Полоцкий укрепрайон - Марк Семёнович Солонин

Выдвигаться ей было гораздо ближе. По общему стратегическому плану советского наступления в Европу она должна была стать 2-м эшелоном Юго-Западного фронта, самого мощного. С Северо-Кавказского округа её перевозили не очень далеко — на правобережную Украину. Она должна была выгружаться в районе Черкассы — Белая Церковь. Где она и выгрузилась 26–27 июня. В последних числах июня принято решение немедленно перебросить армию в Смоленские ворота, где немцы приближались и назревала угроза катастрофы. В результате армия должна была быть загружена в вагоны, не успев ещё сделать ни одного выстрела и даже оглянуться по сторонам. Нужно было перевезти армию: шесть стрелковых дивизий, один мехкорпус[68]. По расчётам, это было 280 эшелонов. Не вагонов, а 280 эшелонов — то есть как минимум 280 паровозов. Понятно, что в ситуации уже начавшегося хаоса, систематического разрушения немцами железных дорог, узловых станций, переброска 19-й армии в полосу Западного фронта затянулась. И к тому моменту, когда немцы 9 июля заняли Витебск, туда успело прибыть только командование. Командующим был товарищ Конев — тот самый Конев, будущий маршал, будущий командующий фронтов, легендарный маршал Победы. Прибыли управление армии и одна моторизованная дивизия из состава 23-го мехкорпуса, некоторые танковые части — и всё, остальное было на марше. Плюс непрерывно выкатывающиеся в эту полосу остатки разгромленных соединений 20-й армии, которые тоже пытались включить в свой состав.

Армия получила приказ немедленно атаковать, выбить немцев из Витебска, восстановить положение — что они и пытались сделать 10 и 11 июля. Нельзя сказать, что указанными силами это невозможно. У немцев там было не слишком много сил, но произошло то, что произошло: обойдя с севера, через Городок, немцы вынудили 19-ю армию откатиться.

Такова эта история в ее кратком изложении, но я решил всё-таки дать не «Википедию», а какие-то живые картинки.

Есть вот такие мемуары, очень малоизвестные: они изданы в XXI веке микроскопическим тиражом. Илларион Авксентьевич Толконюк, «Раны заживают медленно: записки штабного офицера».

На погонах этого человека две генеральские звезды — это генерал-лейтенант, но генерал-лейтенантом он стал уже в конце своей службы в советское время. Великую Отечественную закончил в звании полковника, а начал — в звании капитана. Назначен он, я даже не понял до конца, на какую-то из должностей в оперативный отдел штаба 19-й армии. Прежде чем я познакомлю вас с живыми картинками, я обязательно должен вас познакомить с самим товарищем Илларионом Толконюком. А то вы ещё подумаете, что я искал, искал, нашёл какого-то «либераста», который хочет оклеветать нашу Советскую страну и нашу Красную Армию. Товарищ Толконюк совсем не «либераст», очень даже наоборот. Первый абзац его мемуаров:

«Моя военная служба началась в начале 30-х годов. Прекрасное, хотя сложное и трудное то было время. Наша великая многострадальная страна успешно освобождалась от экономической разрухи, вызванной Первой мировой и Гражданской войнами».

Поясняю: писал он это в семидесятые годы, «в стол», и уже потом, после его смерти, родственники или кто-то опубликовали.

«Могучие руки и плечи раскрепощённого труда возводили на необъятных просторах Родины заводы и фабрики. Кулачество ликвидировалось как класс. Завершалась коллективизация многомиллионной крестьянской мелкоты. Молодое Советское государство, ломая злобное сопротивление врагов всех мастей и оттенков, наливалось созидательными силами, приступив к построению нового социалистического общества. Но мировой капитализм, перепуганный и озлобленный опасным для него примером первого в мире рабоче-крестьянского государства, бешено вооружался и готовился задушить молодую советскую республику. По Европе поползла зловещая тень фашизма. Италию и Германию взбесила коричневая чума. Японские самураи провоцировали военные конфликты на наших дальневосточных границах. Чёрные тучи опасности сгущались всё больше, назревала новая война».

Этот товарищ, который жил, я так понимаю, и умер убеждённым, я бы сказал, твердокаменным большевиком, который очень радовался коллективизации «многомиллионной крестьянской мелкоты», оставил тем не менее рассказ о том, как он всё это видел. 1 июля 1941 года штаб находится в пригородах Киева и готовится к погрузке в эшелоны и отправке в Смоленские ворота.

«Штаб готовился к погрузке в эшелон. В ожидании команды к выезду на станцию мы сидели в полной походной экипировке в спальном корпусе опустевшего санатория и делились впечатлениями последних дней. Вечером к нам в общежитие неожиданно ворвался полковник Волков, вытирая обильный пот на мясистом лице. Он только что принял должность начальника оперативного отдела, заместителя начальника штаба армии. До этого он командовал дивизией. Теперь он появился в роли нашего непосредственного начальника. По его приказанию мы быстро построились в шеренгу при личном оружии, противогазах и биноклях — в полном боевом. Полковник встал перед строем и начал нас отчитывать, ругаясь непристойными словами: “Страна истекает кровью, а вы спите и ничего не делаете”, — брызгал он далеко летевшей слюной. “Вам безразлично, что фашисты топчут советскую землю, убивают наших людей, уничтожают народное добро, грабят и насилуют!” — шумел он, подкрепляя свои упрёки матерщиной. Вдруг он умолк, пробежал обуглившимися глазами по шеренге и обратился с вопросом: “Что вы за истекший день сделали полезного для Родины?” Мы настороженно ждали, к кому он обратился персонально, так как вопрос был поставлен безлично, всем. И тут свирепый начальник указал пальцем на меня: “Вот вы скажите, бездельник”. Я сделал шаг вперёд, как полагалось по уставу. Хотя я находился в штабе не более двух часов, я ему не сказал об этом. Заявив, что мне ничего не поручено, я выслушал площадную ругань в свой адрес. Майор Биценко сделал робкую попытку как-то защитить меня, но полковник грубо его осадил, тоже обругав. Подав команду разойтись, строптивый полковник быстро вышел из помещения, сел в машину и уехал, не поставив нам никакой задачи».

Открою кодекс на любой странице,

И не могу, читаю до конца[69].

Эпоха интернета. Полковник Волков. А вдруг найдётся? Всё нашлось. А как интересно!

«Волков Иван Алексеевич. Родился 20 июля 1896 года в селе Новые Селки Рязанской губернии».

Всё верно, но на момент начала войны он был не командиром 158-й стрелковой дивизии, а начальником штаба этой дивизии. И именно 30 июня, то есть ровно за день до того события, которое было описано, полковник Волков был назначен начальником оперативного отдела штаба 19-й Армии. Всё — совершеннейшая правда. А что было дальше после того, как он уехал? Он поработал начальником оперативного отдела штаба 19-й армии, и 24 сентября его назначили на самостоятельную работу — командиром 91-й стрелковой дивизии. Дальше — Вяземское окружение: дивизия полностью разгромлена. Полковник Волков пропал без