Бывает и так... - Александр Иванович Никитин
— У Струнникова, — женщина зевнула, прикрыв рот рукой. — Укачивает что-то, — и отвернулась к стене.
Клепиков перевернулся на спину, провел рукой по подбородку: «Не колется, — подумал он, — не мешало бы с ней сойтись поближе… Она работает у Струнникова… Хе-хе-хе! Тут может получиться недурно!»
И Клепиков начал разрабатывать план сближения.
Прошло довольно много времени, когда он услышал, как внизу сладко зевнули, и ноги стукнули об пол.
«Проснулась», — решил он и, свесив голову вниз, сказал:
— С приятным пробуждением вас! Не скажете, сколько нам еще ехать?
— Не больше часа.
— Великолепно! — с жаром вскричал Клепиков и завороженно уставился в глаза женщины.
— А ведь я вас где-то встречал, — задумчиво проговорил он и тут же обругал себя: «А черт, не так начал…».
— Все может быть. А где, если не секрет? — кокетливо улыбнулась она.
Клепиков почувствовал, как у него пламенеют уши.
— Наверно, в Третьяковской? — предположила она.
— Вот-вот, — обрадованно сказал Клепиков, — вы были еще с каким-то мужчиной. — Клепиков почему-то подумал, что она обязательно должна была быть с мужчиной.
Он спрыгнул с полки и сел рядом.
— Подъезжаем к Москве…
За окном начинало светлеть, мимо проносились подмосковные дачи, окруженные стройными зелеными елями.
— Вы знаете…
— Анна Федоровна, — подсказала женщина.
— Вы знаете, Анна Федоровна, как только я подъезжаю к Москве и вижу эти по-девичьи стройные ели, эти аккуратные домишки, эти белые столбики, отсчитывающие километры, у меня в душе поднимается бурная радость и гордость за нашу столицу, меня зовут Алексей Семенович…
— Да, Алексей Семенович, то же самое, наверное, чувствует каждый…
Затарахтело радио, и голос диктора торжественно произнес: «Поезд 89 приближается к столице нашей родины — Москве!». И сразу полилась музыка, заполняя купе знакомыми словами песни: «Утро красит нежным светом стены древнего Кремля…»
— Где мы с вами встретимся? — с надеждой спросил Клепиков, когда они вышли с вокзала.
— Давайте завтра вечером в Третьяковке, у «Запорожцев», а?
— Ну что ж, давайте, — испуганно согласился Клепиков и подумал: «Где же я буду искать эту картину?».
Анна Федоровна напоследок обворожительно улыбнулась, махнула ручкой и села в такси.
Клепиков подождал, пока такси не затерялось в конце улицы, и пошел к будке «Справочное бюро».
Встреча с заместителем министра Струнниковым должна была состояться в одиннадцать часов утра, на другой день.
* * *
В половине одиннадцатого Клепиков уже входил в здание министерства.
Доклад прошел довольно быстро и в дружеской обстановке, Клепиков даже курил папиросы Струнникова…
Потом замминистра написал записку, чтобы выписали нужные для комбината детали, и пожал руку Клепикова.
Клепиков бодро шагал по коридору к выходу.
«Толковый мужик», — думал он про зама, и все же на душе лежал какой-то осадок несбывшихся надежд: его никуда не пригласили и даже не сказали, что он способный работник.
Клепиков задумчиво шагал по ступенькам со второго этажа. На повороте он наткнулся на уборщицу, которая подметала лестницу. Пошатнувшись, уборщица сердито крикнула:
— Поосторожней, гражданин! Надо смотреть немного… А то получит благодарность и несется, ничего не видя!
Равнодушно покосившись на нее, Клепиков удивленно вскрикнул: перед ним с веником в руках стояла Анна Федоровна.
— Алексей Семенович?! — растерянно прошептала она и покраснела.
Клепикову тоже стало не по себе, он стоял и молчал, не зная, что сказать. Анна Федоровна тщетно прятала веник за спину, руки ее дрожали и веник покачивался за спиной.
— М-да, встретились в Третьяковке, нечего сказать, — ожесточаясь непонятно на что, пробормотал Клепиков.
— Что вы хотите этим сказать? — оскорбленно спросила женщина.
— То, что сказал…
— Не умно. В конце концов всякий может говорить, что хочет… Сами-то вон тоже министр на словах…
Клепиков взглянул на свою руку: там дрожал листок замминистра, четко выделялись слова: «Выдать старшему технологу Клепикову А. С. нужные детали»…
Клепиков крякнул и поспешно сунул листок в карман.
— Ладно уж, — почему-то тихо сказал он, — посмеялись и хватит. До свиданья… — и боком обойдя Анну Федоровну, стал торопливо спускаться вниз.
ИНДЮК И ПЕТУХ
Индюк Индюкеевич важно прогуливался на задах. Рядом спорили куры, и Петух Петухеевич изредка обрывал их сердитым криком. Возле забора стояли индюки и индюшки и о чем-то упорно думали.
Индюк Индюкеевич тоже думал. В отличие от своих собратьев он любил ходить и думать.
Он, например, думал о том, почему, как только наступает ночь, хозяйка загоняет его в птичник. И почему солнце круглое, а не квадратное. Почему куры белые, а индюки разноцветные. И почему, наконец, воробьи едят то же самое, что и он, а сами маленькие…
Индюк Индюкеевич был вообще пытливым и деятельным. Вот и сейчас он подошел к кусту малины и внимательно его осмотрел.
«Интересно, почему куст зеленый, а ягоды красные? Если куст зеленый, то и ягоды должны быть зелеными! Тут что-то не так!» — подумал Индюк Индюкеевич и несколько раз царапнул землю. Земля отлетела и открылся белый корень.
Индюк Индюкеевич изумился:
«Как так! Ведь куст должен быть весь зеленый! Может, загадка кроется глубже!» — Он добросовестно раскидал всю землю, а корни были все те же.
В это время подошел Петух Петухеевич и глубокомысленно осведомился:
— Индюк Индюкеевич, что вы делаете?
— Видишь ли, голубчик, — ответил он, — куст-то должен быть весь зеленый, а тут ягоды красные и корни белые? Это как-то не вяжется в моем воображении. Я думаю проделать некоторый эксперимент. По-моему, здесь скрывается глубокая ошибка природы!
— Индюк Индюкеевич, у вас такие гениальные мысли! — воскликнул Петух Петухеевич. — Вы так прозорливо смотрите в корень дела…
Индюк Индюкеевич недоверчиво посмотрел на него.
— Нет, серьезно! Ведь это целое научное открытие!..
Индюк Индюкеевич робко улыбнулся и выставил лапку вперед.
— Конечно, что и говорить. Вас не поймут сразу, будут наговаривать всякое. Много у нас еще завистников! Но вы держитесь!
Индюк Индюкеевич надулся и проговорил:
— Это мы еще посмотрим! Я стою на твердой научной основе, Куст должен быть весь зеленый! И я докажу!
— Правильно, правильно! — закричал Петух Петухеевич.
— Что они понимают?! — разошелся Индюк Индюкеевич.
— Правильно, правильно!
— Я им докажу!..
И вдруг… В Индюка Индюкеевича полетела палка, пущенная хозяйской рукой. Она задела Петуха Петухеевича, который вмиг потерял петушиный облик, и Индюка Индюкеевича, который на бегу терял свои гениальные индюшиные перья.
Не поняли Индюка Индюкеевича.
А жаль!
Может быть, он действительно сделал бы гениальное открытие… В мусоре!
„ВАЖНЫЙ ЖУК“
Товарищ Мотыльков работает в тресте. В каком тресте, это не важно, и кем — тоже. Главное, что про него говорят — «важный жук».