Новый человек-невидимка - Джон Диксон Карр

– Да, – кивнул Сай, не сводя с него подозрительного взгляда, – саквояж вам вернули. Но кто именно – неизвестно. Повар нашел его на кухне, а сверху лежал револьвер. Горничная, как это у них водится, водрузила его аккурат там, где на него мог наткнуться кто угодно. Хозяин револьвера так и не объявился – и, как все уверяют, никто не видел этого револьвера раньше. – Сай помедлил. – Кстати, сейчас он в библиотеке. Лежит в незапертом ящике стола.

– Ну… – Г. М. суетливо взмахнул рукой. – Ты собираешься валяться в постели весь день или все же пойдешь со мной в бассейн?

– Присоединюсь, – пообещал Сай, – как только побреюсь и приму душ.

Он подошел к одному из двух окон, выходящих на задний двор и восточную часть поместья. Во дворе было тихо и безлюдно. Наступал один из тех благословенных летних дней, наполненных ароматом трав и листвы, когда солнце пригревает, но еще не жжет. Коротко подстриженная трава поблескивала каплями дождя, который лил полночи.

За домом располагалась низкая травяная терраса с расставленными металлическими стульями. Лишь две ступеньки отделяли ее от газона, окружавшего бассейн. Сам бассейн, облицованный гладким серым камнем, а не плиткой, был около шестидесяти футов в длину и сорока – в ширину. Его длинная сторона шла параллельно стене дома.

За ним, сразу за узкой полосой газона, тянулась высокая густая изгородь из рододендронов. Через нее проходила широкая, но короткая дорожка, ведущая к ряду коричневых кабинок для переодевания. Над дорожкой возвышались два маленьких, выкрашенных белой краской указателя с надписями: «Леди» – направо, «Джентльмены» – налево.

Утреннее солнце отражалось в неподвижной глади воды. На северном краю бассейна виднелся трамплин для прыжков. За кабинками колыхалось зеленое марево леса, наполняя воздух густым древесным ароматом.

– Нам некуда торопиться, – заметил Сай. – Пока здесь никого нет.

Но спустя каких-то двадцать минут, когда они подошли к бассейну, оказалось, что они уже не первые.

Предусмотрительный Стаффи оставил им сандалии на пробковой подошве, с кожаными стельками и ремешками. Сай надел простые черные плавки. Г. М., накинувший поверх своего неописуемого купального костюма белый пляжный халат, теперь напоминал одного из самых зловредных римских императоров. Они сошли с затененного крыльца и неторопливо направились к западному краю бассейна.

– Привет! – донесся голос Джин.

К ее приветствию присоединились Дэвис и Беттертон.

Джин выбежала к другой стороне бассейна по широкой дорожке, проходящей сквозь кусты рододендронов. Она смеялась, поправляя купальную шапочку, как заправский пловец. На ней было узенькое бикини, розовое, с фиолетовым отливом, которое удачно оттеняло ее золотистый загар. Рядом гарцевал Дэвис – стройный, мускулистый, бронзовый, как индеец, в ярко-алых плавках. Казалось, эта парочка только что сошла с обложки глянцевого журнала.

За ними семенил Говард Беттертон. Он был в коричневом купальном костюме, довольно благопристойном, хоть и менее старомодном, чем у Г. М. В руках он нес мяч для водного поло.

Джин остановилась на узкой полоске газона между кустами и бассейном. Только темные тени под глазами выдавали, что накануне вечером ее что-то всерьез расстроило.

– Не забудьте, Сай! – крикнула она. – На плавание у нас осталось всего пятнадцать минут. Потом теннис. Потом, может быть, поплаваем еще.

– И ты не забудь, – со смехом добавил Дэвис, – что я взял отгул только для того, чтобы доставить тебе удовольствие.

Вокруг всего бассейна, вровень с травой, тянулся широкий каменный бордюр, а ниже, почти над самой водой, шли металлические перила. Джин встала на бордюр, глядя на Дэвиса с откровенным обожанием.

– Крест! – выкрикнула она.

– Накрест! – счастливо откликнулся Дэвис.

Они прыгнули одновременно, вытянувшись «солдатиками», и оба рассекли гладь воды с легким плеском, без шума и брызг. Из-за серой каменной облицовки бассейн казался темным и непроницаемым – тела тут же исчезли из виду, словно вода поглотила их.

– Я куда более осторожен, джентльмены, – объявил юрист, бросив в воду мяч для водного поло и остановившись у края.

– И зачем, спрашивается, тратить столько энергии? – крикнул Г. М.

– Не знаю, – признался адвокат. – Полагаю, чтобы чувствовать себя бодрым и свежим перед работой. Как говорится, работа – наше все.

Он состроил гримасу и улыбнулся. Невысокий, коренастый и волосатый, без пенсне он щурился и часто моргал. С явной осторожностью он коснулся воды ногой и, по-видимому, остался доволен температурой. После вчерашнего вечера Сай Нортон искренне восхищался его тактом и умением скрывать эмоции.

– Что ж, – сказал Беттертон, – теннис через пятнадцать минут. Прошу меня извинить.

Он с серьезным видом зажал пальцами нос и, не теряя достоинства, с громким всплеском прыгнул в воду.

– Г. М.! – сердито воскликнул Сай.

– А?

– Мэннинг! – пояснил Сай. – Когда он собирается исчезнуть? Где? – Он взглянул на бассейн, и в голову ему пришла дикая мысль. – Вы же не думаете…

– Не думаю, сынок, – отрезал Г. М. Было видно, что маэстро и сам не на шутку обеспокоен. – Мне твоя идея кажется маловероятной. Не средь бела дня же и не после завтрака. Для таких трюков нужны полуночные тени и уханье совы. Как в деле о бронзовой лампе.

Примерно в полудюжине футов от них, на газоне под навесом, стояли качели с сиденьем, обитым оранжевой тканью. Ни сэру Генри Мерривейлу, ни Саю Нортону уже не хотелось резвиться в воде, наподобие тритонов, хотя никто из них не спешил в этом признаваться. Они уселись на качели и мрачно уставились на бассейн.

– Готовься! – крикнул Дэвис сквозь брызги и плеск воды.

Он взмахнул рукой, и блестящий белый мяч полетел над водой к Джин, которая зависла у края трамплина.

С того момента как Сай увидел Джин Мэннинг в купальнике, его стало меньше тревожить ее сходство с одной особой. Джин казалась менее зрелой, менее… Впрочем, как бы то ни было, хотя это сходство все еще его беспокоило, он с удивлением обнаружил, что куда чаще думает о человеке, который вовсе не должен был занимать его мысли, – о капризной и эгоистичной Кристал.

– Вот что мне интересно, сынок, – вывел его из задумчивости голос Г. М., – где Фред Мэннинг? Ты его сегодня видел?

– Нет. Но Стаффи сказал, что он подстригал изгородь. А еще…

– А еще что я делал? – перебил его голос самого Мэннинга. – Уверяю вас, практически ничего.

В своих сандалиях на пробковой подошве он появился бесшумно, как призрак, и они вздрогнули от неожиданности.

Но Фредерик Мэннинг был вполне осязаем. В знакомой широкополой панаме, свободном белом костюме из альпаки и с легким шелковым шарфом вместо галстука он представлял собой законченный образ сельского джентльмена. На нем все еще были хлопковые рабочие перчатки, а в руках – садовые ножницы.

Мэннинг щелкнул ножницами, словно хотел обезглавить невидимую муху.

– Уверяю вас, – добавил он, – в ближайшие пару часов