Семь слонов - Игорь Патанин

— Нашли что-нибудь? — в дверях появилась директор школы Валентина Петровна. Маленькая женщина с усталым лицом и цепким взглядом.

«Как давно он здесь работает?» — Анна продолжала разглядывать фотографии.

«Третий год. Пришел с отличными рекомендациями. Дети его обожали, особенно девочки. Он вел дополнительные занятия по самообороне…»

"Бесплатно?" — уточнила Анна.

«Да, он говорил, что это его призвание — помогать детям чувствовать себя в безопасности».

Анна подошла к шкафу, открыла дверцу. Спортивная форма, свистки, секундомер. И маленький блокнот, затерявшийся среди бумаг.

— Можно? — она показала блокнот директору. Та кивнула.

Анна надела перчатки и открыла первую страницу. Аккуратный почерк, даты, имена. Записи о тренировках? Нет. Что-то другое.

«София В. Любимый цвет — голубой. Боится темноты. Всегда ходит одной дорогой. Любит мятное мороженое».

Следующая страница: «Катя В. Играет на фортепиано. Розовый рюкзак с единорогом. По вторникам и четвергам — музыкальная школа».

«Маша С. коллекционирует значки. Живет с бабушкой. Мечтает стать художницей».

— Дорохов, — голос Анны дрогнул. — Проверь все эти имена. Каждую девочку.

— Уже, — в дверях появился еще один оперативник. — В его компьютере — целая база данных. Фотографии, расписания, маршруты. Он следил за всеми.

— И никто не заметил? — Анна повернулась к директору. — Никто не обратил внимания?

— На что? — Валентина Петровна растерянно развела руками. — На то, что учитель интересуется жизнью учеников? На то, что помогает им, поддерживает? Мы думали, он просто… хороший человек.

Телефон Анны зазвонил. Гранин.

«Приезжайте срочно», — голос старого следователя звучал глухо. «Кто-то был в моей квартире. Слоны… они исчезли. Все шесть».

Анна переглянулась с Дороховым. «Высылаю группу. Ничего не трогайте».

— Подождите, — директор вдруг схватила Анну за руку. — Вчера… вчера Игорь принёс в учительскую коробку конфет. Сказал, что у него день рождения. А сегодня утром не пришёл на работу. Впервые за три года.

"Где он живет?"

«В общежитии для учителей. Но его там тоже нет. И телефон не отвечает».

— Анна Витальевна! — к ним подбежал молодой оперативник. — Смотрите, что нашли в его шкафчике в раздевалке.

Он протянул Анне пластиковый пакет. Внутри лежали три красных фарфоровых слона — точно такие же, как зелёные на полке.

— И это ещё не всё, — оперативник положил на стол школьный журнал. — Посмотрите на эти пометки.

Анна открыла журнал. Рядом с некоторыми именами стояли цветные точки: синие, зелёные, красные.

«Красные точки — возле имён трёх девочек из параллельного класса Софьи», — пояснил оперативник.

«Проверь этих девочек. Немедленно», — распорядилась Анна, чувствуя, как внутри всё сжимается от тревоги.

«А ещё в его доме нашли документы», — продолжил оперативник. «На имя… Игоря Васильева».

— Васильева? — Анна нахмурилась. — Тот самый? Из Твери?

«Да. Среди документов — рекомендательные письма из музыкальной школы города Твери, датированные двадцатью годами ранее».

Анна взяла в руки одного из зелёных слонов с полки, внимательно рассматривая фарфоровую фигурку. Что означают эти цвета? Почему Соколов так тщательно помечал детей в своих списках?

— Дорохов, — она аккуратно поставила слона на место. — Мне нужна вся информация о связях Соколова. Телефонные звонки, переписка, встречи. Особенно с Виктором Роговым. И проверь всех, кто подписывал ему рекомендации.

"Уже работаем."

В дверях показался еще один сотрудник.

«Анна Витальевна, звонили из СИЗО. Виктор Рогов требует встречи с вами. Говорит, что готов дать показания».

"О чем?"

«О Софье. И о том, где её искать».

Анна собрала документы в папку.

«Дорохов, проверь все психологические центры и клиники в городе. Особенно те, которые работают с детьми».

"Почему именно психологические центры?"

— Интуиция, — Анна направилась к выходу. — И еще кое-что — узнай, проходили ли Софья или Елена Андреевна какую-нибудь психологическую терапию в последние годы.

Уже в машине Анна просматривала фотографии кабинета Соколова. Шкаф, стол, полка со слонами… На одной из фотографий на стене она заметила небольшой снимок в рамке: Соколов с группой детей. А рядом с ним — мужчина средних лет в строгом костюме. Что-то в его лице показалось Анне знакомым, но она не могла понять, где его видела.

Анна отправила фото Дорохову с пометкой: «Узнай, кто этот человек рядом с Соколовым». Потом завела машину и поехала в СИЗО.

История становилась всё запутаннее. Следы вели в прошлое, в Тверь, к тому самому делу двадцатилетней давности. Но теперь Анна чувствовала, что здесь замешано нечто большее, чем просто повторение старого сценария. Что-то систематическое, продуманное, почти… профессиональное.

А в кабинете Соколова на полке семь зелёных фарфоровых слонов продолжали хранить свои тайны. Тайны, разгадка которых могла стоить жизни не только Софье Величко, но и другим детям, чьи имена были отмечены цветными точками в журнале.

Первое, что почувствовала Софья, придя в себя, — холод. Пронизывающий, сырой холод, от которого немели пальцы и перехватывало дыхание. Она попыталась пошевелиться, но тело отказывалось слушаться, словно было чужим. Мысли путались, расплывались, как рисунки на запотевшем стекле.

«Где я?» — вопрос беззвучно повис в темноте. Глаза постепенно привыкали к отсутствию света. Тени. Силуэты. Какие-то предметы вокруг.

Софья напрягла память. Последнее, что она помнила, — дорогу в школу. Белую куртку. Мамино «Хорошего дня». А потом… серая машина? Мужчина, спрашивающий дорогу? Дальше — пустота.

Она попыталась сесть. Голова закружилась, к горлу подступила тошнота. Всё-таки удалось. Ощупала поверхность под собой — жёсткая кровать с металлическим каркасом. Простыня, одеяло, подушка. Рядом — небольшой столик. На нём что-то стояло.

Софья протянула руку и нащупала холодный фарфор. Маленькая статуэтка. Проведя пальцами по гладкой поверхности, она узнала форму — слон. Точно такой же, как те, что она собирала дома. Только этот был… Какого он цвета? В темноте не разобрать.

Сердце забилось быстрее. «Виктор? Это он меня забрал?» — мысль обожгла сознание. Или это кто-то другой?

Где-то вдалеке послышались шаги. Твердые, размеренные — кто-то приближался. Софья замерла, сжимая в руке фарфоровую фигурку. Шаги остановились за дверью, которую она пока не могла разглядеть в темноте. Звук ключа в замке. Скрип петель.

На пороге появился силуэт. Зажегся свет — тусклый, желтоватый, но после полной темноты показавшийся ослепительным. Софья зажмурилась, а когда открыла глаза, то увидела перед собой мужчину в строгом тёмном костюме.

— С пробуждением, София, — голос звучал мягко, почти доброжелательно. — Как ты себя чувствуешь?

Она не ответила, продолжая сжимать слона в руке. Мужчина был высоким, с седыми висками и аккуратной бородкой. Очки в тонкой оправе. Взгляд внимательный, изучающий. В руках — папка с какими-то бумагами.

— Меня зовут доктор Беркут. Александр Викторович. Я здесь, чтобы помочь тебе.

— Где я? — голос Софьи звучал хрипло, как будто она