Строптивая помощница для куратора - Елизавета Рождественская
Видимо, что-то опасное всё же отразилось в моих глазах, потому что Майлз перестал хохмить и сделал шаг назад. Но это бы ему не помогло, потому что я решительно вознамерилась высказаться.
— Что-то ты сегодня какая-то возбуждённая… — заметил он.
— Возбуждённые твои пассии! — рявкнула я не совсем то, что собиралась, но в целом близко к сути. — Знаешь что? Я больше не хочу иметь с тобой никаких дел, куратор Эрроу. Мне достаточно проблем в жизни, чтобы разгребать новые из-за каких-то там… каких-то…
— Да что случилось-то?! — спросил Майлз, принимая облик святой невинности. — Вчера всё было хорошо, а сейчас ты меня сожрать готова!
— Хорошо? — вспылила я. — Вместо учёбы я бегаю по твоим бредовым поручениям! «Красный или синий?» — передразнила я. — А вместо работы теперь я буду разгребать тонну отказов из-за того, что твои воздыхательницы считают меня… Неважно… Только вот я не живу за счёт несметных богатств, ясно? И у меня, в отличие от некоторых, есть чёткий план на жизнь. Который из-за этих самых некоторых рушится, как карточный домик!!!
Майлз внезапно изменился в лице и сделал два шага вперёд.
— Кто? — спросил он серьёзно. — Кто создал тебе проблемы? Имя…
Я подняла на него глаза, в которых снова против воли начали закипать злые слёзы. Несколько секунд мы молча сверлили друг друга взглядами.
— Майлз Эрроу, — наконец произнесла я. — Он создаёт мне проблемы. Море глупых проблем на ровном месте.
— Эми…
— Не нужно, — я упрямо мотнула головой. — Просто… найди себе новую помощницу. Любая будет рада, а я… а мне надо работать. Много и усердно.
— Хорошо, — внезапно легко согласился Майлз. — Видимо, я действительно не рассчитал нагрузку. Извини. Ты свободна ото всех обязательств.
Он улыбнулся и ушёл, я только и успела крикнуть вслед: «У меня и не было никаких обязательств».
Оставшись одна, я со злостью пнула ногой воздух. Внезапно накрыла горькая обида.«Хорошо. Ты свободна ото всех обязательств» … Вот так просто? Ни попытки объясниться, ни попытки меня удержать…
— Что за глупости, Эмилия?! — буркнула я, возвращаясь к рабочему столу. — Очень даже хорошо, что всё вышло так просто. Надо было раньше сказать всё, что я о нём думаю… Чего тянула?
До ночи я трудилась над теми заказами, которые остались, и продумывала новый план по привлечению покупателей. Нужно было предложить модницам что-то такое, без чего они не смогут жить, и поставить такую цену, чтобы о конкурентках они напрочь забыли.
Несколько дней я целиком посвятила учёбе и работе, благо освобождение давало мне право не посещать утренний сбор группы с куратором. И всё же внутри противно скреблось чувство вины. Да, я корила себя за то, что так грубо отчитала Майлза, обвинив во всех грехах. Конечно, я считала его виноватым, но… стоило ли быть такой категоричной? Он сдержал слово и не пытался появляться в моей жизни, и с каждым днём мне всё больше казалось, что я всё-таки перегнула палку. Увы, взять слова назад я не могла, да и надо ли? Но при случае решила извиниться за резкость. А пока случай не представился, работала на благо будущего, как только могла.
С Клаудией мы успели заглянуть в большой магазин тканей, и я взяла несколько отрезов актуальных на сезон цветов. В мастерской рождались небольшие косметички, которые должны были идти в подарок к любому, даже самому мелкому заказу. Я понимала, что это не самая прибыльная идея, но вернуть себе расположение клиентов сейчас было намного важней.
Мои труды не прошли даром. Уже к вечеру второго дня ко мне заглянули две первокурсницы. Одна заказала себе лёгкую весеннюю накидку по последней моде, вторая же, более заносчивая и молчаливая, долго рассматривала каталог и мои зарисовки, после чего обещала подумать и, возможно, вернуться с заказом. Обе девушки получили косметички в подарок, на чём мы с ними и расстались.
Очередной учебный день не обещал ничего нового. Мы позавтракали под нескончаемую болтовню Клаудии, которая во всю развивала идею расширения книжного клуба, я же лениво изучала контингент столовой. Не считая небольшого количества особо отличившихся — силой магии или способностями в артефакторике или других науках, — студенты академии были сплошь выходцы из обеспеченных семей. Я же, после смерти отца, болталась где-то посередине. Никто не знал о проблемах моей семьи. Даже Клаудия верила, что я работаю именно потому, что не могу не работать. Отчасти так и было, но лишь отчасти. Иногда мне тоже хотелось беззаботности, но стоило появиться дома и увидеть потерянную маму, как груз ответственности тут же напоминал о себе.
— Майлз, иди сюда, я заняла нам столик!
Приторно-сладкий девчачий голос вырвал меня из размышлений, мир снова обрёл звуки и запахи, а я инстинктивно дёрнула головой в сторону знакомого имени. Парень оказался не тем Майлзом. Мысленно дала себе подзатыльник, чтобы не думать об Эрроу. В конце концов, никто не запрещал ему хотя бы здороваться, соблюдая правила приличия, но он предпочёл игнорировать мой кивок, когда мы пару раз пересеклись в коридоре. Обиделся? Да пожалуйста! Если он считал, что я буду таять от восторга каждый раз, как слышу: «Эй, помощница!», то глубоко заблуждался. Вот и всё!
— Сегодня сбор с куратором, — сменила тему Клаудия. — Ты пойдёшь, Эми? Будем говорить о проекте, я презентую книжный клуб. Мне нужен твой голос!
— Куда же я денусь, — улыбнулась я и тут же утонула в обнимашках подруги.
Ближе ко времени сбора меня начало ощутимо потряхивать. Мысли разбегались в разные стороны, а руки никак не хотели находить удобное положение, превратившись в две несуразные верёвки, болтавшиеся туда-сюда, словно их сносило сильным ветром. В итоге я пристроилась на последней парте аудитории, в которой куратор решил нас всех собрать, и уткнулась в тетрадь с конспектами.
Майлз, как всегда, мило улыбался и шутил, заигрывая со всеми без разбора. После бесполезного обмена любезностями, начались обсуждения клубов, которые переросли в настоящий жаркий спор. Клаудия не на шутку сцепилась с Мейси Блайк, доказывавшей, что клуб по спасению вымирающих видов магических растений нужен академии больше каких-то там книжек. Я украдкой взглянула на Майлза. Судя по ироничной улыбке, его вся эта задорная перепалка забавляла.
Внезапно в воздухе перед глазами появилась проекция — сообщение на планшет с пометкой «особо важно».