Против ветра - Анна Джейн

– Ну ты разговорчивый, я смотрю, пацан, – скорбно покачал головой главный из гопников. – Закурить не дал, говоришь много, хороших людей обижаешь, по чужой территории как у себя дома расхаживаешь.

Он притворно вздохнул.

– Вставай. Будем культуре тебя учить, пацан.

Один из его друзей грязно выругался и пнул лежащий на земле скейтборд.

– Не бей его, он заплачет, – сказал Ник.

– Сейчас ты плакать начнешь, урод!

– Давай, поднимай задницу, нифер тупой, пойдем, за жизнь поговорим.

Кларскому идти никуда не хотелось – особенно разговаривать за жизнь.

– А вы, наверное, денег хотите? – делано благодушно спросил Никита, не понимая, почему он так себя ведет. По идее, нужно было припугнуть зарвавшихся крысенышей и идти дальше, а он сидит и разводит с ними демагогию. – Отдать?

Парни несколько опешили.

– А много у тебя? – спросил один из них жадно.

– Прилично, – отозвался спокойным голосом Кларский. – Даю по косарю на рыло, и проваливайте.

– Нифер, ты че-то какой-то неправильный, – склонил голову к плечу главный в этой маленькой компании. Кажется, он почувствовал что-то неладное. В голосе жертвы отсутствовал страх, и было что-то такое, что заставило паренька в спортивном костюме насторожиться. – По закону жанра мы должны тебя избить, забрать твою мобилу и твое бабло.

– Мне мобилу жалко отдавать, пацаны, – передразнил их Никита и неспешно залез в рюкзак.

– А бабло типа не жалко? – подозрительно осведомился один из юных гопников.

– Нет. Что такое деньги? Прах, – пожал Никита плечами.

– Пацаны, он, кажись, чокнутый, – громко, но выразительно прошептал тот, кто пнул его скейтборд.

Он следил за тем, как черноволосый ниферок, у которого они хотели по-быстрому отжать деньги на пивас, что-то ищет в рюкзаке. Ник, которому было невероятно смешно, реально искал деньги, а нашел свой пистолет – второй. Тот совершенно случайно высунулся из рюкзака, но даже своим мимолетным появлением произвел на парней-гопников большое впечатление.

– Ну ладно, ниферок, мы пойдем, пожалуй, – как-то даже скромно сказал главарь. – Давай, это, хорошего тебе настроения, все дела.

– А как же деньги? – с иронией – чужой, не свойственной ему – спросил Никита.

– А сколько хочешь? – вздохнули парни. – Брат, прости, у нас мало.

– Идите, – сказал Ник негромко, но серьезно – недоумки надоели ему.

И они ушли – спешно, не оглядываясь.

Как только Никита встал с лавки, в воздухе раздался перезвон колоколов, оповещающих о том, что пробило четыре часа пополудни – неподалеку от сквера находилась небольшая церковь. Ее не было видно – лишь слышно, и, как назло, чтобы подойти к дорожному кольцу, которое Ник собирался пересечь, ему сначала надо было пройти мимо еще одного места, где люди просили помощи у Бога, – мечети.

Он не был особо верующим и никаких храмов не посещал, однако почувствовал себя неуютно – будто кто-то укоризненно смотрел на него.

Нику это не нравилось.

Ветер стал сильнее, холоднее и все никак не мог оставить в покое черные волосы Ника – тот целеустремленно шагал вперед, к дорожному кольцу. Умиротворение сменилось удивлением.

«Что я делаю?» – задал себе неожиданный вопрос Никита и крепче сжал пакет из-под сока.

«Я мщу», – ответил ему внутренний голос.

Навстречу Нику шли две девушки неформального вида. Одна с синими волосами и майкой с падающим вниз крылатым человеком – логотипом популярной рок-группы, вторая – с многочисленными пирсами и дредами. Увидев его, они зашушукались, смешливо переглядываясь. Кажется, он понравился им. Девушки-неформалки на Никиту никогда не засматривались – больше это делали девочки-модели и гламурные принцессы, которые стильного Никиту считали невероятно привлекательным. А тут на него таращились девчонки лет семнадцати, одетые так, будто только что побывали на рок-концерте.

Когда они поравнялись, девушка с дредами подмигнула ему, отчего Ник поднял от удивления бровь.

– А ты классный, – заявила ему наглая малолетка и вручила бумажку с номером телефона. – Позвони мне, – дерзким голосом продолжала неформалка, разглядывая парня, который из-за грима и гривы черных волос казался ей милым и даже забавным.

«Позвоню», – мысленно ухмыльнулся Ник, шагая дальше. Он ничего не сказал ей – вдруг широко улыбнулся. Будь он не в этом клоунском образе, а в своем обычном, она обошла бы его за версту. Забавно: людей часто воспринимают только по внешности, не понимая зачастую, что на самом деле они из себя представляют.

Он преобразовал свою внешность – дело пары часов, – и с ним стали случаться вещи, которые давным-давно не случались. Местные гопники, малолетка-неформалка, флаер в рок-клуб. Казалось бы, совершенные мелочи, но в то же время и глупая демонстрация причинно-следственных связей.

А если что-то изменить по-крупному? Не прическу и цвет глаз, а что-то другое? Например, отношение к жизни? Что будет?

«Да ничего не будет», – искрами нарисовала свой ответ приглушенная ярость, требующая смертей.

Никита приблизился к дорожному кольцу. Машин на всех его трех дорогах было немного, и обычно очень правильный в таких вещах Никита решил не переходить дорогу в положенном месте через пешеходный переход. Он сократил путь в несколько раз и дважды перебежал дорогу в неположенном месте.

И хотя Кларский терпеть не мог нарушать правила, через минуту он уже стоял в самом центре кольца, ровно на пересечении трех дорог. Совсем скоро он приблизится к ресторану «Милсдарь» и, проходя мимо, выбросит в одну из его урн пакет из-под сока.

Как только Никита оказался на перекрестке трех дорог, движение автомобилей стало сумасшедшим. Куча машин вылетела с разных сторон и буквально заполонила асфальтированное кольцо, обрамлявшее широкий круг газона, в котором находился Ник.

«Лучше бы я по переходу пошел», – беззлобно, даже безразлично подумал Кларский, наблюдая за потоком машин. Странно, но с ним определенно что-то происходило – не во внешнем плане, а во внутреннем. Спустя сутки шквал обуявших его эмоций начал спадать, и Ник стал смотреть на мир будто другими глазами.

Что он делает? Он собрался убивать Макса и Смерчинского? Зачем? Ах, ну да, он хочет отомстить за брата – архив с компроматом ведь теперь недоступен ему – и хочет защитить Настю и ее дочь. Но что это за радикальный метод? Других вариантов больше нет? Он сможет убить уродов? А вдруг ничего не получится, его поймают, и тогда на Настиной жизни действительно придется поставить крест?

Ник был абсолютно трезв, но голова его кружилась. И все его мысли тоже кружились вместе с ней.

Позади раздался громкий веселый гудок, и Ник моментально обернулся – по той дороге, которую он только что перешел в неположенном месте, неспешно и важно ехал белоснежный длинный лимузин. Из окон и крыши его торчали нарядные девушки и парни в костюмах, с полными бокалами в руках и что-то радостно кричали. Среди них Никита разглядел и улыбающуюся невесту в фате, которую трепал усилившийся ветер. Девушка