Строптивая помощница для куратора - Елизавета Рождественская

— Ваш заказ, — перед столом снова возник официант.

Молча мы втроём взирали на два скромных салатика, абсолютно потерявшихся рядом с огромным блюдом, на котором возлежал дикий кабан с яблоком во рту.

— Что-то… овощей маловато, — отметила я.

— Зато дичи в избытке, — ответил Микаэль.

— Угощаю, друзья! — расщедрилась Клаудия, судя по всему, от шока забыв, кто за всё платит.

Мы приступили к трапезе, ведя отстранённую беседу о погоде в столице и Форшире, откуда и прибыл суним Фергюс. Прощались практически друзьями, обменявшись визитками и добрыми пожеланиями.

— Наелась? — усмехнулась я, глядя, как подруга лениво плетётся к ближайшей лавочке и заваливается на неё, тяжело дыша.

— Могла бы и помочь, — огрызнулась та. — Я едва жива и всё равно всё не съела.

— Но ты почти победила вепря, — я села рядом. — И, кажется, очаровала Микаэля, подтвердив звание самой прожорливой нимы Ривдвена.

Получив ощутимый тычок в плечо, я всё же рассмеялась.

А потом всю ночь вертелась в кровати, продумывая сочетание тканей и фактур будущих платьев и накидок. В планах нарисовался новый фасон шляпок, который только входил в моду и обещал стать настоящей сенсацией сезона. Осталось дождаться зачисления кругленькой суммы на счёт, и можно было считать, что я с достоинством вышла из затруднения и вообще победила всех злодеев этой истории. Но я никак не могла предположить, что шить мне придётся совсем не платья…

Не успело утро окончательно вступить в свои права, я уже была на ногах. Учёбу никто не отменял, поэтому до назначенной примерки усердно корпела над книгами и конспектами.

К назначенному времени я уже расхаживала по мастерской, прибирая разные мелочи и подготавливая манекен для будущих нарядов. Почему-то представлялось, что сейчас дверь откроется и на пороге окажется сама императрица. Придерживая подмышкой свою неизменную спутницу — маленькую рыжую собачку, она подойдет к эскизам, разложенным на столе, и уверенно ткнёт пальчиком в тёмно-серое платье с голубой вышивкой по лифу.

Дверь действительно вскоре открылась, но в неё вошла не императрица. Коротко постучавшись, ко мне в мастерскую вошёл Майлз Эрроу. Сияя, как начищенная ночная ваза, куратор прошёлся по помещению и — удивительно, но факт — внимательно уставился на эскизы, прямо как в моих недавних фантазиях.

— Очень талантливо, нима Клод, — похвалил он. — Но мне не пойдёт. Давай что-то мужское.

Подобрав с пола свои глаза, челюсть и чувство собственного достоинства, я спросила:

— Что вы здесь делаете, суним Эрроу? Выходной, как-никак.

Майлз посмотрел на меня с наигранным удивлением.

— Пришёл на примерку, Эмилия, — он вытащил из-за пазухи свёрнутую вдвое бумагу, в которой я без труда узнала подписанный мной договор. — Мой поверенный сообщил, что вы обговорили все условия. Разве нет?

В немом бешенстве я открывала и закрывала рот, словно глупая рыбка, выпрыгнувшая из воды. Наконец я смогла сложить все события воедино, и нарисовавшаяся картинка мне совсем не понравилась. Я-то думала, что увижу на примерке ту самую первокурсницу, но втайне мечтала о добыче посолидней, ведь договор, печати, вензеля… И что? Оказывается, меня просто пожалел один из самых завидных женихов академии. Зря я тогда позволила себе эмоции. Показала слабость, и вот. Стало ужасно обидно.

— Нет, — я скрестила руки на груди и покачала головой. — Нет, нет и нет.

Майлз улыбнулся.

— Ты не веришь своему счастью? — спросил он. — Сейчас мы начнём примерку, и ты сможешь меня потрогать, помощница. И даже ущипнуть.

— Я не буду тебя трогать, — отбила я. — И даже щипать. Сделка аннулируется.

Майлз подошёл ко мне и раскрыл перед глазами лист с договором. Конечно, я понимала, что это спор ни о чём, ведь сама очень долго изучала пункт с неустойками. Ещё смеялась, что в договоре прописываются все эти странные и сложные формулировки, будто я и впрямь такая дура, что откажусь от жирненького клиента. Попалась…

— Припоминаешь, Эмилия? — съехидничал Майлз. — Ты сама это подписала. Так что скорее принимайся за примерку. Моё шикарное тело в твоём распоряжении.

— Бесишь… — отбила я.

— Сочувствую, — шепнул он. — Приступай.

Не знаю, на что рассчитывал Эрроу, раскрывая свои щедрые объятия. Неужели действительно думал, что я сейчас устрою нежные обнимашки, прыгая вокруг него с измерительной лентой? Я усмехнулась. Конечно, бытовая магия, она же и не магия вовсе — так, забавы для малышей.

— Что ж, — я обошла куратора по кругу, делая вид, что прикидываю фронт работ, — значит, заказ на целый гардероб.

— И бонус сверху, — согласился Майлз.

Я хлопнула в ладоши, призывая магию. Измерительная лента тонкой змейкой послушно соскользнула со стола и поползла в нашу сторону.

— Тогда сейчас я сниму мерки, и утвердим список вещей, — я взяла в руки планшет с индивидуальной таблицей и приготовилась записывать.

— Ничего себе! — удивлённо уставился Эрроу на «змейку». — Технология.

— А то! — улыбнулась я и приказала: — Голень!

Лента послушно обвилась вокруг нужной части ноги.

— Бедра!

Лента переползла выше. Майлз ощутимо напрягся. Я едва сдержала предательский смешок. О мужском костюме я больше знала в теории, чем на практике и, честно, не думала, что снимать мерки для мужского костюма будет так забавно и… волнительно. Я на секунду задержала дыхание, а потом как можно серьёзней скомандовала:

— Шаговый шов.

Лента юркнула Майлзу между ног, и он чуть не подпрыгнул, стряхивая с себя мою помощницу. Я всё же не удержалась и прыснула со смеху.

— Издеваешься? — прищурился Эрроу.

— Ничуть. Снимаю мерки для пошива брюк.

— Достаточно, — он всё же перехватил проворную змейку и убрал в сторону на расстоянии вытянутой руки. — Попрошу семейного портного прислать тебе все нужные цифры.

— Исключено, — отказалась я. — Привыкла доверять только собственным измерениям.

Майлз откинул ленту, улыбнулся, как довольный кот, и сократил расстояние между нами.

— Ну тогда продолжай, отличница.

Он смотрел на меня с вызовом, явно забавляясь. Незаметно я сделала жест рукой, приказывая «змейке» действовать.

— Хорошо, — я снова направила силу в ленту. — Грудь.

Она послушно стянула широкую грудную клетку, а я влила ещё немного силы. Майлз натужно кашлянул.

— Ещё бы шею измерить, — задумчиво проговорила я. — Ты предпочитаешь широкий ворот или воротник-стойку?

— Один-один,Эмилия, — из груди Майлза вырвался то ли смешок,