Боярский сын. Воин. Часть 1 - Алексей Владимирович Калинин

— Да-да, нас хватало не только на танцы, а еще и на кое-что поинтереснее, — сально усмехнулся Камышинский и по-хозяйски положил руку на плечо супруги.

Та вспыхнула, смахнула его руку и легонько ударила мужа ладошкой по плечу:

— Постеснялся бы детей, мой дорогой муж!

— Да я же вижу, молодежь, что вы просто хотите смыться от нас! –усмехнулся мой отец, откидываясь на спинку кресла. Он всё прекрасно понимал. — Да, мы скучные взрослые… Ну ничего, придет время, вы тоже будете на нашем месте, начнёте ворчать и вспоминать былые деньки. Ну что, господа, отпустим молодых? А то засиделись они тут с нами. Кровь кипит, живица бурлит, им попрыгать охота. А мы уж тут сами поговорим про дела наши насущные, вспомним затеи лихие. Согласны?

— Конечно, согласны! — загудели остальные. — Идите, молодежь, развлекайтесь! Но знайте, что мы каждый третий бокал будем поднимать за Елисея! Пусть это будет вам напоминанием, когда ему икаться будет!

Мы поклонились, соблюдая этикет до конца. Уже направляясь к выходу из банкетного зала, я притормозил возле брата и тихо спросил:

— Ты с нами? Мы хотим в караоке поехать, горло порвать.

Яромир покачал головой и поправил воротник:

— Не, братуха. Мы с Рязанцевыми отправимся в более… взрослое путешествие. Есть тут одно закрытое заведение, где девочки танцуют не только вальс.

Я хмыкнул:

— Смотри только, чтобы ваши взрослые игрища не переросли во взрослые проблемы. А то притащишь в дом какую-нибудь заразу, и отец тебе голову открутит. И заметь — я даже заступаться не буду.

— Ой-ой-ой, какие мы важные стали! –закатил глаза Яромир. — Вот видите, стоит только братцу получить ранг, как он уже нос задирает до потолка! Учит старшего брата жизни!

— Ну ничего, получит пару раз по задранному носу в подворотне, и спесь мигом слетит, — хохотнул подошедший Всеволод Рязанцев.

— До него ещё допрыгнуть нужно, — парировал я с легкой усмешкой и кивнул на них друзьям. — Вы слышите слова зависти, что я за пару месяцев успел сравняться с ними в рангах, пока они по клубам штаны просиживали.

— Вали давай, пока ещё можешь ноги передвигать! — отозвался Борис. — Мы ведь не экзаменаторы — мы поддаваться не будем!

— Да-да, оставьте поддавки для девушек лёгкого поведения, с ними-то вы стопроцентно справитесь! — подмигнул я.

Оставив парней переваривать шпильку, я повернулся к друзьям. Любава и Варвара остановились неподалёку.

— Любава Прокопьевна, Варвара Григорьевна, — обратился я к ним, изобразив легкий, галантный полупоклон. — Не желаете ли вы сменить обстановку на более праздничную? Мы отправляемся в караоке-клуб, дабы от души поорать в микрофоны и отметить мой ранг в неформальной обстановке.

— Вот еще! — тут же фыркнула Варвара, вздернув остренький носик. — Не хватало еще в кабак заваливаться вместе с вами! Слушать ваши пьяные вопли? Нет уж, увольте.

— Мы лучше поедем домой, — добавила Любава, избегая смотреть мне в глаза. — У нас завтра рано утром дополнительные занятия.

— Да-да, а вы идите. Занимайтесь… плебейским развлечением, — не могла удержаться Камышинская.

— Варвара Григорьевна, — протянул Мишка Морозов. — Вы зря пытаетесь оскорбить нас словом «плебейские», то у вас всё равно ничего не получится. Мы слишком круты для того, чтобы на вас обижаться.

— Ну-ну, — процедила Варвара, сверкнув глазами. — Посмотрим, какие вы будете крутые завтра утром, когда проснетесь с больной головой и сорванным голосом! Пойдем, моя дорогая, — она взяла Любаву под руку. — Не стоит тратить на них драгоценное время.

Любава на мгновение замешкалась. Я видел по её глазам, по тому, как дрогнули губы, что она хотела бы остаться. Хотела бы поехать с нами, сбросить маску аристократки и побыть простой девчонкой. Но воспитание, гордость и, возможно, страх перед собственными чувствами оказались сильнее. Она не стала противиться подруге и позволила увести себя прочь.

Ну и пусть. Баба с возу — кобыле легче. Нашим даже будет проще расслабиться. Не будет того напряжения, которое по любому возникло бы, если бы эти две строгие мадамы присутствовали при нашем орании в микрофон.

Мне в прошлой жизни всегда было по кайфу посидеть с парой-тройкой друзей где-нибудь у костра в глухом лесу. Выпить спирта из фляжки, закусить тушенкой с ножа и поорать под гитару хриплыми голосами. А вот модные клубы, где нужно выходить на освещенную сцену, держать фасон и думать, попадаешь ты в ноты или нет… Это и тогда меня напрягало.

Может быть, я в глубине души стеснялся? А может, просто было неприятно, когда на смотрели десятки оценивающих глаз, выставляя мысленные оценки за вокал и внешний вид. Я такой, какой я есть. Моя жизнь — это кровь, сталь и выживание. И нечего меня оценивать по тому, как я тяну ноту «ля».

— Погнали, банда! — скомандовал я, хлопнул Мишку по плечу и кивнул Мизуки. — Нас ждет ночь, полная плохих песен и хорошего алкоголя! Пусть я алкашку и не одобряю, но сегодня хочется задурманить мозги и ни о чём не думать!

В караоке под названием «Ночной соловей» мы поехали не просто так. Это было заведение, где золотая молодежь, аристократы и нувориши спускали нехилые суммы, чтобы почувствовать себя рок-звездами. Неоновые вывески, дубовые двери с магической вязью звукоизоляции, вышколенная охрана, которая сканировала каждого входящего не только металлодетекторами, но и артефактами на предмет агрессивной магии.

Да, пришлось заходить без оружия, чтобы не нарваться на благожелательную просьбу убрать его или оставить на входе. Но так уж повелось, что туда, где люди заходят развлекаться, оружие лучше не проносить.

Мы завалились внутрь нашей небольшой бандой. Пока друзья, скинув верхнюю одежду, располагались в просторной VIP-кабинке, обитой бордовым бархатом, я взял на себя роль заведующего праздника.

Подошедший официант в белоснежной рубашке и угольно-чёрных брюках замер с планшетом наготове. Я заказал лёгкого алкоголя, мясных и сырных закусок. Ну и, пробежавшись глазами по меню медиа-системы, примерно составил выбор песен, которые мы сегодня хотели бы услышать.

Официант кивнул и елейным голосом произнес:

— Будет исполнено, господин. Я сделаю всё возможное, чтобы господа остались довольны вечером.

— Да-да, друг любезный, господа за чаевыми не постоят, — ответил я, откидываясь на спинку дивана и закидывая ногу на ногу. — Мы хотим отдохнуть так, чтобы