О третьей любви, Париже и бессоннице - Александр Корчемный

Когда-то это была дешевая кафешка, сейчас — нормальный, не слишком дорогой, но и не дешевый парижский ресторан.

В стародавние уже времена, владелец кафешки Виктор Либён брал всего 10 су за сытный завтрак, на который придумал подавать луковый суп. Он верил, что бедняки принесут ему славу. А еще выписывал для них русские и немецкие газеты.

Модильяни, Дерен, Вламинк, Пикассо и Сутин частенько проводили в Ротонде целый день. За его столиками любили сиживать Ленин, Красин, Троцкий.

Ленин и Троцкий дискуссировали часами, зачастую мешая другим посетителям. Троцкий однажды устроил такое собрание, что разнимать участников приехала полиция.

Пикассо, Шагал, Лежер, Кандинский, Аполлинер, Модильяни не только просто сидели здесь, но и написали портреты почти всех знаменитых посетителей (иногда на бумажных салфетках).

Простой российский еврей Хаим Сутин, создал здесь работы, которые сейчас стоят десятки, если не сотни миллионов долларов.

В Ротонде любили проводить время Дягилев, Сергей Прокофьев, Игорь Стравинский, Макс Волошин, Анна Ахматова, Нижинский.

Жорж Сименон здесь писал свои детективы, Генри Миллер — новеллы. Луи Арагон просто заходил поесть. Коко Шанель именно в Ротонде познакомилась со своим спонсором и начала путь в мир высокой моды.

Алексей Толстой однажды послал в «Ротонду» открытку для Ильи Эренбурга. Вместо фамилии он написал «Плохо причесанному господину». Эренбург открытку получил.

Вообще, если представить себе мемориальные таблички размером с подставку для кофейной чашки, то ими можно было бы обклеить всю «Ротонду» в два слоя.

Думаю, что здесь стоит взять устриц и обязательно луковый суп. Тот самый, что тут ели все, вечно голодные посетители. И конечно же вина, и побольше. А читать здесь стоит газету, или какую-то очень-очень любимую книжку.

И никуда в этот день больше идти не надо.

В «Ротонде», как и всюду в Париже, не следует торопиться.

Бродилка 3. Монмартр

Сегодня мы отправимся к Монмартру.

Маршрут начинается от станции метро «Бланш». Расположена станция на бульваре Клиши, в двух шагах от кабаре «Мулен Руж».

В «Мулен Руж», кстати, стоит зайти, посмотреть шоу. Это уже давно сильно американизированное мероприятие, но сделано неплохо. Перед посещением очень рекомендую заглянуть в любое заведение вокруг и выпить пару рюмок коньяка. Можно и в самом «Мулен Руж», но будет дорого. Билеты надо покупать заранее в интернете, как и почти все сейчас. Постарайтесь зайти в кабаре пораньше, погулять по фойе и залу, попробовать ощутить старую атмосферу, когда все это было не американским цирком, а местом, где творил Тулуз-Лотрек, Чарльз Мортон. Именно здесь танцовщица Ла Гулю с подружками впервые исполнила Канкан. Вращаясь в танце, Ла Гулю отводила ногу в сторону, потом брала ее за пятку и поднимала над головой. А затем с душераздирающим криком и хохотом падала на шпагат.

Музыку для Канкана сочинил живший в Париже немецкий еврей Жак Оффенбах, точнее, это были аккорды к последней сцене его мюзикла «Орфей в аду», что шел тогда на Елисейских полях, но ему об этом рассказать постеснялись. То есть, попросту, музыку украли.

Позже появился номер с огромным аквариумом и змеями, другие знаменитые картины шоу. В креслах кабаре отдыхали Ив Монтан, Эдит Пиаф, бесконечное число знаменитостей со всего света.

«Красная Мельница» была открыта, как и Эйфелева башня, к Всемирной выставке 1889 года, Франция приурочила ее к 100-летию взятия Бастилии. На самом деле, было построено великое множество интересных объектов, невероятной красоты павильоны разных стран, которые после выставки разобрали и снесли.

Назначение «Мулен Руж» было в развлечении гостей выставки и создании у них духоподъемного настроения.

Кстати, одним из основных объектов внимания гостей выставки и фаворитом посещаемости стала «Негритянская деревня», куда свезли четыреста коренных обитателей многочисленных французских колоний. «Человеческие зоопарки» были крайне популярны в конце 19-го века и просуществовали аж до 1958-го года, — уже спутники летали.

Помните, капитана Врунгеля у Андрея Некрасова пригласили в Сиднее в музей, где ему показали модель утконоса, дикую собаку Динго и загончик с живым папуасом, который там работал папуасом, но денег не хватало, и папуас по совместительству сторожил городской сад.

Впрочем, уже лет через пятьдесят, в Париже можно будет открывать «Белую деревню», хотя, где они возьмут к тому времени четыреста белых французов — непонятно.

Мулен Руж

Кабаре «Мулен Руж» расположилось у подножия холма Монмартр, здесь когда-то были кварталы красных фонарей, и знакомые по многочисленным романам и мемуарам места — улица Пигаль, бульвар Клиши.

Жорж Санд тут снимала квартиру с Шопеном, здесь жила знаменитая куртизанка Апполония Сабатье (помогавшая справляться с нервами Бодлеру, Флоберу и Готье одновременно), ее рисовал, в частности, Гюстав Курбе, а уроки вокала она брала у самого Берлиоза, демонстрируя ему, в свою очередь, некоторые другие умения, от описания которых, автор, пожалуй, воздержится.

Вообще, девочки из местных борделей были не только предметом интереса, но и бесконечным источником вдохновения для огромного числа поэтов, писателей, художников и скульпторов, селившихся неподалеку. Можно, конечно, слово «вдохновение» заменить на другое, но это уже дело вкуса.

Помимо куртизанок, как теперь говорят, «на районе» присутствовали девочки рангом пониже — «лоретки» (их так называли из-за церкви Нотр-Дам де Лорет), потом они получили прозвище «гризетки» («серые», то есть скучные).

Здесь, на площади Пигаль, пела, и не только пела, юная Эдит Пиаф. Кстати, если кто не в курсе, тоже девушка непростой судьбы, она вообще, бедная, просто выросла в публичном доме, у тетки.

Если чуть покрутиться в районе бульвара Клиши, улицы Пигаль, улицы Бланш, то даму на вечер и приключения найти можно, но удовольствие всё это — весьма относительное. Довольно грязно, кругом — непонятно чем живущие секс-шопы, какие-то псевдо-театры для туристов, не попавших в «Мулен Руж», пип-шоу, не к ночи будь сказано, трещащая неоновая реклама из 70-х, отели с почасовой оплатой.

Отсюда, если честно, очень хочется уйти, что мы и сделаем.

Нам предстоит восхождение на Монмартр. Я всегда это делал так: просто из любого места идем вверх, по произвольной улице. Если устали, можно прогуляться вбок, без потери высоты, а потом опять вверх. Также поступаем со ступеньками, если будут встречаться. На фуникулер садиться не надо, на мой взгляд, он только портит ощущения от холма.