Кровь Достойных. Бастион Восточный - Алексей Петрович Гапоненко
Эйко’Ульчерис исторгла волну Скверны, накрывшую всю поляну и часть леса. Почти обезумевшие от владений Веруса послушники замерли. Дым начал втягиваться в них, проникая в плоть, кости и кровь. Те, кто ещё сохранил толику разума, утратили его, видя, что творится вокруг.
Упавшие на землю мужчины и женщины дрожали. Под хруст костей и зубовный скрежет их тела менялись, обретая «истинную» по мнению Сущностей форму. Чёрные робы рвались, растягиваемые удлинившимися руками и рёбрами, проросшими наружу. Крики и стенания быстро сменялись воем и рыком. Пламя костров устремилось вверх, словно кто-то раздул кузнечные меха, а Верус стоявший на том же месте пришёл в движение.
Взмах левой – два ядра обернулись шестью стрелами крови. Мгновением позже половина из них вспыхнула, обретя стихию пламени. Другая затрещала, разбрызгивая искры. Пламя и молния – две ступени одной и той же стихии. Если первой владеют многие обладатели дара Богов, начиная с третьего круга, то вторая доступна лишь мастерам с восьмого да редким самородкам, сроднившимся с огнём настолько, что сумели постичь его суть, обернув молнией.
Пять уродцев бежали к алтарю, роняя остатки одежды и проливая кровь. Разинутые пасти скалили кривые зубы, а руки, обратившиеся лапами, жаждали рвать и терзать, вот только вместо исполнения мечты бывшие культисты получили языки пламени и разряды молнии в лицо.
Две огненные стрелы пронзили тварей, бегущих впереди, третья ушла в землю, излившись лужей жидкого жара, в которую влетела ещё одна прокажённая туша. Стрелы молнии не отставали от сестёр даже наоборот. Устремившись в атаку вместе с ними, легко обогнали, мгновенно разорвав двух прокажённых культистов на куски. Взорвавшиеся сотней ошмётков тела, разбросало по округе, Верус же к тому моменту был на другом фланге.
Рывок. Взмах меча и голова изуродованной женщины, ставшей похожей на иглошкура из-за вылезших наружу рёбер, летит в сторону. Разворот и ударный поток сносит двух тварей, бросая на третью неудачно оказавшуюся поблизости.
– Аима, роло’мэ ильёс! – огненный шар в кучемалу и отскок. Мерзко-вытянутая лапа хватает воздух, а росчерк кинжала снимает с лица её обладателя скальп. Подшаг поближе и удар на возврате руки. Трещат рёбра, а лезвие прорубает путь наружу. Прокажённого отрывает от земли и бросает вправо, закручивая в полёте. Рывок и ещё один, от неожиданно возникшего впереди филутия. Ага, а вот и нежилец, иди-ка сюда.
***
Всё шло наперекосяк. Пробудившийся рвал и метал, неуловимыми скачками пересекая поляну. Вот он в одном месте, раскидывает толпу поддавшихся Скверне послушников, секунда и уже в другом выпускает из рук целый град огненных стрел вперемешку с молниями. Руго едва поспевал, чтобы случайно не оказаться в зоне поражения одной магии, как с рук демона срывалась другая.
Слова старших о мощи Пробудившихся никогда не задевали его. Тогда ещё молодой Руго верил, что настоящая мощь и сила доступна только последователям Великих Сущностей, а ведь они предупреждали. Говорили начинающему свой путь служке о воинах подобных Богам, что словно герои сказок сеют смерть и разрушения. Он не верил им. Считал всё это глупой бравадой и старческими россказнями. К сожалению для него, реальность оказалась не далека от сказок стариков.
Пробудившийся в считанные секунды прикончил большую часть послушников. Не сказать, что те были по-настоящему живы. После удара злобы, что на Воргосский манер кличут владениями, его люди легко поддались просочившийся наружу Скверне. Но всё равно, их было слишком много, чтобы так легко расправиться с большинством, однако Пробудившийся сделал это.
Одно заклинание сменялось другим, а фигура демона мелькала по полю битвы так быстро, что у Руго едва хватало сноровки, чтобы следить за ним. В какой-то момент от возникшей недалеко от Язвы мира фигуры отделилось что-то небольшое. Упало на землю и поползло в сторону открывающегося прохода в царство Сущностей.
Поначалу Руго не понял, что это такое, но, когда подобрался ближе, стараясь защититься от пролетающих мимо заклинаний, увидел маленький мешок, быстро катящийся по земле. Теряясь в догадках, мужчина переключился на возникшего недалеко Пробудившегося, что подкинул сразу троих прокажённых послушников в воздух, но странный мешок быстро вернул внимание.
Начав подёргиваться, он разбух, а затем и вовсе лопнул, выпустив чёрный поток Скверны. За дымом показались и виновники произошедшего. Четыре или даже больше медальона вызова упали на землю, испуская из себя запертую до времени силу.
– Нет! – бросился было в ту сторону отец Руго. Этого не может быть! Откуда у Пробудившегося медальоны вызова?! Почему так много! Они ведь не смогли разместить все в крепости. Если… нет, нет, нет! Если их так много, то ритуал может пойти совсем не так! Проклятые безсущники и Пробудившийся дьявол вместе с ними! Как они догадались?! Он должен остановить это. Скорее запечатать амулеты.
Приняв решение, Руго устремился к ползущему по земле мешку, как вдруг Пробудившийся возник прямо перед ним. Действуя инстинктивно, опытный воин метнул оружие, целя в грудь злобного врага.
***
– Анфижентосс ги! – отмахнуться от трёх прокажённых, добавив магии земли. Каменный гребень широким веером расходится от Веруса, вздымая пронзённые тела высоко над полем. Череда ударов и пируэтов меж ревущих монстров. Пробиться к главной цели. Отрубленные лапы, подкошенные ноги и слетающие с плеч головы – настоящий праздник!
Прорубившись сквозь плотную толпу, так и не отведя взгляда от «Уже трупа», Верус взмахнул рукой в его сторону. Слова силы, слова древнего языка Богов, Первичное наречие слетает с губ:
– Акуа спрей тоу Бадлинг, – сразу три ядра сливаются вектором. Вспышка и крупная сфера полная воды возникает перед раскрытой ладонью. Краткое усилие воли и она лопается мириадами жгучих брызг, секущих всё на своём пути.
Четырех прокажённых буквально смешало с взрыхлённой землей и дымом Скверны, очистив путь к лысому культисту. Тот воздел руку к небу, создав широкий барьер из крови, что защитил от смертоносных капель.
Рывок. Меч вонзается в пелену крови, пробив её на добрые две трети. Багровые капли разлетаются кругом. Поймать равновесие, доворот корпуса и напрячь мышцы. Нигма струится по венам распаляя и без того жгучий пожар в груди. Дрожь в руках и меч резко приходит в движение, разрубая преграду, словно тонкую жердь на тренировочном поле.
Стон боли и сладкая кровь кружится вокруг клинка. О да! Это только начало, «Уже труп». Гладко поднырнуть под ответный выпад филутия и удар под дых рукой, сжимающей кинжал. Спокойствие, сосредоточение, воля! Удар, удар, удар, ещё и ещё без передышки и пауз.
Изрубленное тело падает на