Развод с холодным драконом. Хозяйка Снежной долины - Светлана Романова

Одетая, причесанная и всё ещё злая, спускаюсь на кухню, чтобы попить чай и успокоиться. Томас уже спит, заглянула к нему, чтобы проверить.

Эмоции бурлят, кровь кипит, кончики пальцев снова покалывает. Это она! Магия снова ищет выход.

— Саин! Саин! — зову, ошеломленно тараща глаза.

Для меня, женщины из немагического мира, очень странно ощущать в себе волшебство. Это пугает. До икоты пугает.

— Садись на пол! Соедини пятки! — хранитель снова появляется из ниоткуда. — Носки тоже соединяй!

Послушно выполняю всё, что говорит Саин.

— Руки в пол! Ну же! Ладони расправь! Закрывай глаза и слушай! Представь себе место, где тебе наиболее спокойно.

Ну и задачка! Как сходу-то сообразить? Ну, пусть будет каменистый берег у мелкой речушки. Часто ходила туда подумать, когда на дачу приезжала.

— А теперь почувствуй её. Магию свою ощути. Физически найди, где она сосредоточилась.

В своём подсознании сажусь на давно облюбованное местечко, где нет острых камней, и прислушиваюсь к себе. Чувствую, как что-то мягкое и пушистое ластиться ко мне в районе сердца.

Мысленно тянусь к магии, и она ещё пуще трется, пуская едва уловимые электрические разряды, которые уходят в руки.

— Теперь представь, что энергия, которую ты чувствуешь в руках, формируется в шар.

Мысленно направляю искры из левой руки в правую, и они сливаются в одну большую сферу.

— Открой глаза, Мария!

Открываю и с визгом швыряю небольшой искрящийся шар, который с удобствами устроился на моей ладони, в сторону Саина. Он вмиг исчезает, и шар впечатывается в нижний шкафчик, в котором у меня хранятся тарелки. Дверка к чертям разлетается в дребезги.

— Ты решила убить меня? За что? — слышу обиженный голос за спиной.

— Прости, Саин! Я испугалась! Не ожидала. Для меня это всё в новинку. Это так странно! Волшебно! И страшно!

— Ты боишься свою магию?

— Угу!

— Так не годится. Толку не будет. Ты читала книгу, которую я дал тебе?

— Как раз сейчас иду читать.

— Ну, ну. Завтра буду спрашивать.

— Слушаюсь, учитель! — складываю ладони вместе и делаю шуточный поклон.

— Иди уже, егоза!

Книга оказалась ну очень скучной. Из всего прочитанного я только поняла, что магия передается по наследству и никак не может возникнуть сама по себе, из ниоткуда. То есть обычный человек не может вдруг ни с того, ни с чего стать волшебником. Остальное всё пестрело непонятными моему глазу терминами, которые ни о чем мне не говорили.

Закрыла книгу и легла спать.

— Просыпайся, любимая! — мурлычет мужской голос рядом. Слишком близко.

Открываю глаза и… задыхаюсь от возмущения.

— Какого черта ты лег на мою постель, пельмень контуженный! — цежу сквозь зубы и стараюсь столкнуть с кровати увесистую тушку по имени Гилем.

Но сдвинуть его невозможно. Это то же самое, что пытаться передвинуть гору. Блин, а я хотела поспать сегодня подольше.

Встаю и надеваю халат, плотно запахивая полы.

— Зачем ты прилетел? — шиплю, снова чувствуя, как магия колет в кончиках пальцев.

— Хочу, чтобы ты вернулась в замок. Прилетел за тобой, и в этот раз я исполню задуманное.

— Не думаю, что у тебя получится. С тех пор как я здесь, прошло сколько? Неделя точно. Мне не выйти! — выхожу из комнаты. Этот хмырь тянется за мной.

— Сегодня людской мир уйдет в тень. Ты легко сможешь выйти! — в этот момент его голос звучит с такой неприятной интонацией, что меня передергивает, будто кто-то смычком водит по нервам.

Напрягаюсь. Беру себя в руки и спускаюсь на кухню. Гилем ни на шаг не отстаёт. Ставлю чайник, и завожу тесто на блины.

— Если не полетишь со мной добровольно, закину тебя на плечо и унесу силой! Кстати, развод я отозвал! — в этот раз его голос звучит жестко. Не остается и крупицы притворной мягкости.

Всё сжимается внутри, пальцы искрят. Пугает ли меня сейчас это? Немного, но гнев превалирует. Энергично работаю вилкой, перемешивая жидкое тесто и громко стуча по стенкам большой миски.

— Послушай меня, Гилем. В таком случае на развод подаю я. Тем более, магистрат всегда под рукой.

Грозное рычание за спиной заставляет съёжиться. Не подаю вида и ставлю сковороду на печь, смазываю кусочком жира и жарю блины.

— Ты не посмеешь! Не для того я потратил на тебя своё драгоценное время, чтобы сейчас отпустить.

— Ты первый подал на развод! — заворачиваю в новоиспечённый блин остатки вчерашней каши, которую перемешала с подливой.

— Да! Потому что ты шлю… кхм, кхм.

Смотрю на него из-под лоба и отшатываюсь. Сколько злости в его взгляде. Он действительно думает, что Мария изменила ему. Неужели правда?

— Что сейчас изменилось? У меня появилась магия, и ты решил забыть, что я нечестивая женщина?

— Замолчи! Р-р-р-р! Убью же, дура!

Прикусываю язык, а саму трясёт. Завариваю ароматные ветки и возвращаюсь к блинам.

— Я любил тебя, Мария! По-своему, глубоко в душе, любил! Но ты… мало того, что пустая… была пустая, так ещё и пошла в разнос. И я впервые почувствовал это!

— Что… это? — шепчу.

Гилем подошел близко, слишком близко. От него веет холодом. Замораживающим и отрезвляющим холодом.

— Ревность, Мария. Я почувствовал ревность. Она до сих пор гложет меня. Съедает изнутри. Мне бы отпустить тебя и забыть! Но… не могу.

Гилем перехватывает мою руку с грязной ложкой и резко дергает на себя.

— Я хочу убить тебя! И хочу любить тебя! Что выбрать? А, Мария? Ответь мне!

— Отпусти меня, сумасшедший! — пытаюсь отстраниться, но холодная рука лишь сильнее сжимается на моей талии.

Закрываю глаза и представляю, как в моей руке формируется электрический шар. Я прямо физически ощущаю, как ток струится по венам и сосредотачивается на ладони.

Гилем прижимает меня к столу и наклоняется. Он думает, что я позволю поцеловать себя? Ну уж нет, ящер облезлый. Отвожу руку с искрящимся шаром в сторону и с размаху впечатываю его ему в грудь.

Гилем отшатывается, смотрит на меня удивлённо, удивлённо. Не сразу замечаю, как сильно его колбасит, как сводит судорогой его мышцы. Холодные глаза закатываются, и ледяной дракон с грохотом валится на пол.

— Эй, ты чего, холодный ящер? Ты же не помер? Нет? — опасливо подхожу и шевелю ногой подрагивающее тело. — Живой! — выдыхаю. — Значит, очухаешься!

Ещё раз проверяю, дышит ли дракон и дожариваю блины. Ставлю наш с Томасом завтрак на поднос и иду наверх. Не хочу, чтобы ребенок видел валяющееся на кухне безобразие.

* * *

— Мне нравится. Вы всё очень хорошо сделали, Михель.

Дом для животных готов. На окна натянули какой-то пузырь.