Развод. Ты спал с нашим психологом - Кира Роуз

Жанна выслушивает рассказ про ужин, злится вместе со мной. Говорит, что тоже обиделась бы. Мне почему-то именно это нужно услышать.

Всё время вспоминаю поздние возвращения Павла. Сижу за столом и опять слышу своё «он сейчас приедет». Но Константин не лгал, где был. Я не думаю, что он изменяет мне. Он действительно разбирался с работой. И всё-таки вчера пообещал, днём подтвердил, а вечером отменил так, словно мы с Полиной в любом случае подстроимся.

Когда через несколько дней он просит встретиться, соглашаюсь. Зову к себе. В ресторан сейчас не хочется — там придётся выбирать еду, отвечать официанту, следить, не слишком ли громко говорю.

Константин приезжает вовремя. Раздевается в прихожей, замечает цветы в вазе. Я предлагаю чай. В комнате он сперва садится на стул, я прошу пересесть на диван. Мне всё ещё обидно, но разговаривать через всю комнату не хочу.

— Я мог поручить начало встречи другим, — говорит он. — Потом подключиться, когда потребовался бы сам. Вместо этого сразу взял всё на себя.

Я смотрю на него. Так и хочется спросить, зачем тогда по телефону объяснял, что иначе нельзя. Константин замечает моё лицо и добавляет:

— Вопрос был серьёзный. Только это не значит, что я должен был один разбирать его с первой минуты. Есть кому работать. Я привык забирать решение себе, даже когда без меня справятся.

— А нас ты собирался потом убедить, что всё правильно сделал? — спрашиваю я.

— Да, — признаёт он. — Наверное, так. Приеду, объясню. Ты поймёшь, потому что правда важное.

Мне снова хочется плакать. В тот вечер я ведь сама объясняла Полине, насколько важное. За него. Он ещё не приехал, а я уже нашла ему оправдание.

— Бывшая жена тебе тоже это говорила, — напоминаю. — Ты сам рассказал. Почему со мной вдруг будет иначе?

Константин сжимает губы. Вижу, что задела. Он отводит глаза, не отвечает сразу.

— Не вдруг, — произносит наконец. — Если продолжу работать так же, будет то же самое. Я уже начал передавать часть оперативных вопросов. Переговоры могут начать без меня. Не каждый звонок должен заканчиваться тем, что я бросаю всё и еду лично.

Он рассказывает, какие решения передал сотрудникам. Полномочия у них и раньше были, но он всё равно вмешивался. Сейчас договорились, в каких случаях действительно нужен сам. Ему непривычно, он не обещает, что сразу получится.

— Я не хочу опять спрашивать, точно ли ты можешь, — говорю я. — Каждый раз по три раза. Мне тогда легче вообще не приглашать.

— Я знаю. — Константин смотрит на меня. — Жена так и перестала. Сначала ругалась, потом уже не звала, не ждала. Я даже обрадовался, что стало спокойнее. А она просто больше не рассчитывала, что я приду.

Он замолкает. Мне жаль женщину, которой надоело ждать. И страшно оказаться на её месте.

— Мне нужен мужчина, который будет рядом, — произношу я. — Я не прошу бросить центр. Но ты же сам решил встречаться со мной. У меня дочь, сын, свои планы. Если мы договорились и что-то изменилось, я тоже хочу это обсудить. До того, как начну ждать.

— Должен был позвонить сразу, — говорит он. — Сказать, что произошло, и спросить, как перенести вечер. Я решил за вас обеих.

Я киваю. Он берёт меня за руку, на этот раз не отстраняюсь. Мне приятно чувствовать его рядом, хотя от одного признания всё ещё не могу успокоиться.

— Ты ведь мог сказать, что вообще не знаешь, приедешь ли, — добавляю. — Мы бы поели, Полина уехала по своим делам. Но я ждала до ночи, потому что ты сказал: приеду. И думала, может, ещё успеете познакомиться.

Константин подносит мою руку к губам. Я смотрю на него, уже не пытаюсь скрыть, как больно это было.

— Давай договоримся с ней ещё раз, — просит он. — Когда ей удобно. Я освобожу вечер. Заранее передам рабочее, не в семь часов начну думать, кому отдать.

Я не отвечаю сразу. Хочу снова обрадоваться, но всё ещё боюсь.

— Я спрошу Полину, — соглашаюсь. — Только в её день. Я не стану уговаривать, чтобы снова всё перенесла.

Он кивает. Мы допиваем чай. Когда уходит, я сама обнимаю его на прощание. Он держит долго, не торопит.

Полине звоню вечером. Дочь сперва спрашивает настороженно: опять ужин? Рассказываю, что мы поговорили и я хочу попробовать ещё раз.

— Ты можешь выбрать другое время, — добавляю. — Как тебе удобно.

— Через несколько дней могу, — отвечает она. — Только не готовь столько, сколько в прошлый раз. Пожалуйста.

Я обещаю одно горячее. Мы договариваемся, Константин подтверждает время. Накануне спрашивает, что привезти. Прошу хлеб — за всем остальным я вечно забываю именно его.

Он приезжает за десять минут до назначенного часа. Полина уже у меня, помогает нарезать овощи. При звуке звонка мы переглядываемся, одновременно шагаем к двери. Я открываю первая.

Константин здоровается, отдаёт хлеб и сразу поворачивается к дочери.

— Наши деньги?! — Я отстраняюсь от Константина и набираю Павла. — Когда ты отдавал их любовнице, они были твоими. А теперь вдруг наши?

Павел отвечает сразу. Константин ещё стоит рядом; я отхожу к окну, чтобы не кричать ему в лицо. Только что обнимала его, целовала, хотела, чтобы остался. Теперь думаю о четырёх миллионах шестистах тысячах, которые муж утащил из семьи, пока я экономила и старалась его лишний раз не тревожить.

— Даша, не начинай, — раздражается Павел. — Я написал, чтобы ты знала. Тридцатое сентября ещё не завтра, никто у нас пока ничего не отнял.

— Тогда зачем ты пишешь «под угрозой»? — Я перечитываю сообщение, хотя уже помню его. — Она собиралась вернуть деньги. Ты же сам говорил, что всё надёжно!

— Собиралась. Только продаж нет. Мне обещали одни цифры, а присылают совсем другие. И после всего, что сейчас происходит вокруг центра, лучше не становится.

Я уже знаю, что он скажет дальше, и всё равно спрашиваю, при чём тут центр: заём ведь выдан другой компании. Павел вздыхает так, будто устал объяснять очевидное.

— Люди уходят, Даша. Партнёры. Когда на человека жалуются, с ним не хотят работать. Я тебя ни о чём не прошу, просто не мешай хотя бы.

— Не мешать?! — выкрикиваю я. Константин оборачивается с кухни, но я уже не могу говорить тише. — Ты врал мне, пока переводил ей деньги! Чего я ещё не должна делать? Молчать о том, что она показывала тебе мои записи?!

Павел пытается перебить, я не даю. Говорю