Старая нищенка - Александра Александровна Сергеева
– Тиата, не попробуете? – внешне спокойно попросила Атта.
– Я же их вижу только на экране, – нерешительно возразила Тина, поднимаясь и укладывая на кресло похрапывающую жабу. – А нужен визуальный контакт.
– Будет визуальный, – тотчас подскочил сидевший у неё в ногах Гыр.
Он стряхнул с себя экип в инвентарь и подхватил бабушку на руки.
– Давай! – скомандовал Зорг.
Он и Сяхоу уже торчали под фок-мачтой. А через несколько секунд вскарабкались на неё ловчей обезьян.
– Держитесь крепче, – наставительно велел Гыр, одной рукой удерживая старую нищенку, а второй зажав конец верёвки. – Можете зажмуриться.
– Я не боюсь высоты, – похвастала Тина, заключая в объятья необъятную шею скифа. – Полетели, дорогой.
И они полетели. Вверх. А навстречу им вниз ухнули два сосредоточенных противовеса.
Оказавшись в вороньем гнезде, Тина сумела разглядеть вдали узкую блестящую полоску строя мерхов. И чернеющий на глазах вихрь, что окутал чародеев. Вихрь был готов сорваться в полёт на оборзевшего врага. Она вздохнула и активировала групповое проклятье на пять игроков по три тысячи пунктов маны. Больше тратить остереглась: кто знает, что у них впереди? А для срыва заклинания этого должно хватить.
Хватило. Даже если у одного чародея из пяти пошёл сбой от недостатка упорхнувшей маны, заклинание будет запорото. А то и обратиться против заклинателей. Как в этот раз. Поднявшийся над землёй чёрный гигантский смерч уже, было, двинул в сторону крепости северян. Но споткнулся, наплывая одним воздушным витком на другой. Затем вовсе поплыл очертаниями, образуя бесформенную жирную тучу. И, наконец, обрушился вниз, образовав приличную воронку.
Чародеи не пострадали. Воины тоже: бывалые игроки легко ушли от катастрофы, дружно окнувшись на сотню метров дальше. Зато отряду, что уже начал атаку на крепость в тылу велетов, пришлось туго. Тавры ударили в спину старому врагу. В тот же миг воздух над возами сотрясся от яростного рёва. Не меньше двух десятков варягов-аркудов одним прыжком перелетели через возы.
Мерхи – смятые стеной скифских щитов – попали под удар северных звероподобных берсерков. Но бились с отчаянным бешенством. Бились и умирали, пронзённые крафтовыми копьями, мечами, топорами. А то и просто сбитые с ног. Затоптанные слоновьими ногами аркудов, взбесившихся от своих «классовых плюшек». Мерхов было слишком мало, чтобы выдержать двойной натиск. А подмогу ребяткам так никто и не прислал.
– Тиата, вам система не посчитает это, как игру в одни ворота? – обеспокоился Гыр, сидя на дне вороньего гнезда и болтая в воздухе ногами.
– Хитромудрые аналитики так и не пришли к единому выводу на сей счёт, – восседая на коленях богатыря, посетовала Тина. – Формально вы же вроде не за свои интересы воюете.
– Вообще да, – согласился Гыр, почесав затылок. – Квест ваш. Но мы-то как бы тоже заинтересованы.
– Погоди, дружочек, – оборвала его Тина, вытягивая шею и присматриваясь к букашкам, что роились невдалеке от холмов. – Там, кажется, опять что-то затевается.
– Затевается. Вы всё-таки прокачали наблюдательность, – похвалил бабушку могучий воин.
– Прокачала. Но понять, что они там делают, не могу.
– Катафрактариев двинуть собираются, – помог ей Гыр.
– Вы же говорили: для этого им нужно, чтобы ребятки вышли из холмов.
– Надоело ждать, – пожал плечами скиф. – Я не спец в этих делах. Но раз они задумали ударить, сделают, как получится. А получится прямо в проход. Значит, клином. Разгонятся и попытаются опрокинуть возы. Придурки, – резюмировал «не спец».
– Почему?
– Так, ясно же. С разгона катафрактарии сметут возы. И влетят в лагерь. А там завязнут. Потому что против конников есть козырный приём. Когда у них нет места для манёвра. Их просто стащат с коней. Или им придётся окнуться. Тогда, какого хрена было вообще заморачиваться? А если у Акуна есть что-то против конной атаки, мерхи даже до возов не доберутся.
Тина очень надеялась, что у Митеньки действительно «что-то есть». Она таращилась на катафрактариев, что выстраивались для атаки. И размышляла о разнице между конницей в реале и в игре. Про коней с их особой выучкой ей уже рассказали. А вот как, интересно, обстоят дела с атакующими умениями всадников? Их не может не быть, если в Дизе всё построено на этом. Здесь все всех атакуют. И все от всех защищаются. А если есть умения, есть и расход маны на их активацию.
Нет, люди добрые, вы только посмотрите – снова завелась Анит. Она опять мямлит! Ты не в пенсионном фонде. И не просишь объяснить, каким макаром тебе насчитали твоё пособие на бедность. Бери свои дряхлые кости в руки и бей в барабаны! Труби в трубы! Покажи этим малолетним засранцам, что в твоих пороховницах не песок.
Серебристая полоска всадников стронулась с места. И двинула вперёд, набирая скорость, как по ниточке – право слово, залюбуешься. Это же сколько нужно вложить труда, чтобы добиться этакой слаженности?
По мере разгона катафрактарии перестраивались: строй образовывал клин. Медленно опускались нацеленные на врага длинные копья. Гулко били о землю, казалось, выкованные из железа копыта. Разгон конницы и впрямь впечатлял своей неотвратимостью и несокрушимым напором.
А что же велеты? А северные варвары преспокойно распечатали свои наглухо задраенные возы. И оттуда преспокойно вылезали наружу неписи-аркуды. Тот самый молодняк, что был не прочь совершить вояж с боевыми целями. Так сказать, контрабандой – Тина ничегошеньки о них не знала.
Против идеально ровного клина закованных в железо сарматов через возы вразнобой перепрыгивали аркуды. И не в броне, а в распашных безрукавках на голое тело. Не только неписи: игроки-аркуды аж ногами сучили в предвкушении сугубо национально-патриотической драки. И даже – с ума сойти – поскидывали свой экип, оставшись в дурацких жилетках. Правда, из шкур снежных айутов. Видимо, тех самых, что преподнесла им старая нищенка. В руках никаких щитов и крафтовых мечей – дубины и топоры.
– Всё, хана коннице, – глубокомысленно изрёк Гыр. – Щас медведи устроят им утро в сосновом бору.
Пока Тина удивлялась познаниям Гыра в живописи, аркуды неспешно топали навстречу катафрактариям. Шли в ногу: шаг, другой, третий, притоп. Шаг другой,