Пышка в Академии боевых драконов - Дарина Ромм

— Порта-а-ал! — донеслось сквозь шум поднявшегося ветра.

— Что за факультет хотя бы?! — закричала я, чувствуя, что стол выскальзывает из рук, а меня засасывает в эту жуть, как мусор пылесосом. — Куда ты меня… поступила?!

— На боевой факультет! — донеслось сквозь вой. — С моим уровнем магии только туда!

— Но у меня же нет магии! — заорала я в отчаянии, уже наполовину всосавшись в воронку. Ноги оторвались от пола, сумка с книгой взлетела и больно стукнула меня по спине, куртка надулась парусом.

— Придумаешь что-нибудь! — долетел до меня смех Катарины и в следующую секунду воронка проглотила меня целиком.

Последнее, что я увидела перед тем, как мир окончательно потерял очертания — довольное лицо Катарины, которая махала мне рукой на прощание. Дальше темнота, свист ветра в ушах и пульсирующая в голове мысль: «Мусака. Я забыла оставить ключи соседке, и мой котик умрёт с голоду».

Как только портал устал жевать мою тушку и выплюнул наружу, выяснилось, что Катарина меня обманула. Причём по всем пунктам!

Для начала, вылетела я не в академии, а на какой-то лужайке. К тому же, вокруг было темно, хоть глаз выколи. А сумасшедшая дочка герцога говорила, что лекция вот-вот начнётся! Какая лекция, когда тут даже солнца нет?!

И главное, я приземлилась на что-то твёрдое, но живое. В этом Катарина была не виновата, конечно. Но всё равно, было неприятно, потому что «это» вдруг раздраженно произнесло: — Драк тебя раздери! – и что-то ещё, такое же непонятное, но явно ругательное и всё в мой адрес.

— Простите, — пискнула я жалобно. — Я не специально. Меня засосало.

Ругательства резко прекратились. Наступила тишина, такая густая, что её можно было ножом резать. А потом снизу раздалось тяжёлое дыхание, и вдруг... меня начали лапать. В прямом смысле!

Пока я растерянно открывала и закрывала рот, руки (лапищи, я бы сказала) начали методично шарить по мне. Прошлись по спине, талии. Ощупали бёдра. Задержались, явно удивляясь масштабу. Перебрались на грудь, наткнулись на мой четвёртый размер и замерли, словно растерялись.

Я покраснела так, что, наверное, осветила всю лужайку.

— Эй! — возмутилась немного пискляво. — Руки убрал!

— Ты кто? — раздалось снизу. Голос был уже не ругающийся, а скорее недоуменный. Мужской, довольно молодой и очень, очень... В общем, такой, от которого вибрация пошла по всему телу, а потом собралась куда-то в район живота.

- Я Катя... То есть, Катарина. А ты?

Вместо ответа товарищ подо мной проделал акробатический номер, достойный цирка дю Солей. Одним неуловимым движением он встал на ноги — и меня заодно поставил, как пушинку. Как куклу. Как... в общем, я даже охнуть не успела, а уже стояла на траве, хлопала глазами в темноту.

— Слушай, — я решила взять инициативу в свои руки. — Ты можешь сколько угодно возмущаться, что я на тебя упала. Но я не виновата. Меня портал не туда выплюнул.

— Не туда? — произнес мой невидимый собеседник скептически. — А куда ты собиралась?

— В академию, — вздохнула я. — Должна была на лекцию успеть, а приземлилась на тебя.

— На лекцию? — в его голосе прорезалось неподдельное веселье. — Сейчас глубокая ночь. Какие лекции?

— А я откуда знаю? — огрызнулась я. — Мне сказали — занятия вот-вот начнутся! Я и поверила, - и пробурчала себе под нос: - Идиотка наивная.

— Это точно, — хмыкнул он.

— Эй!

— Что «эй»? Сама сказала.

Я скрестила руки на груди и надулась. Бесполезное занятие, конечно, в темноте всё равно не видно, но для поддержания боевого духа сгодится.

— Что теперь делать будешь? — поинтересовался парень. — До академии добираться минут двадцать. И это если по прямой, а по прямой отсюда только драконы летают.

— А пешком и в обход долго идти?

— Часа два. С возможностью нарваться на ночных тварей, которые как раз выходят на охоту.

Я сглотнула и жалобно спросила:

— А ты… Мог бы... ну, проводить меня?

Парень задумался, я прямо слышала, как он там, в темноте, размышляет, стоит ли связываться с такой подозрительной девицей.

— Что мне за это будет? — наконец спросил он.

— Моя вечная благодарность, — выпалила я.

— Звучит как-то неинтересно.

— А пирожные? Я, если что, печь умею. Не как профи, конечно, но мои знакомые говорили, что съедобно. Если найду место, где можно приготовить, то угощение тебе гарантировано.

— Торгуешься? — в голосе послышалась усмешка.

— Выживаю, — честно ответила я.

Парень хмыкнул, но, кажется, принял решение в мою пользу. Во всяком случае, раздался щелчок пальцев и над нашими головами появился светящийся шар. Повис в воздухе, разгоняя ночной мрак и позволяя мне рассмотреть своего собеседника. Я подняла глаза и... Честно, я забыла, что нужно дышать.

Рядом со мной стоял парень лет двадцати с небольшим. Красивый, очень красивый. Вернее, стояло произведение искусства, которое по недоразумению носило мужскую одежду и умело ругаться.

Он был очень высоким — я рядом с ним почувствовала себя Дюймовочкой. Широкоплечий, с идеальными пропорциями тела, которые подчёркивались тёмным камзолом и брюками в тон. Такие фигуры обычно рисуют на обложках любовных романов с подписью: «Идеальный мужчина, влажная мечта героини».

Волосы у него были светло-пепельные, длиной ниже плеч. Чуть растрёпанные, но так, что хотелось не причесать, а наоборот, ещё больше разлохматить. Лицо... скульптурное. Нет, правда, такое впечатление, что его слепил гениальный мастер и в процессе очень старался: острые скулы, прямой узкий нос, чёткая линия челюсти. Губы твердые, не полные, не узкие, явно созданы не для ругательств, а для чего-то другого...

Я моргнула — этому красавцу только в рекламе сниматься. Элитные часы, дорогие автомобили, парфюм за тысячу долларов флакончик — вот его аудитория. Сидит такой в кресле, смотрит свысока, а деньги и красивые женщины сами текут к нему рекой. И этот... этот шедевр сейчас стоял передо мной….

Я мысленно вздохнула. Катя, Катюша, даже не смотри, не надейся. С такими, как он, знакомятся высокие стройные блондинки с ногами от ушей. А ты