Подводная лодка «Малютка» - 2 - Петр Алмазный

И тут я вдруг осознал простую истину: мое нынешнее отношение к нему предвзято. Я его осуждаю сейчас про себя за то, чего еще не было! Первый и второй годы войны — это время кровавых ошибок и отсутствия опыта. Многие делали неверные шаги, допускали досадные промахи, которые приводили к трагедиям. И учились. На собственных и на чужих ошибках. На своих и чужих жизнях. Ведь у них не было знания будущего, как у меня.

— Слышал о тебе, — продолжал, между тем, Левченко. — Звезд с неба не хватал, все больше вниз смотрел…

Видимо, я слишком явно отреагировал на такие слова. Нахмурился машинально или чересчур шумно выдохнул. Гордей Иванович тут же поправился.

— Я это не для того, чтобы обидеть, капитан-лейтенант, пойми, — мы уже подошли к учебному классу, когда он это сказал. — Просто… чем-то похожи мы, Ваня. Надеюсь, сработаемся.

Я повернулся, посмотрел на него. Обычный мужик чуть за сорок, военная выправка, брови густые, однако лицо в целом приятное. Не злое, не кровожадное. А какое-то… опустошенное, что ли. Чуть помедлив, кивнул ему. Но мысленную пометку сделал.

— Вот это наши маги и кудесники, — зайдя в класс, Прохватилов шагнул в сторону, чтобы пропустить нас. — Краснофлотец Борис Колмогоров и военврач Илья Савичев. Благодаря им бойцы РОН экипированы уникальным оборудованием. А вообще, головастых у нас в Роте много, тот же Никитин, к примеру, надувной маскировочный мешок придумал.

В классе приятно пахло смесью резины, клея и еще чего-то едва уловимого. Все помещение было забито верстаками и стендами с высыхающими изделиями, но самое главное — оно было заполнено людьми, каждый из которых был при деле. Быстро отдали честь, вытянувшись по струнке, и, едва кап-раз Левченко скомандовал «вольно», моментально вернулись к работе.

— Непромокаемые чехлы для оружия, — начальник военно-морской базы с интересом разглядывал уникальные ноу-хау 6-го взвода. То, что потом будет в арсенале любого уважающего себя спецподразделения, здесь собирали и клеили на коленке.

— Гидрокостюмы, — показал Прохватилов, и кроме Левченко с адъютантом с большим интересом разглядывали экипировку и мы трое. Хотя большую часть всего этого богатства мы видели и даже работали с ним. — Компактные индивидуальные шлюпки. Чехлы для радиостанций, кстати, мы сами их еще дорабатываем.

— А это? — взгляд Левченко остановился на стенде с десантным комбинезоном.

— Борис Михалыч, твой выход, — Батя позвал Колмогорова, и молодой изобретатель, оторвавшись от дел, быстро подошел к изделию. — Тот самый толковый парень, товарищ капитан первого ранга.

— Рассказывай, Боря, — энергично кивнул Левченко.

И Боря начал рассказывать.

Говорят, что без конца можно наблюдать три вещи: как течет вода, как горит огонь и как работает другой человек. Кто-то слышит в этих словах иронию, а лично мне кажется, что здесь кроется мудрость: если человек влюблен в свое дело, за ним и наблюдать приятно, и слушать его.

— Комбинированный десантный костюм, — увлеченно говорил Колмогоров, — он же КДК. Фактически это уже известный десантный костюм, отличающийся особенным исполнением. В нем используется комбинезон и надувной эластичный поплавок. Выглядит он, как хорошо видно на образце, как носовая часть плоскодонной резиновой лодки. Он связан с комбинезоном в одно целое так, что десантник при использовании может принять на водной поверхности как горизонтальное, так и вертикальное положение. Вот здесь — видите? — на поплавке есть перегородка, она не дает воде залить переднуюю часть. Для заполнения воздухом имеется автоматический клапан, связанный со всеми камерами поплавка, для выпуска воздуха уже предусмотрены отдельные клапана в каждой камере. Передвигаться помогут нарукавники с перепонками. Но это в случае скрытного десантирования…

Изобретатель замешкался, и на помощь ему пришел Прохватилов.

— В нашем случае это вариант для транспортировки тяжелого вооружения, уменьшающий риск его утопить.

— А вы думаете, лейтенант, что боец может утопить пулемет? — вдруг нахмурился Левченко.

Но Батя не испугался и выдержал взгляд капитана первого ранга.

— Вы когда-нибудь прыгали в воду с пулеметом Максима? — ответил он вопросом на вопрос, и Гордей Иванович покраснел.

Он насупился, шумно выдохнул и неожиданно успокоился. Собравшиеся было морщины разгладились, и Левченко уже вполне миролюбиво ответил:

— Нет. Не прыгал. Но представить могу. Вы правы, товарищи.

Потом он поблагодарил Колмогорова, осмотрел спасательные жилеты, потрогал, внимательно разглядывая, индивидуальные шлюпки и гидрокостюмы. Наконец, уже собравшись уходить, окинул нас быстрым взором.

— Разработайте план участия ваших водолазов в броске на Соммерс, — приказал он Бате. — Если что-то потребуется, докладывайте сразу мне. Чем смогу, помогу, а потому не стесняйтесь.

— Не постесняюсь, — прогудел Прохватилов. — Благодарю, товарищ капитан первого ранга.

— Теперь вы, — кивнув Бате, Левченко повернулся к нам. — От вас — максимально полная разведка подступов к Соммерсу, расположение огневых точек противника, численность и тип тяжелого вооружения, опорные пункты, численность личного состава. Вы все это знаете, мой приказ вам уже передали, но я еще раз обращаю ваше внимание: максимально полная и точная информация. Чтобы комар носа не подточил. Ответственный, — он на миг замолчал, — ответственным назначаю вас, капитан-лейтенант Беззубиков.

— Есть! — отозвался я.

— Что-то еще нужно?

— Так точно, — я решил воспользоваться моментом. — В вашем хозяйстве в Кронштадте законсервированы «Малютки» серии VI-бис. Если будет возможность расконсервировать и ускорить ремонт…

— Запиши, — приказал Левченко своему сопровождающему. — Посмотрим, что можно сделать.

— Спасибо, товарищ капитан первого ранга! Не подведем!

— Действуйте, — резюмировал Гордей Иванович и, коротким кивком показав адъютанту, что нужно уходить, развернулся к выходу.

Я догнал его на лестнице спустя несколько секунд.

— Гордей Иваныч! — он обернулся, внимательно посмотрев на меня.

Не стал одергивать за неуставное обращение, просто сказал:

— Говори, Беззубиков.

— Гордей Иванович, — доверительно, но максимально уверенным тоном начал я. — Мы со своей стороны все сделаем. Только разрешите высказать соображение. Поверьте нашему с ребятами опыту.

— Разрешаю.

— Не торопитесь, — сказал я, не обращая внимание на то, как у Левченко заходили ходуном желваки. — Дайте время катерникам, водолазам и десантникам сработаться, потренироваться, проведите учения. Пусть люди отработают взаимодействие, научатся использовать экипировку. И еще, — я заторопился, увидев, как мой собеседник явно намеревается меня оборвать, — заранее подтяните резервы и учтите, что финны могут запросить помощь, а залив пока в их руках с немцами. Но самое главное: нужно дождаться периода, когда закончатся белые ночи. Тогда можно будет высадить скрытый десант.

— Ты меня учить вздумал, капитан-лейтенант? — процедил начальник Главбазы, а его адъютант с выпученными глазами принялся строить в мою сторону предупреждающие гримасы.

— Никак нет, просто делюсь опытом…

— Опытом? — Левченко не повышал голос, не