Малум - Юлия Макс

Якуб, ошеломленный, не желающий до конца принимать происходящее, непослушными руками вытащил пистолет из кобуры и положил на стол. За ним отправился и полицейский значок. Мысленно он проклинал тот день, когда Эва затащила его в дрезденский архив.

Ему стало трудно дышать, а появившаяся тяжесть в желудке словно тянула к земле. Мысли скакали в поисках ответов, в поисках выхода.

Что ему делать? Чем он теперь будет заниматься? Может, открыть частный сыск? Хотя кто к нему пойдет? К неудачнику. С такими-то «заслугами».

– Да. Я все понял, – ровным тоном сказал Якуб.

– Хорошо. Тогда внимательно прочитайте и подпишите документы об увольнении до конца рабочей недели. – Левиц поднялся и принес ему файл с бумагами. – Папку можете оставить в отделении Лукова.

Якуб взял файл нехотя, словно тот был чем-то мерзким, например жабой, которых он не любил, или пауком.

– Всего доброго, пан Ягр.

Якуб еле разомкнул стиснутые челюсти и ответил:

– Всего доброго, пан Левиц.

Закурить хотелось со страшной силой. Якуб практически выбежал из здания на свежий воздух, сжимая в руке приказ об увольнении. Возле ступенек курили служащие департамента.

– Поделитесь, пожалуйста, сигаретой, – попросил Ягр, обратившись к полной женщине в форме.

– Это была последняя. Сама стреляю, красавчик, – хохотнула она и, потушив окурок, направилась к дверям.

Ему ничего не оставалось, как пойти к машине. Разблокировав замок, он бросил внутрь документы и захлопнул дверь. А затем поймал в отражении стекла лицо незнакомца, который стоял ровно за его спиной. Якуб обернулся.

– Добрый день, пан Ягр.

Молодой мужчина в длинной черной куртке и бейсбольной кепке походил на спортсмена-борца.

– Добрый, – настороженно ответил Якуб.

– Меня зовут Филипп Митсон, и я приглашаю вас проехать со мной. Здесь недалеко.

– Откуда вы знаете мое имя?

– Узнали после «дела бескостных», – ничуть не смутившись, ответил Филипп.

Осененный догадкой, Якуб перевел взгляд на его руки, которые Митсон спрятал в карманах куртки. Тот заметил и нарочито медленно высунул правую, демонстрируя уже знакомую серебряную печатку.

– Вы из ордена, – грубее, чем хотел, констатировал Ягр.

– А вы догадливы, – улыбнулся Филипп, и неясно было, то ли он сделал ему комплимент, то ли это был сарказм.

– Хотите услышать историю из первых уст?

– Хотим поговорить, – уклонился от прямого ответа Митсон.

Якуб недолго колебался. Его уволили. И он не хотел об этом думать. Не сейчас. Слишком сильно это событие задело его гордость.

– Хорошо, я согласен поговорить.

Якуб отказался ехать с Митсоном в одной машине, поэтому следовал за черным внедорожником, петляющим среди улиц Праги.

Миновав шумный центр, авто мягко катилось по извилистым улочкам, огибая готические шпили, минуя крохотные кафе с распахнутыми дверями и окнами, за которыми сновали официанты. Склонившиеся друг к другу дома Старого города казались застывшими в вечном заговоре.

Машина Митсона свернула к Влтаве, Якуб крутанул руль, и вода блеснула в промежутках между зданиями, переливаясь жидким свинцом. Где-то впереди на мгновение сквозь солнечные лучи проступили очертания Карлова моста, и в легкой дымке фигуры святых на перилах выглядели почти живыми. Город тек мимо, неспешный, полный историй, которые никогда не расскажут до конца. У Якуба даже возникло ощущение, что за ним наблюдает сама Прага, древняя и терпеливая, запоминающая тех, кто проезжает по ее дорогам.

Митсоновский внедорожник остановился напротив серо-розового старого особняка на Карловой площади. Якуб припарковался рядом и вылез из машины.

– Вам сюда. – Филипп показал на старые двери через дорогу.

«Фаустов дом», – прочитал Якуб сверху на фасаде здания. Значит ли это, что он сейчас с ним встретится? С главой ордена, который и не человек вовсе?

Страха Ягр не испытывал, скорее любопытство, причем такое, какое заставляет идти на крайние меры, чтобы узнать нечто тайное.

Едва он приблизился, дверь распахнулась. Якуб вытянул шею, но за створкой никого не увидел.

«Чертовщина какая-то», – подумал он, но все равно шагнул за порог.

Дверь за ним закрылась самостоятельно. Он развернулся к входу.

«Это всего лишь доводчики или дверь на управлении из квартиры».

– Добрый день, пан Ягр, – раздалось за спиной.

Якуб вздрогнул и обернулся. Рядом стоял молодой мужчина, высокий, в рясе священника, с копной вьющихся волос и голубыми глазами. Якуб вспомнил слова отца. Нет. Не мог глава ордена быть не человеком. Демон бы никогда не натянул на себя рясу. Побоялся бы.

– Дэниэль Фауст, я полагаю? – спросил Якуб, стараясь придать голосу уверенности. – Вы священник?

– Так и есть, – спокойно кивнул тот, словно бы ответив на оба вопроса разом. – Проходите, Якуб.

Ягр снял пиджак и, перекинув его через руку, последовал за Фаустом.

Дом внутри был красив той самой старинной красотой, которая всегда восхищала Якуба в музеях, древних замках и костелах. Дэниэль прошел в гостиную к креслу, сел и указал гостю на софу.

Устроившись, Ягр вопросительно посмотрел на Фауста.

– Кофе или чай?

– Спасибо, не хочу. Давайте к делу.

Дэниэль вытянул длинные ноги, а руки положил на деревянные подлокотники так, чтобы пальцы касались резных вставок.

– К делу так к делу. Якуб, мне известно, что произошло в костеле духов. Я знаю, как ловко вы раскрыли дело в паре с Водичковой. А также я знаком с вашим отцом, который был членом моего ордена.

Ягр поморщился и перебил его, сухо спросив:

– А от меня вы чего тогда хотите? Раз вам все известно.

– Я хочу, чтобы вы работали на орден.

– Что? – подумав, что ослышался, переспросил Якуб.

– Работа, – повторил Фауст, словно Якуб был умственно отсталым и не понимал с первого раза. – Я предлагаю вам работу. Тем более сегодня вас уволили.

– Нет, это слишком, – отрезал Якуб и вскочил с софы. – Какого черта вы за мной следите?

– Якуб, сядьте назад, – то ли попросил, то ли приказал Фауст. – Мне нужны сотрудники, которым я могу доверять.

Ягр, не желая подчиняться, остался стоять рядом с софой, зло сверля глазами Дэниэля.

– Я собирал информацию о вас как о потенциальном работнике. Да, несколько специфично, каюсь. – Фауст примиряюще поднял руки ладонями вперед и слегка улыбнулся, но глаза остались холодными.

– Я не собираюсь становиться членом вашего ордена. Мне это неинтересно, – отрезал Ягр, тем не менее усаживаясь снова на софу.

Ему все же было любопытно, но признаваться в этом даже самому себе он не собирался.

– И не нужно, – Фауст пожал плечами. – Якуб, я предлагаю вам работу, ту, что вы умеете делать. Расследовать преступления.

После этих слов