Экзамен на отцовство. Семья для Лютика - Виктория Борисовна Волкова
— Григорьевна, — тихонечко тянет Мальвина. — Мальвина Григорьевна.
Голосок нежный, срывающийся. Точно девчонка на грани истерики. Надо успокоить, предложить защиту и быстренько вывезти. Пусть чувствует себя обязанной. Хоть на первых порах понянчит малого. А там, глядишь, я и сам научусь. Отпуск возьму. В Мокшанку уеду.
— Мальвина Григорьевна, я могу вам помочь только в одном случае. Если вы на праздничные дни возьмете на себя заботу о моем новорожденном сыне. А я, соответственно, помогу вам улизнуть от супруга. Найду отличного адвоката по бракоразводным делам и обеспечу безопасность вам и вашему ребенку. В моей квартире, — добавляю, как припечатываю.
— Ой, а я к тете уехать хотела, — складывает она ручки на коленках. Поправляет черные мятые брючки. Несуразная такая, худенькая. Ну какая из нее нянька? А мать?
— Тебя там сразу найдут, — объясняет главврач. — Яков Дмитриевич тебе прекрасный вариант предлагает. Соглашайся, Мальвина. Это единственный способ развестись с Тереховым. Или ты хочешь, чтобы сюда омон ворвался и силой тебя выволок?
Запугивает главврач. Сову на глобус натягивает. Видимо, у самой нервишки шалят. Хочет побыстрее избавиться от нас и одним разом решить все проблемы.
Никто, конечно, не ворвется в роддом. Не так все просто. Нужны особые разрешения и обстоятельства. А их нет. Поэтому тяжелые топчутся у входа и будут топтаться, пока Мальвина сама не выйдет, или их начальство не отзовет. Но начальство — это друзья Слона. Им пофиг.
Главное измотать вот эту несчастную бабу и выдать ее Терехову. И никого не волнует, что его сын мудак и жить с ним невозможно. Главное, помочь. Профессиональная солидарность, мать его.
— Я в принципе согласна, — неуверенно сообщает Мальвина. — Но мне надо позвонить тете. Она волнуется, — заявляет она и достает из кармана брючек старенький самсунг.
— Минутку, — забираю у нее из рук трубку. Чуть касаюсь тонких изящных пальцев, унизанных кольцами, и меня торкает.
«Да ладно», — усмехаюсь мысленно.
Глава 5
Вот это меня кроет на нервяках. Из-за сына волнуюсь. Да и кто бы с ума не сходил? Хорошо, я догадался к главному врачу зарулить. Сейчас девчонку уговорю и поедем. Дело техники.
— Что такое? — ойкает она. Растерянно смотрит на свой андроид, как ребенок, у которого забрали игрушку. И он не знает, то ли смириться, то ли заплакать.
— Вас по телефону выследили, Мальвина Григорьевна, — припечатываю девчонку взглядом.
— Да? А как? — ойкает она. И это бывшая младшего Терехова? Теперь понятно, почему он из нее веревки вил.
«Кошка, которую хочется мучить,» — так бабуля всегда о безответной соседке говорила.
— По телефону очень легко пробить локацию. У полицейских есть специальные алгоритмы, — объясняю мимоходом. — Поэтому, если вам даже удастся вырваться из осажденного роддома, — ухожу в крайности, — то вас в любом случае задержат или на вокзале в Москве, или в поезде. Вам не дадут уехать, Мальвина.
— Вы знаете моего свекра? — охает она в панике.
— Да, сталкиваться приходилось, — устанавливаю контакт глаза в глаза. Добавляю в голос душевности и искренности.
«Поверь мне! Прошу тебя!» — кричу мысленно.
— И вы можете мне помочь? — прикусывает губу.
— Мальвин, ну мы о чем тебе тут толкуем, — теряя терпение, всплескивает руками главврач.
— Я впишусь в вашу ситуацию, если вы поможете мне. А через несколько дней посмотрим. Может вашим родственникам за праздники полегчает, и к тому времени расчистят дороги. Я тогда смогу увезти сына к родственникам, а потом доставить вас к тете.
— Малыша лучше первое время не подвергать перегрузкам, — тихо замечает главврач.
Киваю ей печально и снова возвращаю все свое внимание к Мальвине. Что же ты нерешительная такая?
— Хорошо. Я согласна. Но только спасите нас! Вывезите отсюда, пожалуйста. Я на все готова, — просит она тихо и плачет от отчаяния.
— Все будет хорошо, — улыбаюсь я. И готов уже во весь голос орать «Бинго!». — Вы на чем сюда приехали? — мягко интересуюсь у Мальвины, переходя к делу.
— Во дворе моя красная реношка припаркована, — утирая слезы, докладывает она как школьница.
— Я могу во двор свою машину загнать? — поворачиваюсь к хозяйке кабинета.
— Да, конечно, — поспешно соглашается она. — Только весь выезжающий транспорт досматривают, — печально кивает на окно.
— Мою не будут, — усмехаюсь криво. Встречаюсь взглядом с братом. — Тоха, братка. Есть план.
— Нас посвятите, пожалуйста, — официально просит главврач.
— Все просто, — поднимаюсь из кресла.
Смотрю на Димона, спящего в автолюльке. Красивый маленький человечек. Самый лучший на свете.
«Видишь, для тебя папка старается», — улыбаюсь сыну.
Обхожу кабинет, обдумывая детали и заявляю уверенно.
— План простой, дамы… и Антон. Я сейчас выхожу на улицу. Загоняю машину. Повод только мне придумайте, почему мелкого нельзя выносить на мороз, — размышляю вслух. — Подхожу к собровцам. Болтаю с ними. И въезжаю во двор. Там мы быстренько грузимся. Мальвина, пару кварталов придется проехать лежа на заднем сиденье. Мой дом тут недалеко. Нырнем на подземную парковку, никто ничего не заметит… Договорились?
— Хорошо, — кивает она в ужасе и вздыхает еле слышно. — А как же мой рено?
— Да кому он нужен! Пусть тут стоит! — отмахивается раздраженно главврач. Дескать, нашла о чем подумать.
— А вот тут наступает самый интересный момент. Пока я буду разговаривать с собровцами на выезде, мимо проскочит рено. И поедет в совершенно другом направлении. За рулем будет мой брат Антон, — указываю на нашего гения, подпирающее плечом стену. — Для надежности мы ему еще ваш телефон отдадим, — протягиваю трубку брату. — Заедь в какой-нибудь торговый центр, — прошу негромко. Но в комнате стоит полная тишина и мой голос отчетливо слышен. — Таким образом мы собьем Терехова со следа. А дальше порешаем с разводом. Если получится, привлечем прессу и блогеров. Они накидают пуху на вентилятор.
— Вы так смешно говорите, — жалко улыбается Мальвина. — Такие слова применяете… Но знаете, я вам верю. У вас глаза честные. Вы не обманете.
— Тогда я пошел. Дайте указание открыть ворота, пожалуйста, — прошу главврача.
Спускаюсь вниз и улыбаюсь сам себе.
У меня честный взгляд? Я вас умоляю!
Глава 6
Вылетаю на улицу. Даже не чувствую, как на башку снег падает. И за шиворот. Тает, стекая тонкой струйкой по позвоночнику. Плевать. Сейчас не до этого.
Капюшон бы надеть. Но он под курткой остался. Сейчас начну доставать, много времени потеряю и ненужное внимание к себе привлеку.
Натыкаюсь взглядом на насмешливую физиономию Димы Короткина, командира «тяжелых».
— Ты что тут разбегался, Яков Дмитрич? — улыбается он мне.
— Сын у меня родился. Прикинь? —