Питер - Ал Коруд

Пелагея осеклась и тут же вспомнила, кто на самом деле это легендарный человек, что сделал этот отдел одним из самых важных на Русском севере.

Седых задавала вопросы за всех.

— Вы нас окончательно запутали. Сначала мы вышли на след шаманов, затем старинного божества. Да, возможно, мы ошиблись, но постоянно работали и искали. Зато здесь окончательно перекрыли канал через границу. Сейчас вы говорите, что мы опять не правы и нужно искать иголку в стоге сена. Но есть хоть какая-то конкретика?

Петерсон совершенно не изменился в лице и оставался невозмутимым. Хотя вопрос оказался поставлен жёстко.

— Мы ищем. Пока даже вы находите лишь косвенные улики.

— Подождите, — вмешалась в разговор Трескина, — а почему вы всё-таки отвергаете скандинавский след?

— Я обратился напрямую к Петеру Юханссону. Он самый большой специалист по старинной мифологии Фенноскандии. Он и выразил общее мнение их службы.

Путяшная наморщила лоб:

— Это вы о главе шведской Symbaroum?

Седых перевела на неё недоуменный взгляд:

— Можно не для посвящённых?

Глава питерского филиала Опричнины вздохнул:

— Уже посвящённые. Дело обретает международный оборот, так что ваше расследование получает статус «I плюс».

— Опачки!

Наталья и в самом деле здорово удивилась. Она никогда не участвовала в оперативных мероприятиях даже по статусу «I минус». Вторая степень допуска — это их потолок. А тут они разом перескочили две ступеньки секретности. И у неё захватило дух от перспектив. После им могли поручить дело любой сложности в любой точке России — да и за её пределами точно. И если она права, то у них уже есть репутация у такой старинной службы, как Symbaroum, уходящей корнями во времена вендельской культуры. Что, правда, они тогда расследовали, было неясно. Разборки между богами? Седых покосилась на подругу. Вот Пелагея не видела в сложившейся ситуации ничего особенного — как будто так и надо! Ловцы многозначительно помалкивали. Возможно, они работали с дрянью и похуже. Их полувоенный статус обозначал закрытие любой информации — клещами ничего не выжмешь. Но как боевики они были первостатейными. Это капитан признала сразу.

— Яков Валерианович, тогда, может, введёте нас в общий курс дела? — Путяшная вцепилась в обозначенный шанс всеми коготками. Перейти разом от бытовухи на международный уровень! Кто об этом не мечтает?

— Введу, Забава Никитична. На самом деле со многими подобными службами и агентствами в окружающем мире мы продолжаем сотрудничество. Только сейчас чаще в неформальной обстановке. Даже с английским «Особым отрядом 9» контакты не прекращаются ни на день.

— Ого! Я грешным часом считала, что всё.

Петерсон успокоил Седых.

— Политики приходят и уходят, и их интересы зачастую никак не пересекаются с общими запросами человечества. И такое началось даже не позавчера. Вспомним хотя бы Крестовые походы и случившийся после накат ересей и восточных сект в Европе. Самый показательный случай — орден тамплиеров. Во что он превратился в землях древнего Леванта.

— Хотите сказать, что там есть умные и порядочные люди? Только почему они нам не помогают?

Глава Питерского филиала мягко усмехнулся:

— В рамках возможного.

— Руководство в курсе?

— Вот это уже не ваше дело. Действуйте в рамках задания.

Седых эта реплика не понравилась. Она жёстко поинтересовалась:

— Подождите, тогда зачем им мы?

— Не им, товарищ капитан, — осадил опричницу Петерсон, — а обычным людям! Уберут нас — настанет хаос. А он не нужен никому. Это, если вы помните общие наставления, почти случилось во времена Третьего Рейха. Гитлер наобещал новым хозяевам мира с три короба, но затем полностью окунулся в мир оккультики и чуть не утянул туда половину мира.

— Именно тогда был составлен знаменитый Договор в Ялте?

— Да, — Петерсон откинулся в кресле, — вас этому учат при начальной подготовке. В большей части стран Европы уже имелись собственные службы вроде нашей. Некоторые, как Инквизиция, невероятно стары. Но их разделение по государствам, а также устаревшие взгляды на религиозные конфессии уже не раз приводили в прошлом к величайшим неприятностям. Достаточно вспомнить политику Кромвеля, когда различного рода сектанты, переселявшиеся в американские колонии скопом, получили от него помощь и одобрение. Они же утащили в новые земли кучу старинных культов, уйдя от рук справедливого правосудия.

— Что не мешает американцам считать себя примерными христианами.

— Да пущай их! Они ведут себя как дети. Но отсутствие настоящих священников и намоленных церквей помогает беглецам из Европы прятаться на просторах США. В итоге сами создали себе кучу проблем. Хвала богам, что океан пока нас защищает.

— Вернёмся к нашим баранам, Яков Валерианович.

Глава филиала сморщился и с неудовольствием глянул на Поляницу. Что за привычка прерывать старших? Затем он вспомнил, что говорила его подруга Геронна Михайловна об этих двух опричницах, и передумал фыркать. В конце концов, это по её наводке он их пригласил и оказался прав. Вряд ли кто иной из Петербурга смог бы так быстро взять след и выйти на невероятное. Они — будущее их Службы Государевой. Потому он качнулся в сторону экрана:

— Что вам так интересно?

— Насколько сотрудничество с коллегами из Европы поможет нам именно в этом деле?

— Хорошо, расскажу, что смогу, — Петерсон успокоился. Эти северянки менее эмоциональны, чем другие, и больше заточены на практичность — тоже неплохое качество. — Юханссон обещал в ближайшее время поднять на ноги всех знатоков Старой Европы. У него есть личные контакты в Ирландии, Бретани, Норвегии и Голландии.

— Неплохо!

— Англичане палки в колёса ставить не будут?

— У них и у самих нарисовались нехилые проблемы. На прошлой неделе какие-то сволочи с Сити организовали кражу кельтских доримского ещё периода артефактов из королевского казначейства.

— Так может…

— Эту версию также проверяют. «Особый отряд 9» недаром свой хлеб ест. Но давать информацию нам они могут лишь опосредованно — в тамошнем правительстве нынче одни балбесы и упыри. Но мы пока больше склоняемся к финскому следу. Только те не выходят с нами на контакт.

— Шаман, получается, из числа финских сотрудников?

Петерсон разинул рот, но возразить Трескиной ему нечем. Путяшная блеснула глазами:

— Поэтому он так хорошо знал традиции саамов, и у него имелся доступ к самым подробным материалам. Как и к горе Кольвосенваара — туда ведь также необходим допуск.

—