Капкан на спящего дракона - Ольга Геннадьевна Володарская

Подруги оказались почти соседями. Зарина тоже жила на Рублевке, но в другом поселке.

— Твои хоромы? — спросила Сью, зайдя в трехэтажный особняк с дворцовыми лестницами и золотистыми канделябрами. Такие возводили новые русские, когда начинали осваивать Рублевку.

— Мои.

— Счастье так дорого продается?

— Оно бесценно, — рассмеялась Зарина, обняв подругу. — Но я поняла, о чем ты. Я давно не занимаюсь эзотерикой, с тех пор как Геле бросил меня в Непале. Ограбил храм, представляешь? И сбежал. А меня загребли в местную тюрьму.

— Ты сидела в непальской тюрьме? — ахнула Сюзанна.

— Недолго, но да. Потом меня депортировали, и я снова оказалась на родине без гроша за душой, потому что машину продала перед отъездом на Тибет и отдала все деньги своему гуру.

— Значит, ты удачно вышла замуж?

— Кто меня возьмет? Страшную, странную, а теперь еще и беспалую! — Она продемонстрировала правую руку, на которой остались только большой и указательный пальцы.

— Отрубили в тюрьме?

— Отморозила в горах Тибета, пришлось ампутировать, — расхохоталась Зарина и снова обняла подругу, да с такой силой, что у той позвонки хрустнули, хотя на массаж спины Сюзанна ходила регулярно.

— Между прочим, ты очень хорошо выглядишь, — сделала она искренний комплимент подруге. — Стрижка и светлый оттенок тебе идут. — Раньше Зарина ходила с длинными патлами, крашенными басмой. — И от усов наконец избавилась.

— Не только от них. Все волосы на теле лазером удалила. А ты помнишь, какой я была косматой!

— Я думала, ты постоянно носишь колготки в сетку.

— И пояс из собачьей шерсти? — подмигнула Зарина. — А на голове у меня естественный цвет сейчас. Седой. Решила оставить.

Она провела гостью в столовую, естественно, с длиннющим столом под бархатной скатертью и стульями, похожими на троны.

— Этот дом мне в наследство достался, — сказала она, усадив Сюзанну, но не за стол, а на широченный мраморный подоконник. На нем и подушки, и поднос с вином и закусками. — А в придачу к нему небольшой автопарк, но тачки я распродала, себе только две оставила.

— Не знала, что у тебя богатые родственники имелись. — Зарина рассказывала только о матери, поселковой училке, да папаше-цыгане, выдающем себя за болгарского певца, победителя «Золотого Орфея».

— Наследство я от клиента получила в благодарность за дельные советы. Благодаря им Фляга (он бандитом был, вором в законе) шесть раз избежал позорной смерти. Скончался, как планировал, в объятиях трех красоток. А если его языком: «утрахался под виагрой, но после того, как всех шавок передушил».

— Даже не представляю, что за советы ты ему давала…

— Астрологические.

— Ты не меняешься, — хохотнула Сюзанна. — Дурить людей — в твоей крови.

Подруга не обиделась. Налив вина себе и гостье, Зарина вскрыла упаковку сыра. Не заморачиваясь с сервировкой, она подала закуски в магазинной таре, как раньше, когда они жили в коммуналке. Продукты, правда, сильно отличались от прежних: в те времена девушки не знали ничего о бри и горгонзоле, а если вместо плавленого могли купить копченый сыр, еще и косичку, по-детски радовались.

— Не веришь в астрологию? — спросила Зарина, чокнувшись с подругой кьянти. Его они тоже в молодости не пивали, но, по мнению Сью, коробочная «Изабелла» была даже вкуснее тосканского красного. Или она просто не любила сухие вина.

— Конечно нет.

— Странно для рублевской жены. Среди вас это сейчас самый тренд.

— Поэтому ты здесь и обосновалась? А со мной решила возобновить общение, чтобы попасть в наш круг? Клиенток через меня искать собралась?

— О, я с вашим братом (лучше сказать — сестрой) не работаю. Только с крупными бизнесменами и политиками, нуждающимися в советах астролога. Я специалист, каких мало. Поэтому в клиентах нет недостатка, а вот подруг не имеется.

— Не знаю ни одного олигарха, который бы, кроме финансового аналитика и юриста, имел собственного астролога, так что не бреши.

— Просто никто не признается в этом. На самом деле сильные мира сего верят не только в гороскопы и гадания, но и в полную дичь. Тот же Мастер Света Геле проводил обряды с тогдашним министром энергетики и главой коммерческого банка. Они верили ему как себе до тех пор, пока первого не сняли с поста, а второго не разорили. Гуру мой из-за этого из России и рванул. — Она горько усмехнулась, вспомнив о том, как верила в него и как за это поплатилась. — Но я не шарлатан. Искренне верю в астрологию, изучаю ее и действительно помогаю людям. Если хочешь убедиться в моем таланте, сделаю исключение и составлю твою натальную карту.

— Нет уж, спасибо. Я как была материалисткой, так ей и останусь.

— А моей подругой? — Она пристально посмотрела в зеленые глаза Сюзанны своими черными — только они были украшением лица Зарины. — Ей ты тоже останешься?

— С радостью.

Это было почти пять лет назад. Первое время Сью скрывала Зарину от мужа. Ей казалось, он не одобрит их дружбу, посчитает астрологиню с сомнительным прошлым небезопасной компанией, но Валя удивил.

— Мне нравится эта чудачка, — сказал он после состоявшегося через полтора года знакомства. — Если вы давно дружите, почему ты редко приглашаешь ее к нам?

— Боюсь, что Зарина начнет к тебе подкатывать.

— Я тебя умоляю! Ты же знаешь, что для меня не существует других женщин…

— А она как астролог начнет.

— И пусть. Ради смеха я соглашусь на то, чтоб Зарина рассчитала мою карту. Вот и проверим, сколько в ней правды.

Но Зарина отказалась это делать.

— Это вам не хихоньки да хахоньки, — строго проговорила она. — Я не аниматор, а астролог. Будет нужда, обращайтесь, но по приколу не смейте.

Этим она заслужила не только симпатию, но и уважение Баранова, поэтому Зарину единственную из посторонних пригласили на ужин в честь дорогого гостя.

Он не знал, как себя вести с Эдуардом Владимировичем Старковым. Когда-то он был для него дядей Эдом, учил плавать и играть в баскетбол. Димка ходил за ним по пятам, смотрел с обожанием, копировал его поведение и мечтал вырасти похожим не на родного отца, а на крестного. Но это было очень давно, можно сказать, в прошлой жизни…

— Ты чего как неродной? — рявкнул на застывшего в нерешительности Дмитрия Старков. — Иди обниму!

«Вот все и решилось», — с облегчением выдохнул тот, а вслух сказал:

— Здравствуйте, дядя Эд. — После чего обнял, хотя до этого думал протянуть руку.

— Ты изменился, парень. — Старков крепко