Мертвое озеро. Возвращение - Керри Райан

Возможно, у меня и выйдет. Я ввожу адрес кладбища на гугл-картах и переключаюсь на вид со спутника. Приближаю, пока не становится примерно виден участок с могилой Мэлвина. Потом начинаю отматывать время назад – к этому же изображению в предыдущие даты. К сожалению, картинки слишком размытые и ничем мне не помогают. Однако сдаваться я не собираюсь. Большинство людей не отдают себе отчета, что практически каждый снимок, который они делают, содержит отслеживаемые метаданные, включая геолокацию. Когда они постят эти фото онлайн, метаданные загружаются вместе с изображением. Даже если заблокировать сопровождающую информацию или вообще удалить фотографию, метаданные можно будет восстановить с помощью специальных программ. И у меня – очень кстати – есть к ним доступ благодаря моей работе. Я вбиваю координаты могилы Мэлвина, взятые с гугл-карт, в поиск по базе изображений. С учетом количества фото и видео, загруженных в интернет в каждую дату, поиск может занять некоторое время, поэтому я оставляю его работать в фоновом режиме, а сама переключаюсь на другую вкладку.

Щелкаю по папкам в моем компьютере и открываю ту, что озаглавлена «Налоги-2019». После того как Коннор отыскал флешку с ключом к письмам Мэлвина, которые я от него прятала, я решила, что надежнее будет скрывать информацию, к которой я не хочу предоставлять ему доступ, на самом виду. То есть в моей финансовой папке. Не представляю, какому тинейджеру придет в голову интересоваться налоговыми документами. До сих пор это срабатывало.

Ввожу пароль, и передо мной разворачивается список файлов. Здесь я храню данные о самых отъявленных психах из «Сайко патрол» – те, что пересылала в ФБР. Раньше я пыталась их отслеживать, надеясь, что настоящее имя или адрес заставят ФБР активнее реагировать на угрозу. Правда, тогда мои сыскные навыки не были такими впечатляющими.

Я не имела того опыта, что имею сейчас. А еще доступа к инструментам и базам данных, которыми ныне располагаю. Я начинаю с первого имени: «Ядерный взрыв». Щелкаю на его папку, внутренне подбираясь, – я знаю, что там найду. Какое-то время он слал мне угрозы регулярно, раз в месяц или чаще. Он был большим поклонником порно с пытками и любил с помощью фотошопа заменять лицо жертвы моим, а потом отправлять мне результаты. Видео начинает проигрываться автоматически, и я едва не подпрыгиваю, торопясь нажать на «Стоп».

В свое время я смогла отыскать его под этим же ником на нескольких сайтах. На каждом он запостил кое-какие личные сведения, так что я вышла на него в реале. Его звали Салем Адамс, и он работал оператором погрузчика на складе близ Бойсе. Я подумывала собрать послания этого урода и отправить его боссу, но тогда мы еще были в бегах, и я предпочла не высовываться.

Я вбиваю его имя в один из самых мощных поисковиков, к которым у меня есть доступ по работе, гадая, не повлекла ли его активность в онлайне реальных последствий. Но вместо заметки о его увольнении за какие-нибудь злобные расистские посты нахожу некролог. Копаю еще немного и выясняю, что он был убит несколько месяцев назад – в ходе неудавшегося ограбления… Не могу сказать, что сожалею о его смерти. Одним ублюдком, плюющимся ядом, в мире стало меньше.

Перехожу к следующему имени из списка психов: QP113d, он же Форрестер Блэкени. Если Салем был одним из первых фанатов Мэлвина, Блэкени увлекся его преступлениями где-то год назад. Однако когда он решил, что я помогала мужу совершать убийства, то атаковал меня весьма агрессивно. Не только слал мне злобные имейлы с угрозами, но даже связался с моим боссом: спросил, в курсе ли она, что наняла серийную убийцу. Джей Би не оценила его благих намерений и в ответ бросила все ресурсы агентства, чтобы отследить Блэкени и уведомить все его контакты, которые смогла найти. Также она с большим удовольствием переслала мне статью из газетенки в его краях, сообщавшую, что его уволили с должности менеджера по продажам после того, как его деятельность в онлайне выплыла на свет благодаря неравнодушию соседа, пожелавшего остаться анонимным.

Заново проверяю его имя и хмурю брови, наткнувшись на еще один некролог. Деталей в нем не сообщается, а попытки выяснить побольше не приносят результата. Уточняю дату его смерти и понимаю, что это произошло вскоре после разоблачения, за которым стояла Джей Би. На секунду ощущаю укол вины, гадая, есть ли между этими событиями связь.

Следующие несколько имен в моем списке не дают никаких интересных результатов. Но дальше я натыкаюсь еще на двоих, которые умерли: один погиб предположительно при сделке с запрещенными веществами, второй – в стычке местных банд. Следующие двое, похоже, пропали без вести – обстоятельства исчезновений не выяснены.

Откидываюсь на спинку стула, созерцая результаты своих трудов. В моем списке психов больше пятидесяти имен, и четверо из них погибли. Еще двое пропали – предположительно, мертвы. Плюс Купер Кунц, насчет которого ФБР меня только что допрашивало. Смертность примерно 10 %. С учетом того, что количество убийств в США составляет примерно 7,5 на 100 000 человек, такой показатель подозрительных смертей в выборке из пятидесяти выглядит тревожно высоким.

Я вспоминаю про визитную карточку специального агента Рен на моем кухонном столе и подумываю составить список, чтобы отослать ей. Но она ясно дала понять, что не является моей поклонницей, и это чувство взаимно. К тому же я не уверена, не сочтет ли она, получив информацию, что я и есть звено, связывающее их смерти воедино, – а это лишь укрепит ее подозрения на мой счет.

Вместо этого я возвращаюсь к статье про смерть Салема Адамса и нахожу имя полицейского, которое указано там. Отыскиваю его номер телефона и звоню. Удивительно, но со второго гудка он берет трубку. Я-то ожидала, что меня переключат на оператора…

Секунду не знаю, что сказать, но потом называю свое имя и объясняю, что звоню, чтобы уточнить информацию по делу Салема Адамса. Он слегка колеблется, прежде чем ответить:

– Вы не могли бы объяснить, почему интересуетесь этим делом?

За последние годы я усвоила, что лучшая ложь – та, что ближе всего к правде.

– Конечно. Я частный сыщик. – Называю ему свою компанию и номер лицензии частного детектива. – Имя мистера Адамса всплыло в ходе расследования, которое я провожу для одного нашего клиента.

– К сожалению, мэм, поскольку дело не закрыто, я не имею права разглашать детали.

Ответ вполне ожидаемый. Смешно было рассчитывать, что он