Последний гость номера 313 - Алеся Георгиевна Кузнецова

И в это мгновение между бархатными панелями, там, где не должно было быть ни шва, вдруг появилась узкая вертикальная линия и медленно открылся вход. Он был настолько узким, что составлял не больше полуметра. Сюда могла пройти только очень стройная и изящная женщина.

Я включила фонарик в телефоне и шагнула вперед.

Руки коснулись мягкой ворсистой стены, а я сама, едва ступив, тут же уперлась во вторую такую же, напротив. В кончиках пальцев дрожали страх и предвкушение, пока я автоматически поднимала телефон выше, и луч скользил по стенам. Все было обито бархатом. Темным, глубоким, когда-то винным, а теперь выцветшим до благородного оттенка старого портвейна. Бархат был мягким, плотным и дорогим. Из тех тканей, которые не выбирают для стен служебных помещений. Что же здесь могло находиться?

Я провела по нему ладонью, и пыль тонкой взвесью поднялась вверх. Здесь давно не ходили.

В первые минуты после обнаружения я испытала настоящий эстетический шок, если такой бывает. Застывший во времени номер, гардероб из красного дерева с зеркалами — и, наконец, это…

Чуть освоившись, я посветила в обе стороны, и стало ясно, что мне удалось обнаружить довольно длинный узкий проход, обитый мягкими тканями. На полу лежал плотный ковровый бегунок, приглушающий шаги до полного отсутствия звука. Я машинально сделала шаг и тут же остановилась: тишина была такой плотной, что казалось, будто она тоже обита бархатом.

Проход тянулся вдоль стены спальни. Мне пришлось пройти в темноте коридора метров пять, чтобы наконец нащупать знакомую холодную линию — вентиляционную решетку, точно такую же, как я видела за изголовьем кровати. Значит, это было не что-то пристроенное.

Это было встроено. Запланировано. Продумано заранее. Неужели комнату изначально планировали использовать для чего-то тайного?

И тут я поняла! Мысль буквально пронзила меня: дамский коридор, ну конечно! Понятное дело, мне никогда не приходилось видеть их вживую, но любая женщина понимает некоторые вещи мгновенно. Особенно, если ты работаешь в девелоперской компании. Такие тайные коридоры делали в старых отелях и особняках, чтобы женщина могла уйти или прийти незаметно, не проходя через гостиную и общие помещения.

Вот бы мне такой в офис «Авроры», чтобы можно было внезапно появляться в своем кабинете и не становиться объектом охоты собственных сотрудников. С момента, как я год назад получила в наследство нашу девелоперскую компанию и стала генеральным директором, мне очень не хватало такого исполнительного директора, каким была раньше сама. Но где же найти такую, как Дарина Шторм, — вздохнула я и вернулась мыслями к месту, в котором сейчас оказалась.

Конечно, широкая двуспальная кровать с обратной стороны бархатной стены была значительно предпочтительней… но к ней впридачу мог идти неизвестный любитель чая… и этот вариант мне не особо подходил. Что ж, по крайней мере здесь я точно буду полностью защищена от прихода внезапных гостей.

Судя по всему, после реновации этот коридор больше не использовали и скорее всего о нем теперь вообще не знали. А если брошюра на ресепшн не врет, то с момента, как завершился большой капитальный ремонт, прошло уже лет восемнадцать.

Ну, если в некоторые номера по двадцать лет не селить постояльцев, то, в принципе, можно было смело говорить о свежести существующего ремонта. По крайней мере, если бы управляющей здесь была я, скорее всего, сделала бы ставку на атмосферность и продавала бы посетителям не номера, а ощущение, словно ты попал в старое кино.

Выключив фонарик, я прошла через весь номер, тихонько открыла дверь и выбралась через портьеру в широкий коридор. Сперва, конечно, приоткрыла в ткани глазок и, только убедившись, что все чисто, вышла и сразу же направилась к тележке горничной, по-прежнему стоящей у входа в служебные помещения. Взяла две бутылки воды, картонные стаканчики и чай. Подняла свою добычу специально высоко и улыбнулась на случай, если Кумран снова приник к экрану, на который выводятся видеокамеры. Пусть думает, что я за водой и всем этим. Усыпив на всякий случай бдительность, я быстро наклонилась и достала пару тряпок и моющие средства.

Уже через час в обнаруженном бархатном коридоре можно было находиться, не чихая от пыли. Туда же я перенесла чемодан и запихнула все свои вещи, а потом из пары одеял, найденных в заднем шкафу гардероба, соорудила себе мягкое убежище. Когда я наконец оказалась в безопасном пространстве и сделала первый глоток зеленого чая с мятой, мне показалось, что это был самый вкусный чай в моей жизни.

Воображение рисовало старые времена и то, как хрупкие женщины в длинных платьях, едва касаясь легкими туфельками плотного ковра, исчезали в этом коридоре. Интересно… куда он мог вести? Раз есть вход, должен быть и выход, всегда говорила моя мама, отчаянно сражаясь с жизненными неприятностями. И мне хотелось бы думать, что она была мудрой женщиной и что-то поняла об этой жизни… Но скорее всего, ей просто пришлось освоить пятьдесят два способа выживания, оставшись со мной одной на руках. К чести мамы стоило отметить, что она не стала сочинять небылиц про отца-героя и честно сказала, что этот мерзавец бросил нас обеих, оставив на прощание лишь фамилию и пакет с продуктами на неделю.

Сейчас в бархатном коридоре я чувствовала себя как раз, как в утробе. Уютно, тепло и безопасно, только повернуться непросто. Хороший стимул держать себя в форме, кстати. Я все же умудрилась перевернуться на бок и достала телефон. Мысли про Марину по-настоящему тревожили, но от нее не было ни слова, и, чтобы снизить градус тревоги, я решила почитать немного про тайные коридоры в старых богатых отелях, да и, собственно, про сам отель. Но стоило только загрузить статью, как на весь экран высветилось сообщение от Тифлисова.

«Дарина, привет. Я тут подумал. Давай Новый год вместе встречать».

Я хмыкнула. Вадик даже пригласить нормально не умеет. Зоран бы уже на этом этапе сделал из одного сообщения праздник с интригой, музыкой и ощущением, что ты единственная женщина в мире, которой вообще стоило писать.

В коридоре было темно и немного неудобно. Если совсем-совсем честно, то довольно прилично неудобно, и я сейчас чувствовала себя, как космонавт в скафандре, лежа на полу тайного дамского коридора и переписываясь с Тифлисовым.

«Привет, Вадик. Я бы с удовольствием, но не могу, в командировке». - напечатала я, приноровившись держать локти вдоль тела.

«А командировка