Дубликат - Леонид Жилеев

В этот раз я просыпаюсь до того, как автобус останавливается у ворот «Совёнка», и сразу замечаю, что в автобусе я не один. Какой-то парень в зимней куртке дремлет на переднем сиденье автобуса. Первая мысль была: «Вот чудак, с какого полюса он приехал?» Потом я понимаю, что вижу своего двойника, причём вижу ни по его, ни по моей инициативе. Я не умею связываться со своими двойниками — Пионер всегда приходил сам. Семён, когда уходил, видимо, что-то разворошил в здешней механике, так что нас всех спонтанно выносило к нему. Палача я чувствовал, причём, похоже, лучше всех из нас, но никогда не встречался лицом к лицу, и слава богу. И ещё при всех встречах мы воспринимали друг друга как фантомов. Очень реальных, но фантомов, и физически дотронуться друг до друга, наверное, не смогли бы. Этот же двойник мне кажется абсолютно реальным, а во-вторых, похоже, что он меня вовсе не замечает. Пока я так размышляю, автобус останавливается, шипит сжатый воздух, открывая дверь, замолкает двигатель. От всего этого двойник просыпается и прилипает к окну. Это какой-то или неопытный двойник, или же ещё не вернувший свою память, судя по тому, как он крутит головой и перебегает с одной стороны автобуса на другую, от окна к окну. Я сижу в предпоследнем ряду, да ещё и спинка кресла откинута, так что двойник меня пока не замечает, а во мне сейчас борются альтруист и прагматик. С одной стороны, хочется похлопать его по плечу, рассказать, что его ожидает, каких ошибок он может избежать и чем всё закончится и опять начнётся — для двойника, естественно, не для меня, — а с другой — не думаю, что двойник сейчас адекватно воспримет моё к нему обращение. Да он либо усомнится в собственной вменяемости, либо обвинит меня во всём случившемся. Только драки с самим собой мне ещё не хватало — в общем, стоит поберечь свою нервную энергию и физическое здоровье.

Пока я так размышляю, двойник всё решает за меня. Он хватает пакет с кресла и решительно направляется к выходу, на ступеньках оглядывается и встречается взглядом с моим отражением в водительском зеркале. Брови его взлетают вверх, он хочет остановиться, но накопленная инерция заставляет его сделать последний шаг из автобуса. Всё, обратно он войти не сможет, и снаружи меня тоже не видно.

Парень какое-то время пытается попасть в автобус, потом мечется по стоянке, потом сидит на бордюре в позе мыслителя, наконец встаёт и решительно направляется к воротам.

А у меня появляется мысль пошутить над Славей — я уверен, что здесь тоже Славя, а не Славяна, — пошутить над Славей и в очередной раз над системой. Хватаю свой рюкзак и выгружаюсь из автобуса вслед за двойником.

Мой двойник уже успел дойти до ворот и просочиться вовнутрь, а Славя ему навстречу, между прочим, так и не вышла. Ладно, не всё ещё потеряно. Бегу вдоль забора до тропинки в старый лагерь, чтобы пройти на территорию там. Мне сейчас нужно оказаться на пристани до того, как там окажется Славя. Подхожу к калитке — это даже не калитка, а просто разрыв в заборе, через который проходит тропинка, — и тут меня убивают.

Что-то с хрустом бьёт меня в позвоночник, мои ноги подкашиваются, и я падаю лицом в хвою. Лежу, не чувствуя ни тела, ни конечностей, перед глазами одиноко зеленеет пробившаяся сквозь хвою травинка, слышу осторожные шаги, непонятные треск и шорох, потом моё тело трогают, видимо, веткой. Я делаю такой вывод, исходя из того, что слегка изменяется направление моего взгляда. Потом опять слышны лёгкие шаги, переходящие в бег. Паники нет, я верю Пионеру, что воскресну самое позднее в следующем цикле. Палач вообще вон через полчаса воскрес в первый раз. Глаза закрываются сами собой, и я постепенно отключаюсь.

Прихожу в себя уже ночью, лёжа на спине. Чувствую щекой тепло костра, слышу треск пламени. Открываю глаза и резко сажусь. То есть, я же парализованный и не должен был сесть! Но нет, руки и ноги слушаются, да и сел я достаточно активно. Верчу головой и цепляю взглядом сидящую напротив фигуру — моего двойника. Он сидит на упавшем дереве, подложив под себя куртку, молча смотрит на меня и не предпринимает никаких действий. Хотя враждебности от него и не исходит, но под его изучающим взглядом мне становится неуютно.

Эта неловкость, скорее всего, отражается на моём лице, потому что двойник прерывает наконец молчание и произносит:

— Я пока прогуляюсь, посмотрю, что там в лагере происходит. Вернусь через час.

С этими словами двойник поднимается и уходит. Некоторое время я ещё слышу его шаги, потом их заглушает шум леса.

Посидев ещё немного, я встаю и отправляюсь к озеру. Хочется, действительно, привести себя в порядок после воскрешения. Тут же у костра стоит мой рюкзак; достаю из него спортивный костюм, бельё и иду к озеру. Раздеваясь, обнаруживаю на рубашке небольшую треугольную дырочку — видимо, сюда мне и прилетело.

После водных процедур присаживаюсь в стороне от костра, так, чтобы меня не было видно с тропинки, и начинаю думать о ситуации. Что мне известно? Во-первых, пришельцев здесь убивают, а это какой-то новый сюжетный ход в спектакле. Во-вторых, я впервые оказался в одном лагере с двойником во плоти; возможно, кстати, что именно он меня сюда и притащил. В-третьих, с большой вероятностью меня убил кто-то из девочек — это если судить по звуку шагов. В-четвёртых, в-пятых… Да ни черта мне на самом деле не известно, кроме того, что меня подстрелили на тропинке в старый лагерь, а пришёл в себя я в лесу у костра. Тогда поставлю вопрос иначе: как мне себя вести? Как мне себя вести в течение той недели, что у меня есть? Решаю для начала послушать своего двойника. Ведь зачем-то же он меня сюда притащил.

Выбираюсь к костру, достаю из рюкзака две банки: одну откладываю в сторону — для двойника, вторую открываю — оказалась гречка, чуть сдвигаю прогоревшие дрова в сторону и пристраиваю банку на раскалённую землю. Поужинав кашей пополам с золой и запив всё это тёплой водой из бутылки, укладываюсь на спину, предварительно подстелив куртку двойника и используя рюкзак в качестве подушки. Какое-то время жду двойника, разглядывая созвездия, и незаметно для себя засыпаю.

Разбудили меня непонятные и неидентифицируемые звуки. Осторожно открываю глаза: барсук. Здоровенная серо-чёрно-белая скотина, мало похожая на