Питер - Ал Коруд

Мифологическое окружение:

В саамских преданиях Каврай действует не один, а в составе божественной семьи:

— Рухтнас — его младший брат, бог-воитель и защитник саамского народа. Рухтнас выступал заступником людей перед лицом своего могущественного брата.

— Разиайке — их сестра и одновременно жена Рухтнаса. Она была богиней среднего мира, покровительницей оленей, травы и пастбищ. Её атрибутом считалось золотое веретено, вращением которого она управляла миграцией оленьих стад.

С именем Каврая связан важнейший этиологический миф о происхождении волков. По одной из версий мифа, когда стада оленей под покровительством Разиайке размножились настолько, что съели всю траву и начали гибнуть от голода, именно Каврай создал волков. Их задачей было очищать землю от падали и регулировать численность оленей. Человеку же в помощь Каврай дал собаку, чтобы та охраняла домашние стада от хищников. Также известен сюжет о похищении богини Разиайке злым великаном Талой. Пока братья-боги находились на небе, Тала похитил Разиайке, услышав её песню, которая способствовала плодородию. Богиня хитростью выведала местонахождение души великана (спрятанной в яйце внутри орла) и уничтожила её, бросив яйцо в кипящий котёл, после чего Рухтнас изгнал врагов.

Каврай относится к богам верхнего, небесного мира, которые покровительствовали людям. Саамская Вселенная традиционно делилась на три яруса: верхний (небесный), средний (земной) и нижний (подземный). Каврай властвовал над высшими сферами, куда могли подниматься шаманы-нойды во время камлания. То есть его посмертие принадлежит верху, а не низу. Нижний мир в саамской мифологии также имеет три яруса. В рай — Сайваймо, страну изобилия, расположенную на чудесной горе, — попадали шаманы, воины, погибшие в бою, и матери, умершие при родах. Большая часть умерших попадала в преисподнюю — Ябмеаймо («Дом мёртвых»), где правила Ябме-акка («Женщина мёртвых»). Рота, или Рута, — бог болезней (может быть, он сам являлся воплощением чумы и смерти) — был повелителем той части преисподней, куда попадали умершие от болезней. Его представляли в виде всадника в синих одеждах; во время эпидемий этому богу в жертву приносили лошадей, а собаками Рота были волки.

— Ты прав — наша версия не очень согласуется с верованиями лопарей, — задумалась Пелагея.

— Ты сама бы догадалась рано или поздно. Просто не хватило времени.

— Тогда почему шаманы?

— Хороший вопрос, давай разберёмся. Заклинатели-шаманы нойды наделялись способностью проникать во все миры саамской Вселенной — договариваться с небесными покровителями людей и спасать от злых духов преисподней. Самих шаманов избирали являвшиеся в видениях духи — тонто. Распевая заклинания, шаманы неистово били колотушками из оленьего рога в бубны, на которых изображались все ярусы Вселенной и все саамские божества, животные-помощники шаманов, а в центре — солнце Пейве, иногда — с оленем. Ведь именно он везёт солнце по дневному небосводу, или человеком. Шаманам подпевали все собравшиеся — этот шум приводил в экстаз шамана и пугал змею по имени Сайва-Гуэлле, которая сажала шамана на спину и переносила в преисподнюю. Враждебные духи преисподней преследовали шамана, и он мог навсегда остаться в загробном мире. Помощниками шаманов были и другие животные (сайво), представлявшие все стихии мироздания и переносившие туда нойд: олени, а также птицы — ласточки, воробьи, куропатки, орлы, лебеди, вороны. Если враждебный шаман насылал порчу на саама, его лекарь отправлял своего чудесного оленя на битву с вражеским. Если олень лекаря оказывался сильнее, саам выздоравливал. Порчу насылали и при помощи птиц, которые приносили нойдам вредоносных насекомых: те собирали их в специальные короба и выпускали на людей, которых хотели испортить. По саамским поверьям, нойды могли заимствовать друг у друга вредоносных тварей, но всегда честно возвращали долг.

— Кажется, уловила. Сильный шаман или тот, кто использует его навыки, может войти в контакт с духами преисподней.

— И уже через них найти ту сущность, что живёт там с времён невообразимой древности. Лопари могли забыть тех богов, кому поклонялись тысячи лет назад со времён ухода ледника. Ведь они первоначально жили не здесь. Это чудь прогнала их на север, затем сама пала жертвой русской колонизации.

— Тогда кого мы ищем?

— Сейчас.

Илья включил планшет, и, к удивлению сидевших, на нём появился Петерсон.

— Доброго дня, друзья. Мы решили часть встречи провести в рамках видеоконференции. Илья вам выложил свою версию?

— Да. Только понятнее нам не стало.

— А уж какую вы нам загадку задали…

— И на кого думаете?

— К сожалению, вариантов не так много. Ясно одно: кто-то решил возродить культ невероятно древнего божества Фенноскандии, которого прогнали ещё боги древних германцев. Отголоски остались в их верованиях, но кто именно — пока непонятно.

— Древнюю скандинавскую общность вытеснила Культура боевых топоров — более грубая и воинственная.

— Значит, круг поиска сужается. Нужны те, кто интересовался именно этим периодом. Искал по библиотекам, собраниям, сайтам.

Глава Питерского отдела согласился с Седых.

— Мы также подумали. Я поднял свои связи в Европе.

— И что?

Все подались вперёд. Петерсон торжествующе провозгласил:

— Мы все вместе совершили одну большую ошибку. Мы упёрлись в Скандинавию. Забыли, что тут просто место перехода. Шаманы — это попросту очень удобный мост между мирами. И, надо заметить, до сих пор действующий. Больше в таком количестве нет никого в Европе. Чей-то гений это оценил и использовал. Но в Европе были ведь и другие культуры, крайне богатые на сказания. Они оставили в культурном коде Европы невероятно много традиций.

— Кельты! — выдохнула Пелагея, и все отмерли, загомонив разом.

Ещё бы! Мало кто из древних культурных пластов доставлял столько проблем Опричнине, как кельтский. Петерсон переждал выброс эмоций и продолжил.

— Сами кельты были носителями индоевропейских языков. Однако, заселив Западную Европу — территории от Галлии до Ирландии, — они быстро ассимилировали местное доиндоевропейское население, так называемую «Старую Европу». Доиндоевропейские верования при этом не исчезли бесследно, а сформировали мощный субстрат, на котором выросла кельтская мифология.

Смею напомнить вам основные пласты древних автохтонных верований, которые попали в кельтскую традицию:

1. Культ священных вод. В отличие от классического индоевропейского пантеона, где главными стихиями являются Небо-Отец и Громовержец, для кельтов первостепенное значение имела вода. Это типичная черта догерманских и дославянских европейских культов. Отсюда — почитание источников и озёр: археологические находки показывают массовые приношения оружия, повозок, животных и человеческих жертв, топившихся в воде. Многие главные боги континентальной Европы связаны именно с водой и исцелением: Нодонс/Ноденс в Британии, Сирона,