После развода. ( Не) Надейся вернуться - София Брайт

А у меня сердце замирает, потому что я не понимаю, с кем она там и что она делает.

— Мама! — кричит дочка, падая в руки Степана, подкидывающего ее к потолку, как только я появляюсь на пороге кухни.

— Маруся! — убедившись, что дочь цела, смотрю на старшего сына. — Степа! Ты уже прилетел?

— Да вот, не увидел вас в аэропорту. Позвонил тебе, а мне ответила эта красотка. Сказала, что мама с папой спят. Засони.

— Я мультики хотела посмотреть и забрала телефон… — улыбается смущенно доченька. Потому что я ей не разрешаю брать гаджеты без спроса. Но этот сорванец в юбке воспользовался тем, что мы спим и стащил мой смартфон.

Теперь понятно, почему я не слышала будильника.

Маруся — наша любимица и подарок Небес, что свел нас вместе с Глебом окончательно.

После новогодней ночи, пять лет назад, я все еще боялась простить бывшего мужа и мысленно твердила, что не позволю себе больше терять рядом с ним голову. Вот только бывший, словно паук, опутывал меня своими сетями, затягивая в пучину страсти.

Когда в очередной раз мы оказались в одной постели, я начала убеждать себя, что это всего лишь физиология. Потому что у меня все-таки два года никого не было. А интимная часть жизни для любого половозрелого человека очень важна.

Мы встречались тайком с бывшим, за что я себя очень презирала. Потому что уже не могла отказаться от наших свиданий.

Глеб хотел, чтобы все между нами снова стало официально. Но я отказывалась. А спустя шесть месяцев вдруг поняла, что у меня задержка. Вот тогда-то бывший взял ситуацию в свои руки. Потому что беременность в тридцать восемь — это не то же самое, что беременность в двадцать два.

Глеб переехал к нам в дом, а перед родами утащил меня в ЗАГС.

Когда родилась наша долгожданная принцесса, он окончательно растаял и каждый день благодарил меня за дочь и за второй шанс. А я… впервые могла позволить себе просто наслаждаться младенцем и не переживать о том, убрано ли у меня в доме и приготовлено ли. Мои мужчины взяли на себя быт, окружив нас с малышкой любовью и заботой.

Поэтому с первых дней дочка была любима и оберегаема всеми. Поэтому теперь пожинаем плоды. Потому что эта девочка растет залюбленной настолько, что не считает чем-то плохим свое хулиганство.

— Прости, родной, — подхожу к сыну, обнимая его и целуя в щеку.

Мы не виделись четыре месяца. И сегодня должны были встретить с самолета, но… будильник отчего-то не зазвонил.

— Это ж надо так… не встретить собственного ребенка, — снова обнимаю сына.

— Да ладно, мам. Зато показал немного город Соне, — улыбается он.

— Соне? — замираю, не сразу понимая, что это значит.

Маруся подбегает ко мне и тянет руки вверх. Я подхватываю нашу принцессу и целую в щеку.

— Доброе утро, мамочка, — она обнимает меня за шею, и я в ответ сжимаю ее крепко-крепко.

— Ты почему меня не разбудила, разбойница? — шепчу ей на ухо.

— Ты вчера так устала. Я хотела, чтобы ты спала.

— Или просто хотела посидеть в телефоне? — шепчу ей на ухо, а она хихикает.

— Кстати, где твоя Соня? — раздается позади голос мужа.

— В смысле? — смотрю сначала на сына. — Ты прилетел не один?

— Хотел вот познакомить вас.

— И куда в итоге дел? — Глеб подходит к Степану, обнимает и хлопает по спине. — Только не говори, что девушка сбежала?

— Да тут она! — усмехается Степан. — Вон! — кивает куда-то за спину отца.

Мы с Глебом одновременно оборачиваемся. На пороге кухни стоит девушка. Невысокая, с длинными русыми волосами, собранными в небрежный хвост, и огромными зелеными глазами, в которых застыл испуг.

— Здравствуйте, — тихо произносит она. — Я Соня. Простите, что мы без предупреждения. Степан сказал, что сюрприз будет хорошим, но теперь я не уверена.

Я смотрю на нее, потом на своего старшего сына. Степану уже двадцать, он взрослый мужчина, который живет в другом городе, учится в университете и занимается стартапом.

— Глупости, — говорю я твердо и делаю шаг к ней. — Проходи, Сонечка. Мы просто растерялись со сна. Степан нас не предупредил, что будет не один. Давайте будем завтракать.

Она скромно улыбается и проходит к Степану. Сын приобнимает ее за плечи и расплывается в улыбке.

— Мам, пап, мы это… — сын прижимает к себе девушку. — Мы, вообще-то, пожениться решили.

В кухне повисает тишина. Маруся, которая перелезла на руки к отцу, с любопытством разглядывает незнакомку, нарушает молчание:

— А свадьба будет? С тортиком? А можно мне тоже платье как у принцессы?

В глазах мужа удивление, гордость и какая-то растерянность, которая, наверное, отражается и на моем лице.

— Пожениться? — переспрашиваю я.

— Да, — Степан отвечает твердо. — Мы уже год вместе. Я хотел вас познакомить раньше, но все как-то не складывалось. А потом понял, что если буду ждать идеального момента, то никогда не решусь. Я сделал предложение после сессии. И вот… — он поднимает руку Сони, показывая скромное колечко с небольшим бриллиантом.

Глеб первым приходит в себя. Он ставит Марусю на пол и подходит к сыну.

— Ну, — говорит он, откашливаясь, — раз так, давай знакомиться по-настоящему.

Он протягивает руку Соне, и та робко ее пожимает.

— Глеб Аркадьевич. Папа этого оболтуса, — кивает на Степана. — Рад, что наша семья растет. А это моя любимая и единственная жена, мать семейства — Вера Сергеевна.

— Степан много о вас рассказывал.

— Надеюсь, только хорошее? — смеется муж.

— Да. Я слышала о вас только хорошее, — видно, что говорит искренне. — Он очень хотел, чтобы мы познакомились. Потому что, — она запинается, но потом решается, — его родители — пример для него.

Я чувствую, как к горлу подступает ком. Смотрю на Степана, он стоит чуть смущаясь, но в глазах гордость за свою семью.

— Соня, — говорю я, — иди сюда.

Я обнимаю ее и чувствую, как она выдыхает, постепенно расслабляясь.

— Ну что вы стоите? — Маруся дергает Степана за штанину. — Степа, Степа! А ты мне подарок привез?

— Привез, мелкая, — смеется он, подхватывая сестру на руки. — И тебе, и родителям, и Федьке, конечно.

— Соня — твоя невеста? — Маруся серьезно смотрит на брата.

— Невеста, — подтверждает он.

— А колечко ты ей подарил?

— Я.

— Красивое, — авторитетно заявляет Маруся. — А мне колечко подаришь?

Все смеются. Глеб подходит ко мне, обнимает за талию и шепчет на ухо:

— Ты как?

— Прекрасно, — шепчу в ответ. — Не могу поверить, что наш сын женится. Неужели я такая старая?

— Ты у меня самая молодая, — он целует меня в висок. — И самая красивая.

— Пап,