Во чреве кита - Даниель Краус

Над головой проносятся галактики, биолюминесцентная плоть кальмара расплывается в движении. Джей думает, что Architeuthis пытается сбежать, пока не видит, как все десять щупалец устремляются в другом направлении. Водная струя тащит кальмара. Джей испугался, но обрадовался, что чудовище уплывает, пока не осознал, что его тоже тянет. В панике он смотрит вниз на своё тело. Ничто к нему не прикасается.

Джей борется с невидимым врагом, он извивается, бьёт ногами. Обзор через маску ограничен, затуманен. Пузырьки — его собственные; пристально смотрящий глаз — у кальмара; массивный нос мясистого корабля — у кита. Всасывающая сила дергает его сухожилия, концы костей вдавливаются в суставы. Чистая паника вырывается из груди Джея. Что происходит? Неисправность баллона? Течение в каньоне?

Затем Джей оказывается лицом к киту, и маслянистый мегалит открывается, словно рассеченный призрачным топором. Нижняя челюсть опускается на шесть футов. После этого Джей видит только зубы. Сорок, пятьдесят, шестьдесят зубов.

Митт подчеркнул, что всасывание кашалотом по-прежнему остаётся теорией. Некоторые считают, что киты просто опережают свою добычу в скорости. Некоторые полагают, что их эхолокационные импульсы — достаточное оружие. Многие, однако, настаивают, что кашалоты питаются посредством всасывания. Митт знал женщину, которая помогала расчленять мёртвого кашалота без нижней челюсти — потерянной в бою или в результате несчастного случая. И всё же его живот был полон кальмаров. - Довольно весомый аргумент в пользу всасывания, — сказал Митт.

Джей теперь тоже верит в это.

Верхняя челюсть кита беззубая, на отбеленно-белых деснах видны углубления, в которые вставляются зубы нижней челюсти, когда они не используются. А используются они определенно: U-образная линия сколотых, сломанных, желтых бычьих рогов, толстых, как запястья Джея.

Его и кальмара всасывает прямо в них.

Кальмар попадает туда первым. Пасть кита наполовину закрывается, зубы цепляют тубулярную мантию и венок спутанных щупалец. Кашалоты не жуют, но их зубы, изогнутые внутрь, жестоко сжимают добычу. Вздымается темно-синяя мгла. Мгновенно свободные щупальца кальмара цепляются за опухшую голову кита, тысячи крошечных зубов впиваются в жир.

Джей падает в сторону кита. До него осталось всего несколько футов, остановиться уже невозможно. Кит — это ужасающая гипербола, он больше его дома, а его пасть — нелепо маленькая цепная пила, прикреплённая шарниром к нижней части туловища. Джей поднимает ласты, чтобы смягчить удар.

Голова — целый материк…

Челюсть — пылающий меч…

Джей ударяет кита так, как хочет: левой ластой по нижнему склону носа, правой — по бугристому кончику нижней челюсти. Но голова кашалота тверже скал Монастырского пляжа. Ласты Джея сделаны из пластика EVA, и левая ломается пополам, а нож погружается в черноту. Это могла быть нога Джея — его пальцы, белые бусинки из тапиоки, обнажились. Боль пронзает его левую ногу, от пятки до бедра, словно на дороге произошло массовое сталкивание костей ноги. Его босая нога соскальзывает с ледяного носа, нарушая равновесие Джея так, что его правая пятка попадает между передними зубами кита, и он скользит ногами вперед в его пасть по двум дюймам тёплого слизистого налета — отбросам тысячи кальмаров прошлого.

Над ним теперь зубные лунки — зловонные чёрные ямы. Зубы проносятся по обе стороны — пожелтевшие конусы, один отсутствует, один сломан, один гниет. Джей внутри пасти. Дрожащая пещера пасти. Незначительный кусочек по сравнению с головой, шириной всего три фута. Но длинная — длиной с трёх Джеев Гардинеров. Он прикусывает регулятор, его крик вибрирует в черепе, и он начинает отталкиваться ногами. Его босая ступня погружается в холодную кашу. Он смотрит и видит, что ступня по лодыжку увязла в мантии кальмара.

Зажатый в китовых зубах, головоногий дергается и сжимается. Он проигрывает борьбу. Его щупальца и присоски бьются, словно их сбил тайфун, хлеща по голове кита. Несколько щупалец пролетают мимо Джея, промахиваясь на несколько дюймов.

Джей втягивает ноги. Это заталкивает его ещё глубже в пасть.

Он переворачивается на живот, балон ударяется о зубы — закалённая сталь об обломок кости, звук в спектре щелчков эхолокации. Зубы — всё, за что Джей может ухватиться. Он берет по одному в каждую руку. Толстые, как бутылки, но покрытые морским илом и слизью кальмара, он не может удержаться, не может удержаться, пытается выкатиться с правой стороны пасти, но зубы преграждают путь, и пасть закрывается? Она закрывается? Это то, что происходит?

Кит не ест людей. Это факт. Этот кашалот охотится на Architeuthis, вероятно, даже не подозревая, что Джей здесь. Если он выберется, кит не станет его преследовать. А выбраться — значит подняться. Вверх — это слово как заклинание. Джей оснащён самой современной техникой, не только баллоном Faber, дающим чудо воздуха, но и компенсатором плавучести Oceanic. Его задача — помочь Джею регулировать глубину. Но ведь это не сильно отличается от аварийного спасательного жилета в самолете, верно?

Джей тянется к ручному нагнетателю BCD — пластиковому спусковому механизму на конце плавающего шланга. Он хватает его и сильно сжимает. BCD надувается. Он оказывается укутанным в воздушный слой. Он чувствует положительную плавучесть на дюйм или два. Ему нужно сбросить грузы.

Он ни разу в жизни не сбрасывал грузы. Митт тщательно убедился, что Джей знает: каждый карман с быстрым отсоединением стоит тридцать баксов, а каждый груз — ещё двадцать пять, но Джей всё равно отточил это умение. Его руки не забыли.

Быстрый выстрел, как у револьвера, — и оба пятифунтовых мешка с грузами отрываются. Он позволяет им упасть, и они, звеня, ударяются о зуб кита, опускаясь в воду. Батарейки типа D, которые он добавил для дополнительного веса, тоже выпадают, и теперь ничто не противостоит положительной плавучести его компенсатора плавучести.

Джей Гардинер поднимается.

Его тело ударяется о беззубую верхнюю челюсть кита. Он поворачивается, оказываясь вниз ногами, затем отталкивается от белых десен, в голове кружится мысль: - Я прикасаюсь к киту, я прикасаюсь к киту, — и тут чувствует, как его правая ласта проходит сквозь щель между передними зубами кита. Он на поверхности, он свободен, вокруг только вода, он гребёт, мчится сквозь синеву, о, мама, Нэн, Ева, Хьюи, братья-дайверы, история, которую он им расскажет —

Его снова резко отбросило назад.

Удар по затылку, его тело уперлось в нос кита, внутри раздался резкий хлопок — что-то сломалось. Что-то, похожее на крышки от бутылок, впивается ему в левый бок, и когда он переворачивается, он оказывается лицом к лицу