Огонь. Эйвери и Ривер - Ребекка Яррос

А мы встречаемся? Мы как-то даже не обсуждали вопрос, кто мы друг другу.

– Я хватаюсь за соломинку. Просто не мог уехать, не попробовав.

– Ты ее любишь.

Мои пальцы крепче вцепились в рукоять топора.

– И давно ты знаешь?

Он пожал плечами, от чего бензопила слегка подпрыгнула.

– С первого года, что мы провели здесь. Я знал, что рано или поздно ты соберешь яйца в кулак.

– Да уж, позже некуда.

– Кому нужны игры, победа в которых достается легко? О них никто не вспомнит. Зато матчи, исход которых определился в последний момент, в дополнительное время, помнят все.

– Когда игроки хватаются за соломинку?

– Вот именно, – сказал брат и похлопал меня по плечу.

Для четверга народу в баре было многовато. Девушкам сегодня делали скидку, и это привлекло немало посетительниц, которые, в свою очередь, привлекли немало посетителей.

Я пробрался через толпу и занял столик в дальней части так, чтобы видеть Эйвери у барной стойки.

Дьявол, ну до чего хороша! Она разливала выпивку по бокалам, и ее собранные в высокий хвост волосы раскачивались с каждым движением из стороны в сторону.

– Так что, ты теперь с Эйвери, да? – спросила Джесси, забирая пустой стул справа от меня.

– А ты откуда знаешь? – спросил я в ответ, не отрывая взгляд от Эйвери. Она встала на цыпочки, чтобы достать с полки бутылку, и у меня появилась отличная возможность полюбоваться ее задницей. Я рефлекторно затаил дыхание. В зале было по меньшей мере тридцать человек, что жили с нами по соседству. Здравый смысл подсказывал: это не лучшее место, чтобы строить глазки. Тем более предаваться фантазиям о том, как я облокочу ее о барную стойку, стяну с нее джинсы и познаю, какова она на самом деле. У меня никогда не было проблем с тем, чтобы держать себя в руках в присутствии Эйвери. Разумеется, мое тело реагировало на ее появление, но теперь, когда я уже отведал ее вкус и знал, что она хочет того же… телу было плевать на здравый смысл.

Да еще и стойка идеальной высоты.

– Я тебя умоляю! Как будто в нашем городе можно хоть что-то сохранить в тайне! За последние несколько лет лишь слепой не видел, как вы друг на друга посматриваете. Мы только и ждали, когда Эйвери наберется храбрости, чтобы поговорить, а ты перестанешь развлекаться со своими однокурсницами.

– Как мы друг на друга посматриваем? – точно попугай повторил я. Мой взгляд по-прежнему был прикован к Эйвери. Ну да, со мной действительно все понятно. Черт возьми, да если она рядом, я не в силах даже смотреть в другую сторону – отсюда и мои постоянные расставания, – однако Эйвери ни разу и не намекнула, что хочет быть больше чем друзьями. Да брось она в моем направлении хоть один влекущий взгляд – я тут же оказался бы у ее ног, она бы слова не успела сказать.

Но она не подавала никаких знаков. Наверное, поэтому я и не понимаю, что на самом деле происходит. А если она меня целовала только из страха потерять лучшего друга? Может, я принуждаю ее к тому, чего она в глубине души не хочет?

Я никогда раньше не испытывал такой неуверенности в себе, да еще так чертовски не вовремя, учитывая, что у меня меньше недели в Колорадо на то, чтобы убедить ее бросить все ради меня.

– Ну вот, – усмехнулась Джесси, поигрывая бутылкой пива в руках. – Ты смотришь на нее, будто готов живьем съесть.

– Справедливо, – согласился я, устав скрывать свои чувства. Я сглотнул, в горле вдруг пересохло. – А она?

– Разве не очевидно? – Официантка удивленно взглянула на меня.

– Нет.

– Она смотрит на тебя так, будто ты единственное, чего она хочет: политый шоколадом сладенький кусочек. Она всегда на тебя так смотрела.

Я наконец оторвался от созерцания Эйвери и глянул на Джесси. Та кивнула и рассмеялась.

– Видел бы ты сейчас свое лицо. Челюсть отвисла – об пол не ударься.

Мой взгляд перескакивал с одной на другую. Неужели Эйвери на меня засматривалась? Почему, черт возьми, я ничего не замечал? Я что, совсем ослеп? Или, может, она так хорошо скрывала свои чувства?

– Вот уж не думала, что настанет день, когда Ривер Малдонадо потеряет дар речи.

– Все рано или поздно бывает впервые, – тихо сказал я. Может, у меня получится. Может, я действительно нужен ей так сильно, что она согласится уехать. В моей голове стремительно проносились варианты развития событий, и я разблокировал телефон. Она может остаться до конца учебного года, если так нужно для Эдди, или дать отцу еще пару месяцев, чтобы принять решение, – и уже к лету приехать в Колорадо. Я к тому времени найду и обставлю дом, и они смогут пожить со мной, пока не определятся, чего хотят дальше.

А может, Эйвери и не уедет потом никуда. Может, мой дом станет нашим.

В груди до боли защемило. Нельзя ее торопить. То, что я был влюблен в нее последние семь лет, еще не значит, что мои чувства взаимны. Вот только учитывая сроки, которые установили для команды Легаси, особого выбора у меня все равно нет.

Мне очень нравилось любоваться ею издалека, но я больше не мог ждать ни минуты – так хотелось поскорее обнять ее.

Я нажал «Отправить» и увидел, как она достала телефон, улыбнулась и ее пальцы запорхали, набирая сообщение.

Она нахмурилась, лицо помрачнело.

Она широко распахнула глаза, тут же оторвалась от телефона и принялась радостно осматриваться, покачивая зеленой лентой, которой ее волосы были собраны в хвост.

Увидев меня, она подпрыгнула и сорвалась с места. Я едва успел отодвинуться и встать из-за стола, а она уже была в моих объятиях, такая мягкая и сладко пахнущая.

– Привет, детка, – просиял я, прижимая ее к груди и отрывая от пола.

Она закинула свои невероятные ноги мне на пояс и зарылась лицом в шею.

– Ривер. – Она выдохнула мое имя, словно молитву. – Почему ты не сказал, что вернулся?

– Хотел тебя удивить, – ответил я, легко удерживая ее и наслаждаясь тем, как она ко мне прижимается.

Эйвери обняла меня крепче и запустила пальцы мне