Любовь цвета хаки - Григорий Васильевич Солонец
История больше грустная, чем смешная. Это Леша понял, увидев, что Надя перестала улыбаться. Сошлись на том, что Князев скорее отрицательный, чем положительный персонаж для современной пьесы. И точно не гусар, не дамский угодник.
Ровно в полдень в новенькой парадной офицерской форме их выпускной курс построили на плацу для торжественного вручения дипломов и нагрудных знаков об окончании ЛВВПУ. В те памятные минуты счастливее этих безусых лейтенантов в почти миллионном, древнем и вечно молодом Львове вряд ли можно было встретить.
— Лейтенант Разумков — Белорусский военный округ, — Леша наконец услышал свою фамилию и первое место службы, которому очень обрадовался. Куда накануне распределили кадровики, держалось в строгой тайне, теперь покров секретности пал. И выяснилось немало любопытного, даже труднообъяснимого. Гул удивления прокатился по строю, когда все услышали, что старшину курса — импозантного усатого красавца Маковского — непонятно за что «сослали» в Сибирь, где, как в популярной песне, «И большая тайга покоряется нам…». Даже красный диплом не помог старшине. Зато Вяткин, рекордсмен по «хвостам» за учебные семестры, благодаря своему протеже в правительственных кабинетах укатил служить на Кавказские Минеральные Воды, в курортный город Пятигорск. Партгрупорг и золотой медалист Андрюша Соколов, еще на втором курсе написавший рапорт с просьбой отправить его для выполнения интернационального долга в Афганистан, благополучно убыл в Группу советских войск в Германии. А что, тоже интернациональная миссия… Как и у тех, кому по блату или счастливому случаю выпало служить в Венгрии, Чехословакии, Польше.
Лешиных друзей по квартету кадровики разбросали по необъятной стране только по им одним ведомой логике: белоруса Вовку Буткевича направили открывать для себя Среднюю Азию, а просившегося туда сына гор и степей киргиза Аширбаева, словно в насмешку, сослали на Урал. Вместо родного Каунаса Вангелис в приказном порядке оказался на Дальнем Востоке. Так что богодаровцу Разумкову судьба вновь благоволила. Белоруссия — очень даже престижное место, к тому же по соседству с родной Смоленщиной.
Надя с мамой, которых он обеих сразу обнял, тоже порадовались распределению, поздравили с окончанием военного училища.
После банкета веселой компанией вместе с родными и близкими взошли они на гору Высокий Замок, чтобы напоследок полюбоваться Львовом и рассветом. Там и объяснился Алексей в любви Надюше. Свадьбу решили не откладывать, а сыграть во время первого офицерского отпуска. В загсе, как семью военного, их расписали без очереди в начале августа. Собрав родню и друзей, устроили торжество в Богодаровке. Об этом напоминают черно-белые снимки (цветные тогда были редкостью и роскошью). Несколько свадебных фотографий вместе с портретом маленькой Верочки Леша взял с собой в Афганистан.
В начале сентября лейтенант Разумков с двумя чемоданами сошел с поезда на минском железнодорожном вокзале. На руках у него было предписание явиться в отдел кадров политуправления округа. Это он сделает завтра утром, а пока нужно поселиться в военной гостинице на улице Тракторной, до которой, как подсказали люди, всего несколько трамвайных остановок. В Минске Алексей был впервые, хотя слышал, что белорусская столица выгодно отличалась от других советских городов чистотой и зеленым убранством улиц, площадей, гостеприимством жителей.
Немного отдохнув, Леша провел рекогносцировку близлежащего района на предмет нужных объектов, чтобы знать основные и запасные пути подхода к ним, как любил повторять на тактических занятиях подполковник Макин. А вот и первый важный объект — кафе с незатейливым названием «Лето», по словам администратора гостиницы, там можно недорого пообедать. Парикмахерская за углом, позже понадобится. Парк — тоже неплохо, а за проспектом над Свислочью возвышается местный «Пентагон», штаб Белорусского военного округа. Завтра он отправится туда пешком.
А где же кинотеатр «Кастрычiк»? В вестибюле, пока оформлялся, на глаза попала газета «Звязда». Глянул репертуар кинотеатров и обрадовался: в «Кастрычнiке» показывали нашумевший советский боевик «Пираты XX века». Через полтора часа начинался вечерний сеанс. Запомнив адрес, Ленинский проспект, 73, Разумков отправился на его поиски. Но вот незадача, на этом месте почему-то возвышалась вывеска «Октябрь». А где же «Кастрычнiк»?
Спросил девушку, похоже, студентку, куда-то спешившую, поэтому лишь обмолвившуюся: сама не местная, но где-то тут. По-простому одетый мужик, похоже, тоже не минчанин, переспросив, удивленно пожал плечами. И только через минуту Разумков понял, как опростоволосился, запомнив на всю жизнь белорусское название осеннего месяца и одного из лучших столичных кинотеатров.
— Начальником клуба пойдете? — огорошил его кадровик, седовласый полковник. И тут же, чтобы развеять сомнения лейтенанта, главный аргумент привел. — Часть на хорошем счету, находится в Минске.
Кажется, душа Леши, если она и вправду есть, восстала против такого неожиданного предложения. Четыре года его учили выпускать газету, писать заметки, репортажи, очерки, и все это коту под хвост? Да ноги его в армейском строю не было бы, если бы не журналистика! Все это в сумбурной от волнения запальчивости произнес Разумков, ни на что хорошее уже не надеясь.
— Но у меня сейчас нет ни одной вакантной должности по вашему профилю! — воскликнул полковник, будто крапивой ужаленный.
С недавних пор в дипломе стали указывать двойную специальность: офицер-политработник с высшим образованием, военный журналист — видимо, перестраховываясь от подобных казусных ситуаций.
Как у кадровиков все просто: появилась в ведомости пустая клеточка, вписал туда фамилию. И вопрос решен. А подходит на эту должность человек или нет, не столь важно. Главное, заполнить вакансию.
— Не знаю, что с вами делать. Хоть обратно в училище отправляй на перераспределение. Рассчитывали, что наконец-то уволим одного вашего коллегу, капитана Плоткина. Достал уже всех, но Москва воспротивилась, вернула документы с резолюцией: перевоспитывайте!
«Детский сад какой-то», — выругался про себя кадровик, искренне не понимавший, за что государство платит беспробудному пьянице в погонах, к тому же предлагает с ним нянчиться.
Хозяин кабинета закурил.
— Давайте поступим так. Вы в гостинице разместились? Очень хорошо. Поживете там недельку-другую, пока мы что-то подыщем. Есть один вариант, но я должен переговорить с редактором окружной газеты.
«Неужели меня возьмут в «Во славу Родины»?» — в радостном предчувствии запела душа.
— Там нет должности ниже майорской, поэтому выпускнику училища сразу в окружную путь
Ознакомительная версия. Доступно 11 из 55 стр.