Лихоборы - Ксения Сергеевна Базанова
У матери Соня провела шесть дней. Дольше задержаться не получилось – следовало явиться по месту распределения в указанный день. Узнав, что дочку отправили на службу в Инспекцию, Вероника Сергеевна пришла в полный восторг.
– Боже, как романтично! Там мужчины в форме? А платят хорошо? Это не опасно?
Соня закатила глаза – своими бурными проявлениями радости мама распугала всех петергофских белок.
– Ничего романтичного. Нет там формы, это ж не полиция, просто вневедомственное подразделение Министерства внутренних магических дел. И звание не дадут. Буду лазать по болотам, усмирять водяных. Или накрывать «малины» домовых… Должны нормально платить… Не знаю…
– Софочка, что ты говоришь… Какие «малины»?! А водяные разве в Москве ещё есть?
– В Москве всё есть…
– Не хочешь там работать? – опечалилась Вероника Сергеевна.
Соня пожала плечами.
– Да какая разница. Всё равно… Пускай будут «Ивасики»…
– Котёночек, не вешай нос. – Мама нежно обняла своё великовозрастное дитятко, покачивая, как в детстве. – Ты же такая умничка, ты всё сможешь. Да?
– Угу, – кисло подтвердил «котёночек», утыкаясь в мамину шею, пахнущую цветочно-пряными духами.
В отличие от Вероники Сергеевны, Питер не вызывал у Сони такого восторга. Другое дело Москва! Вот это место силы! Вот здесь ей дышалось свободно! Лучше, чем в Сибири. Как же она была рада вернуться…
В Москве Софья обитала в одном из северных районов, на улице 800-летия Москвы. Сколько Ларина себя помнила, здесь вечно что-то копали. Кладов тут не водилось, по крайней мере, последние лет триста – Соня проверила, однако раскопки уже начались, когда юная первокурсница торгово-экономического университета вселилась в бабушкину квартиру. Сейчас в «хрущёвку» вернулась дипломированная ведьма второй категории, а копали вдоль всей улицы всё так же азартно. Соня помнила, что, когда однажды она приехала на каникулы, на расстоянии приблизительно одной-полутора автобусных остановок от серо-голубой высотки, где жила Ларина, гордо торчала зеленоватая табличка, гласящая, что очень-очень скоро, буквально через пару месяцев, на этом месте откроется самое настоящее метро. Ему Соня была рада, несмотря на то что, например, до «Селигерской» на любом автобусе было минут пять езды.
То до «Селигерской», а тут – своё, под самым боком!
И вот теперь табличка исчезла, на её месте красовался симпатичный вестибюль, украшенный надписью: «Яхромская», на которую Соня, выбравшись на поверхность, немного полюбовалась. Название ей нравилось.
Зарулив по дороге в супермаркет и как следует затарившись, Соня, с фирменным пакетом в одной руке и с чемоданом – в другой, ввалилась в обшарпанную, но весьма уютную однушку. Быстро закинув содержимое пакета в холодильник, а неразобранный чемодан – под кровать, она наспех помыла руки, ухватила швабру и что было мочи заколотила ею по батарее в комнате.
– Мотя!!! Приходи! Я вернулась!
Трубный Сонин крик, казалось, услышал весь дом.
Замерев на секунду со шваброй в руке, Софья прислушалась, ещё раз саданула по батарее и, вдруг хитро заулыбавшись, резко повернулась к огромному шкафу, занимавшему чуть ли не полстены.
Она не ошиблась. Буквально через пару секунд дверь шкафа заскрипела, медленно приоткрылась, и из его недр высунулась на свет божий растрёпанная голова.
– Явилась? – сварливо поинтересовалась она, очевидно, сфокусировавшись на хозяйке. – Пожрать есть? Настойку тащить?
– Тащи, Моть! Ща кружки помою…
Минут десять спустя Соня, скинув на пол диванные подушки, расставила на них, а также на полу тарелки с нехитрой снедью и две керамические кружки. Одна из них была тёмно-синяя, украшенная золотистой надписью «Год змеи» и изображением соответствующего пресмыкающегося, вторая – обычная белая, расписанная под гжель.
Всё из того же шкафа, с шумом кряхтя и отдуваясь, словно из берлоги, выкарабкался невысокий тощий мужичок лет пятидесяти на вид, одетый в многослойное тряпьё светлых тонов, нечёсаный и небритый, но явно вымытый и в определённых пределах следящий за собой. Если бы сказочникам и мультипликаторам сказали, что настоящий домовой выглядит приблизительно так, многие поверили бы. Да, домовой. Да, типичный. А почему ростом с обычного человека? А почему бы и нет?
В руках мужичок сжимал увесистую бутыль.
– Диплом какой обмываем? – мрачно поинтересовался он, плюхаясь на пол между двух подушек, едва не приземлившись в тарелку с нарезанным сыром. – Красный?
– Красный, – подтвердила Соня, заваривая крепкий чай в элегантном чайничке.
– Вот и настойка… брусничная…
Ярко-рубиновая жидкость оптимистично наполнила обе кружки. Соня фыркнула.
– А был бы синий, ты бы черничную сваял? – ехидно спросила она, аккуратно приземляясь между блюдечком с печеньем и тарелкой с колбасой.
– Черничная – фиолетовая, – хмуро сообщил Мотя, с удовольствием принюхиваясь к содержимому кружки «Гжель». – А синий и обмывать нечего. Вздрогнем, ведьмовская твоя душа! Я скучал.
– И я скучала.
– Надолго в родные пенаты? – Хватив кружку настойки, Мотя закусил кривоватым бутербродом с колбасой и разлил по второй.
– Насовсем.
– О! А ну давай, рассказывай, куда направили?
Соня махнула рукой и захрустела печеньем. Домовой терпеливо ждал.
– «Ивасики» знаешь? Инспекция по внештатным…
Мотя поперхнулся настойкой, к которой приложился в недобрый момент. Софья методично похлопала его по спине с видом человека, который делал это неоднократно.
– Ты, мать, видно, всех профессоров там допекла, едрить тебя в корень, – откашлявшись, резюмировал Мотя.
– Допекла, – согласилась Софья, сосредоточенно сооружая себе бутерброд с сыром.
– Тогда не чокаясь…
Соня помолчала, задумчиво уставившись в одну точку.
– Да не в этом дело, – выдала она наконец, – просто… Там же… Люди. А я с людьми работать не хочу. И с водяными не хочу. С русалками не хочу. С лешими вообще не хочу!
– А с домовыми?
Софья покосилась на соседа и хитро заулыбалась.
– Смотря с какими…
Полбутерброда спустя она сокрушённо продолжила:
– Ну вот почему не направили меня в какой-нибудь архив? Никого нет, тихо, спокойно, сидела бы где-нибудь за Уралом, книжечки переписывала…
– В Инспекции всякие всегда лучших направляют, – философски отозвался Мотя, наливая ещё по одной. – Ты ж на курсе лучшая?
– Ну… Типа того… Одна из.
– Ну вот и всё. Давай…
Новую порцию настойки Соня едва
Ознакомительная версия. Доступно 16 из 80 стр.