Ковроводорожковый марш - Панч
…Так и живу —
обречён на бой
с самим Нечистым, с его ордой!
Так и живу…
А вчера сигнал
опять Всевышний во сне мне дал!
Сегодня, значит, иду на вы.
На улицах
и площадях Москвы
найду вампира, и изгоню.
Стилет крестовый в него вколю.
Приметы знаю: всегда брюнет,
всегда высокий да в плащ одет.
Когда и в куртку. Всё чаще так.
Плащи из моды
выходят — факт.
Темнеет быстро.
Пора.
Вперёд.
Весна.
Гуляют.
Везде народ.
Найти б сегодня. Не то беда.
Мигрень замучит.
И совесть.
Да.
Ага! Вот этот!
Ну, точно он!
Черняв и дылда. Такой пижон.
Свернул в аллею. И мне туда.
Догнал.
За шею
схватил. Удар!
Ещё! Ёщё! Но стоит ведьмак,
проклятый оборотень, вурдалак!
Умрун, убийца, всем людям враг!
Отжал мой локоть, небрежно так.
Вот повернулся, за горло взял
одной рукою,
да приподнял.
Глядит по рыбьи, как та акула.
Аж волосы ужасом
шевельнуло.
— Привет, дружочек. Ты здесь откель? —
(А голос мерзкий, как скрип петель.)
— Давай, рассказывай, ху ис ху. —
И всё я выложил, как на духу.
И про нечистых, что правят бал.
И про обет, что когда-то дал.
Заржал упырь, повторяя: "Тьфу!",
Абракадабра. Колдует, что ль?
Вот отсмеялся и сразу боль
сильнее стала: так пережал
гортань ладонью.
(Здоров амбал.)
Лицо приблизил
и говорит:
— Тебя я в лизинг
беру, бандит.
Я твой пастух. Ты моя скотинка.
Антагонисты, но половинки.
С меня укусы,
С тебя же — кровь…
Такая
будет
у нас
любовь…
И задурманив,
за-
во-
ро-
жил…
Теперь ему обречён служить!
Проклятый демон, отродье Тьмы!
Но если ЛЕВ он, то…
КТО ЖЕ МЫ?!
⠀⠀
⠀⠀
⠀⠀
Рыбка в рубке
⠀⠀
I
Аморфней губки,
пресней беззубки,
сижу
в вагонной зыбке,
усталый, зыбкий
и не жужжу…
Я в рубке рыбка.
Зеваю
за гладко-глыбким,
прозрачнохлипким
стеклом трамвая.
Стаканнохрупким,
кубичноколким.
Калёный лёд не даёт осколков!
Я знаю…
Вокруг уютно
поёт железо.
Слегка качает.
Негромкий лязг,
монотонный скрежет…
Гул
нарастает.
…И убывает,
ослабевая
на поворотах.
Слежу, как медленно
выцветает
огромный Город.
Я рыбка в рубке…
⠀⠀
II
Город похож на старое фото
кого-то,
опротивевшего до рвоты!
Теряя краски,
меняя маски,
линяет,
медленно тает,
как сахар,
в сумерках крепкого чая…
Негромкий лязг,
монотонный скрежет,
колёс вагонных от межи к межи
по рельсам ласковый перестук…
Трамвай мой старинный и верный друг.
Сигнала его не противна трель.
"Дзынь-дзынь" —
звоночек.
Не в ухо дрель.
Я в рубке рыбка…
⠀⠀
III
Скучаю.
Устало-зыбкий
за гладко-глыбким
стеклом трамвая.
Сижу.
Не жужжу…
Гляжу
нару-
жу-у-у!
На Ру, сука!!!
точка, Жу!!!
Перехожу межу!!!
Я вам не рыбка!
Желаю сшибки!
И точка! ТОЧКА.
Мой взгляд — убийца!
Мой взгляд — заточка!
Во мрак законно макаю плицы!
Я вам не донор, а кровопийца!
Со мной мой гонор. И нрав, и норов!
Проклятый Город! Сипящий боров!
Я кат безотчий! Я всех жесточе!
И точка!
Точка…
Ещё цветочки.
⠀⠀
IV
Уж Город Ночью как чёрным скотчем обмотан туго.
Я в рубке рыбка!
С кривой улыбкой плыву по кругу.
Вдоль улиц гибких,
проспектов твёрдых, квадратно-гордых,
по закоулкам
и переулкам
упёртым, мёртвым!
по площадям буратинномордым.
Здесь каждый дом на меня косится.
Домам не спится.
Дома рычат и тихонько стонут,
клянут и хают сиротский холод.
Дома, что со́здали этот Город.
Они и есть этот грешный Город.
Дома-бубоны. Их лица — бездонны.
Ужасны. Бессонны.
Опасны, страстны и многоглазно-
чернооконны!
В бровях балконов
исходят дрожью
слепые рамы.
Огнём рекламы
бликуют бельма…
Ах, этот Город такая шельма!
Дома как дамы.
Пока не в дамках —
темнят.
Глазницы окон
слезятся, мокнут —
мертвят.
В Ночи горят не глаза, а СТРАЗЫ…
Что Город страшен — я понял сразу.
…Вчера мне дверью плавник прижали.
Болит,
зараза…
⠀⠀
⠀⠀
Журавлик
⠀⠀
Я ветер