Киберсант - Анатолий Белоусов
Вспомнилась предновогодняя пьянка, во время которой он ограбил заводскую столовую, похитив оттуда две курицы, кочан капусты и гигантскую сковороду, сантиметров семидесяти в диаметре. После нескольких неудачных попыток обменять у торговок сигаретами сковороду на бутылку (старушки приходили в ужас, как только видели предлагаемый для обмена предмет) Алексей Николаевич подарил сковородку Саше Трифанову.
– Да чтоб тебя черти в аду на такой жарили! – буркнул Сашка, но сковороду зачем-то взял.
А чего стоил запой, устроенный им во время майских праздников! Тот самый, который закончился классической белой горячкой с погоней за «телепатами» и последовавшими за этим нелепыми попытками сдаться в шестьдесят первое отделение милиции, дабы спрятаться там все от тех же «телепатов», неожиданно перешедших из бегства в наступление.
В милицию Алексея Николаевича не взяли даже после того, как он попытался разбить стекло, отделявшее дежурного по отделению от посетителей. Правда, скорую помощь вызвали, которая и препроводила его в дурдом, под капельницу. Весь путь до больницы «телепаты» бежали за машиной, отчего Алексей Николаевич страшно нервничал, то и дело порываясь открыть дверцу и выброситься, так что санитарам в конце концов это надоело, и они привязали Барского к сиденью брезентовым шлангом.
Да-а, можно считать, что жизнь прожита не зря. От одних только пьянок впечатлений наберется на десять обычных жизней. И если оценивать прожитые годы по количеству впечатлений, капитал у него за все это время скопился немаленький. Вот только куда этот капитал вложить, чтобы он начал приносить дивиденды, а если выражаться точнее, куда засунуть?
Он снова вспомнил про новые ботинки, аккордеон и деньги. На этот раз сознание пронзила догадка. «В самый разгар пьянки на работе должны были давать аванс. А что, если я умудрился его получить и истратить? Ну ладно, ботинки, вещь нужная. Но аккордеон! Неужели я его купил?! Не стащил, не отнял у какого-нибудь слепого музыканта в подземном переходе, а купил на свои кровно заработанные копейки!» От этой мысли Алексею Николаевичу сделалось совсем худо, и он с огромным трудом подавил подступивший к горлу спазм. Пропей он эти деньги, и то было бы не так обидно, но обменять их на какую-то гармонь…
«Хотя нет, – соображал он, с трудом прикидывая примерную стоимость такого инструмента и соотнося ее с теми копейками, что выдавали им обычно в виде аванса, – на аккордеон, новые (…сапоги…) ботинки, да еще и на две недели пьянки мне бы и трех полноценных зарплат не хватило. А тут еще даже в бумажнике нехилая сумма осталась. Здесь дело в чем-то другом. В чем-то совершенно другом…»
Где-то в глубине души его кольнуло совсем уж нехорошее предчувствие. Кольнуло больно, растекаясь по всему телу леденящим ужасом. Однако, поскольку никакой конкретики вспомнить так и не удавалось, Алексей Николаевич мало-помалу успокоился. От сердца вроде бы отлегло, хотя какая-то неопределенная тревога где-то на самом дне его похмельной души все же осталась.
Подняться на ноги он смог только ближе к вечеру, хотя и ломало его при этом немилосердно. Принял холодный душ, похлебал немного куриного бульона, приготовленного из растворимых кубиков. Выпил чашку чая со сдобной булочкой. Даже побрился, как это ни глупо в подобной ситуации. Осмысленная целенаправленная деятельность в некоторой степени ободрила его и, что было гораздо более важно, развеяла наваливающуюся на него депрессию. Он даже подумал, не сделать ли в квартире уборку, так как загадил он ее за две недели основательно, но тут же сообразил, что час уборки еще не пробил. Слишком он был для этого слаб. Возможно, завтра или даже в субботу вечером.
Побродив по квартире, Алексей Николаевич сел за компьютер. Благополучно законнектился, вышел в Сеть. Количество почты, пришедшей за время его гулянки, приводило в состояние тихого ужаса. 232 письма! %))) Скачивать все это безобразие с почтовых серверов пришлось около получаса, dial-up-модем раскалился докрасна, а разгребаться он будет как минимум дня три. Одних рассылок было более сотни. А ловко замаскированный под полезные сообщения спам, а деловая и личная переписки! И ведь выкинуть просто так ничего не выкинешь. Сначала придется покопаться, отсортировать. «М-да… Ладно, оставим сие занятие до лучших времен, когда голова будет ясной, а дрожь в теле уймется».
Покончив с почтой, Алексей Николаевич, совершенно для себя неожиданно, ощутил необыкновенный по силе сексуальный подъем. Похотливое возбуждение накатило на него стремительно и как-то сразу, без предупреждения. То, что видимых причин для этого не было, его нисколечко не смутило. Обычный послезапойный синдром. «Значит, выздоравливаю, – подумал он снисходительно. – Интенсивный секс, как известно, лучшее средство для снятия похмелья. Сейчас бы бабу, да только где ее взять?! По Интернету же не закажешь, не в Москве. Хм… А почему, собственно говоря, нет? Виртуальную проститутку здесь, конечно, не снимешь, но пробежаться по соответствующим ресурсам можно. На то она и Сеть».
Эротических сайтов существует великое множество. От вполне безобидных и относительно целомудренных до откровенно порнографических, перенасыщенных разного рода извращениями. Последние, как правило, находятся не в Рунете, а где-то там, на буржуйских серверах, но для проникшегося порочной страстью нашего соотечественника никакой разницы в этом нет. Ему абсолютно все равно, откуда качать «запрещенные» картинки и ролики, лишь бы доступ к ним не блокировался кредитной картой.
Порнография в Сети в состоянии удовлетворить вкусы самого взыскательного извращенца. Здесь есть абсолютно все! Даже то, чего по здравому разумению быть просто не может (или не должно, это уж как кому угодно). Гомосексуалисты и педофилы, садомазохисты и насильники, любители наблюдать за тем, как испражняются, и за тем, как занимаются сексом с беременными… Онанисты, зоофилы, геронтофилы, трансвеститы, инцест… И пусть такое разнообразие подразумевает оплату зелеными, если проявить чуточку настойчивости и изобретательности, вполне можно нарыть то, что вам нужно, и так, на халяву.
Когда Алексей Николаевич впервые столкнулся с этой изнанкой сетевой действительности, он был удручен и обрадован одновременно. Обрадован, потому что подобные сайты служили лучшим доказательством того, что в Сети царила полная и никем не ограничиваемая свобода, что никакая цензура здесь невозможна в принципе. Удручен, так как окончательно потерял веру в высшее предназначение человека. Объемы порнографии, размах, а значит, и количество участвующих