Киберсант - Анатолий Белоусов
– От верблюда. Из дома, разумеется, откуда же еще?
– А как же… менты?..
– Каком кверху. Постояли да уехали. Ты бы кроссы такие не бегал, сам бы все увидел. А мне из-за тебя корячиться пришлось. Этот мудень один приехал, представляешь?! Еле запятили компрессор к нему в тачку. Я думал, обосрусь.
– А деньги? – затаив дыхание, спросил Алексей Николаевич.
– Что деньги? Деньги у меня. Можешь приходить и забирать. Я из него еще двести рублей сверху выколотил. За погрузку. Так что теперь получается по две шестьсот. Хотя тебе лишний стольник вроде как и не за что.
Пухлый заржал.
– Ладно, – добавил он, насмеявшись, – шутю. Когда зайдешь?
– Через полчаса буду, – бодро ответил Барский, – мне сейчас все равно на работу.
– Ну, давай-давай… Только скорее, а то я спать хочу.
– Уже бегу!
Положив трубку, Алексей Николаевич тупо уставился в потушенный монитор. На лице его сияла блаженная улыбка. «Никогда не следует судить о людях по себе, – подумал он виновато. – Если я жадная эгоистичная скотина, это вовсе не означает, что все вокруг такие же точно скоты. А двести “погрузочных” рублей Пухлый пусть оставит себе. Я к ним действительно не имею ни малейшего отношения. И еще неплохо было бы вернуться и попытаться найти фонарик с перчатками…»
Не переставая улыбаться, он быстро собрался и вышел на улицу.
– - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - -
ERROR – 404
– - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - -
Невозможно найти страницу.
Возможно, эта страница была удалена, переименована, или она временно недоступна.
– - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - -
Попробуйте следующее: проверьте правильность адреса страницы в строке адреса.
Откройте www.barsky-v-zapoe.ru домашнюю страницу, затем найдите там ссылки на нужные вам данные.
Нажмите кнопку “Назад”, чтобы использовать другую ссылку.
Нажмите кнопку “Поиск” для поиска сведений в Интернете.
HTTP 404 – Файл не найден
Internet Explorer
– - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - -
Возвращение к жизни после двухнедельного запоя подобно окончанию многолетней войны. Страна в развалинах, экономика подорвана, повсюду разруха и хаос, но мы победили, мы живы, и это главное. Шаг за шагом жизнь начинает возвращаться в прежнее русло, народ обессилен и изнурен, но полон оптимизма и самых радужных надежд. Искренне верится, что война эта была последней, что теперь все будет так, как надо, а голод и лишения в свете открывающихся перспектив не могут служить помехой ни всеобщей радости, ни вере в светлое будущее. Народ-победитель подобен запойному алкоголику. Вернее, наоборот.
Вообще-то, адекватных аналогий послезапойному состоянию в природе просто не существует. Тому, кто не пережил этого, все равно не понять. Не понять стыда и презрения к себе, перемешанных с затаенной гордостью, с чувством собственного великомученичества. Не понять бодрости духа, наслаждающегося страданиями полуживого тела, своим над ним превосходством. Не понять блаженства пауз, которые возникают между горячкой и липким от обильного потоотделения ознобом. Чтобы понять, нужно выстрадать, нужно самому пройти через это и, умерев, заново возродиться.
Алексей Николаевич лежал на диване, завернутый в одеяло. На стуле рядом с ним стояла пластиковая полторашка с минеральной водой. Он не жрал уже несколько суток, так как, кроме воды, в него ничего больше не лезло. Даже пиво. Отвращение вызывала сама мысль о еде или алкоголе. Работал телевизор, создавая иллюзию осмысленности существования. Как он добрался после ночной смены до дома и не сдох по дороге, было выше всякого понимания. Больше всего поражал лежащий на улице снег. Когда начинался запой, лили дожди и повсюду была слякоть. Выйдя сегодня утром из котельной и обнаружив снег, Алексей Николаевич жутко испугался. Он подумал, что пропьянствовал несколько месяцев, что пришла зима.
Лежа сейчас под одеялом в позе эмбриона, Барский пытался восстановить в памяти цепочку последних событий, хотя и понимал, что занятие это безнадежное. Получив от Пухлого причитающуюся ему долю, Алексей Николаевич сразу же направился в магазин и на смену заявился затаренным по самое «не хочу». Начал он, как обычно, с пива. Ближе к обеду перешел на портвейн, а вечером уже вовсю угощал сменщика водкой, не забывая при этом угощаться и сам. Ночевать остался в котельной, весь следующий день в котельной же похмелялся и заступил на ночное дежурство в состоянии глубочайшей релаксации.
Что происходило в течение последующих четырнадцати дней – неизвестно. Котельная, дом, подъезды, какие-то незнакомые рожи, драки, чужие квартиры… Все перемешалось и слиплось. Более или менее отчетливо в памяти вырисовывалась разве что последняя ночная смена, когда пить он уже не мог, а только трясся и блевал омерзительной белой слизью. Как бы там ни было, с работы его не выперли. Следовательно, на дежурства он являлся исправно. Пусть на автопилоте, но все как положено, без экзотических выкидонов. Что ж, хоть какая-то приятная новость.
Второй приятной, но совершенно необъяснимой, а потому вызывающей чувство легкой тревоги новостью было то, что домой он вернулся в новеньких черных ботинках. Где он их взял, равно как и то, куда подевалась его старая обувка, Алексей Николаевич не имел ни малейшего представления. Не имел представления он и о том, почему в бумажнике у него остались деньги (что-то около семисот рублей) и откуда взялся валяющийся в прихожей черный аккордеон. «Может, я музыканта какого ограбил, – подумал он с ужасом, – или убил кого?..» Вразумительных ответов на эти вопросы не было.
Не в силах припомнить событий последней пьянки, Алексей Николаевич пустился в воспоминания о пьянках прошлых. Вспомнил, как год назад целый месяц куролесил с Петровичем у того на огороде. Питались