Тайна спящих детей - Марина Исайр

Кот медленно моргнул, но никакого другого знака не подал.

— Если Вы поняли, положите лапу на мою руку, — продолжил я, протягивая ладонь и окончательно смиряясь с тем, насколько нелепо выгляжу.

Моррис опустил взгляд на мои пальцы, некоторое время обдумывал просьбу, а потом аккуратно положил сверху переднюю лапу.

— Кажется, он понял, — сообщил Дамиан, в голосе которого всё-таки прозвучала улыбка.

— Благодарю за наблюдение, Кроу, — ответил я, не поднимаясь. — Моррис, когда увидите свет или услышите мой голос, ведите Лилию туда. Если она не захочет идти, можете укусить.

Кот тихо мяукнул и выпустил когти, слегка царапнув перчатку.

— Последняя часть распоряжения ему особенно понравилась, — заметил Дамиан, отступая к внешней линии.

Магистр закрепила золотистую нить на ошейнике Морриса и передала другой конец мне. Она оказалась почти невесомой, но под пальцами чувствовалось слабое биение, похожее на слишком частый пульс. Вальд тем временем проверил зеркальные пластины, попросил убрать защитный колпак с колокольчика и повернулся к Эстерии.

— Вы создали первый отпечаток? — спросил он, придвигая артефакт к краю стола.

— Да, — призналась она, не решаясь приблизиться. — Колокольчик принадлежал Лиаму, но зов вложила я.

— Значит, только Вы можете освободить след добровольно. Когда проводник подойдёт к обратному проходу, Вам придётся отказаться от зова и разбить колокольчик.

Эстерия побледнела и прижала скованные руки к груди.

— Если я уничтожу его, связь с Лиамом исчезнет.

— Ради спасения Лилии связь должна исчезнуть, — Дамиан подошёл к столу и снял защитный колпак. — Вы уже заставили сына возвращаться столько раз, что он перестал помнить собственное имя. Пора позволить ему уйти.

— Вы не понимаете, чего просите, — Эстерия посмотрела на потемневшее серебро, и её голос дрогнул. — В колокольчике сохранился последний след Лиама. После разрушения у меня ничего не останется.

— У Вас останется память о сыне, — ответил Дамиан, не отводя взгляда от её лица. — А Лиам наконец пойдет дальше.

Она закрыла глаза, но спорить больше не стала. Страж снял один подавляющий браслет, оставив второй замкнутым на запястье, и подвёл Эстерию к отмеченному месту. Сила ей почти не требовалась: первый отпечаток узнавал создателя даже через подавляющее заклинание. На стол рядом с колокольчиком положили небольшой молоток с каменным бойком.

Магистры завершили обратный контур вокруг кровати, а я сел возле изголовья, продолжая держать Лилию за левую руку. Дамиан занял место у внешней линии и положил ладони на две проводящие пластины, готовясь отдавать силу, если накопителей окажется недостаточно. Моррис устроился у ног Лилии, золотая нить от его ошейника тянулась ко мне через край одеяла и постепенно становилась теплее.

— После начала не разрывайте прикосновение, — предупредил Вальд, встав напротив. — Что бы Вы ни увидели и ни услышали, держите госпожу Сантер за руку и продолжайте говорить. Ваш голос станет единственным ориентиром, который принадлежит миру живых.

— Сколько у нас времени? — спросил я, переплетая пальцы с холодными пальцами Лилии.

— Пока горят три пластины. Когда погаснет последняя, проход закроется независимо от того, успела она вернуться или нет.

Магистр поднял ладонь, и проводящие линии вспыхнули бледно-золотым светом. Первая пластина отозвалась низким гулом, за ней загорелась вторая, затем третья. Стены палаты дрогнули, стёкла в окнах покрылись инеем, а колокольчик на столе тихо зазвенел, хотя Эстерия к нему не прикасалась.

Моррис поднялся. Его тело стало прозрачным, сквозь чёрную шерсть проступили линии пола, и на мгновение мне показалось, что кот испугался. Он прижал уши, взглянул на неподвижное лицо Лилии, а потом шагнул за край круга и исчез. Золотая нить натянулась в моей руке, уходя в пустое пространство возле кровати.

— Моррис уже перешёл, — произнесла молодая магистр, наблюдая за сиянием зеркал. — Начинайте звать её.

Я посмотрел на Лилию и понял, что не знаю, какие слова способны провести человека через Грань. Приказы всегда были проще: в них существовали цель, порядок действий и понятная ответственность за ошибку. Сейчас от моего голоса требовалось стать дорогой в месте, которого я никогда не видел.

— Лилия, если слышите меня, идите за Моррисом, — произнёс я, прижимая её ладонь к своей. — Он нашёл дорогу и приведёт Вас обратно. Не слушайте колокольчик и не открывайте двери, возле которых его нет.

Никакого отклика не последовало. Иней продолжал ползти по одеялу, а золотая нить в руке едва заметно дрожала. Магистры удерживали контур, Дамиан следил за накопителями, Эстерия стояла возле колокольчика, но никто не мог сказать, дошёл ли мой голос до Лилии.

— Вы не имеете права оставлять лавку без присмотра, — продолжил я, заставляя себя говорить ровно. — Тая наверняка уже переставила половину вещей, а Моррис не станет вести торговые книги. Возвращайтесь, пока Медная улица окончательно не решила, что Управление отвечает за Ваше имущество.

Золотая нить коротко дёрнулась, и я замолчал.

— Не останавливайтесь, — потребовал Вальд, усиливая свет первой пластины. — Она могла услышать.

Я снова посмотрел на Лилию. Мне хотелось верить, что дрожь нити означала её прикосновение, но путь мог отозваться на Морриса, Лиама или любую другую душу, подошедшую к открытому проходу.

— Вы обещали больше не трогать опасные вещи без меня, — напомнил я, чувствуя, как холод поднимается от её пальцев к моей ладони. — Возможно, точных слов Вы не произносили, но я всё равно считал договор заключённым. Возвращайтесь и можете потом объяснить, почему я снова неправильно Вас понял.

Вторая пластина вспыхнула ярче, а первая начала медленно темнеть по краям. Дамиан влил силу во внешний контур, и свет ненадолго выровнялся, но на его лбу выступил пот.

— Нить движется, — сообщил он, переводя взгляд с моей руки на зеркала. — Моррис кого-то ведёт.

Колокольчик внезапно зазвенел громче. Эстерия вздрогнула и протянула к нему свободную руку, но Вальд перехватил её запястье прежде, чем пальцы коснулись серебра.

— Пока нельзя, — предупредил магистр, возвращая её руку к молотку. — Если Вы уничтожите якорь раньше, проход схлопнется между ними.

— Лиам зовёт меня, — прошептала она, всматриваясь в пустое место над столом. — Я слышу его.

— Тогда скажите, чтобы он ждал, — велел Дамиан, удерживая внешнюю линию. — Сейчас за Гранью находится ещё один человек