспорил тот.
— Под обстрелом вряд ли смогут сделать это быстро. Но посмотрим по обстановке.
Ростовцев снова перевёл распоряжения Фогеля. Вениамин помолчал, затем спросил:
— А Книппер с Эбертом? Они ведь там останутся, пока штурмующие не подойдут вплотную?
— Да. Заманят их в дом и выберутся через подвал по подземному ходу.
— Опасное дело, — тихо сказал тот. — Я однажды тоже оказался в таком положении.
Ростовцев ничего не ответил. Он поднялся, взял автомат и направился к выходу. Нужно было незаметно проверить машины. До сих пор их прятали в развалинах в полукилометре от дома, чтобы случайно обнаруженная техника не выдала расположение отряда. Теперь всё было наоборот: дом обнаружили, и следовало позаботиться о том, чтобы противник не вышел на спрятанные машины. Без транспорта отряд далеко не уйдёт.
* * *
Под покровом ночи Ростовцев занял позицию в развалинах двухэтажного кирпичного здания. От второго этажа сохранилась часть стены с оконными проёмами, за одним из которых он и устроился. До убежища их отряда было около двухсот пятидесяти шагов. Левее, на соседнем бугре, виднелась обгоревшая баня, где засели люди из ягдкоманды. Правее возвышалась водонапорная башня, на которой находились Штайн и Ламмерс.
За ночь он основательно продрог, особенно мёрзли пальцы на правой руке. Приходилось время от времени прятать ладонь под мышку, чтобы вернуть чувствительность.
Вениамин устроился рядом, за соседним простенком, и наблюдал за домом через бинокль в утренних сумерках.
И тут со стороны соседнего бугра прогремел винтовочный выстрел. Чучело на водонапорной башне дёрнулось и повалилось. Ламмерс, как и договаривались, вовремя потянул за верёвку.
— Клюнули! — довольно прошептал Вениамин, не отрываясь от бинокля.
Вскоре из оврага начали подниматься солдаты в белых маскировочных костюмах. Ростовцев насчитал около двадцати человек. Ещё одна группа, поменьше, появилась с северной стороны. Штурмующие быстро продвигались к дому. Ростовцев держал их на прицеле, но огня не открывал. По замыслу Фогеля, не следовало мешать противнику занять дом.
Книппер подпустил наступавших поближе и открыл огонь из пулемёта. Несколько коротких очередей заставили солдат залечь. Штурмующие ответили огнём, а часть из них под прикрытием товарищей продолжила продвигаться к стенам дома. Ростовцев держал наступавших в поле зрения оптического прицела, но палец снял со скобы. Преждевременный выстрел мог выдать их позиции за пределами дома и сорвать замысел Фогеля.
У восточной стены прогремел взрыв. Заколоченное окно разнесло вместе с досками, а вскоре таким же способом вскрыли ещё одно. Вслед за этим в дом полетели гранаты. Пулемёт Книппера больше не стрелял.
Егеря поднялись и двинулись к крыльцу. Вторая группа уже подобралась к чёрному ходу. Ростовцев наблюдал, как штурмующие исчезают внутри здания. Оттуда донеслись автоматные очереди, затем прогремел ещё один взрыв, уже где-то в глубине дома. Спустя некоторое время на крыльце появился солдат и замахал рукой в сторону бугра.
Вскоре из-за обгорелой бани вышел офицер и направился к дому. Ростовцев, осторожно передвинув руку, одновременно поймал его в перекрестье оптического прицела. По шинели и офицерской портупее он сразу определил, что перед ним командир, но разглядеть знаки различия на таком расстоянии не удалось. Человек прошёл около сотни шагов, когда навстречу ему выбежал унтер-офицер. Увидев, как тот остановился перед ним и начал докладывать, Ростовцев понял, что наблюдает за командиром штурмовой группы.
— Это их главный, — тихо произнёс Куницын, наблюдая за встречей в бинокль.
— Похоже, — согласился Ростовцев.
Расстояние позволяло стрелять уверенно, цель была открытая. Он уже положил палец на спусковой крючок, но вовремя остановился. Убить командира сейчас означало сорвать всю операцию. Штурмующие могли отступить, а Фогелю нужно было, чтобы они остались в доме.
По уговору первым должен был открыть огонь Штайн с водонапорной башни. Остальным предстояло вступить в бой по его сигналу, когда противник окажется в ловушке.
Унтер-офицер что-то доложил командиру, и тот повернулся в сторону котельной. В следующую секунду с башни ударил пулемёт Штайна.
Пулемётная очередь взметнула снег между баней и бугром, отрезав офицеру путь. Тот сразу бросился на землю. Унтер-офицер тоже залёг, а затем пополз к крыльцу, тогда как его командир попытался вернуться к своему укрытию.
Ростовцев снова поймал унтер-офицера в прицел и, наконец, выстрелил.
Тот дёрнулся, завалился набок и остался лежать неподалёку от крыльца. Ростовцев не стал проверять результат и перенёс прицел на следующую цель. Выстрел, и второй егерь, что пригнулся за крыльцом, свалился.
Почти одновременно из сарая, где засели Фрике и Лукас, ударил второй пулемёт. Очереди прошлись по дороге, перекрывая противнику путь к отступлению. Из окон захваченного дома ответили автоматным и винтовочным огнём. Несколько солдат, ещё остававшихся снаружи, бросились к ближайшему укрытию — к дому, скрылись внутри. Теперь большая часть штурмующих была собрана в доме, под перекрёстным огнём.
— Мышеловка захлопнулась! — не удержался Куницын.
Обороняться из захваченного дома оказалось непросто. Окна, через которые егеря ворвались внутрь, выходили в сторону оврага, а с противоположной стороны проёмы оставались заколоченными. Верхний этаж был разрушен, и вести оттуда огонь тоже не представлялось возможным.
Штурмующие попытались выбить доски и устроить огневые позиции, но каждый, кто показывался в проёмах, попадал под прицельный огонь Ростовцева. Двое солдат выскочили из дома и побежали к сараям. Штайн ударил по ним с водонапорной башни, и оба упали, не добежав до укрытия. Ещё один попытался выбраться через чёрный ход. Его достал пулемет Лукаса из сарая.
Позже Ростовцев узнал, что Книпперу, едва он закончил с самой важной миссией и показал ягдкоманде, что в доме якобы весь отряд, удалось выбраться через подземный ход в котельную. Пулемётчик вышел один, оглушённый взрывами, с оружием и весь в крови. Да ещё сумел подорвать за собой лаз. А вот Эберт, прикрывавший его отход, погиб в подвале. Одна из гранат, что бросил противник, взорвалась рядом, он не успел добраться до лаза.
Тем временем бой продолжался. Противник укрылся в захваченном доме, но выбраться наружу не мог.