Заноза для Ромашова - Маргарита Светлова
Я не стала спорить, подошла и просто обняла его. Он замер, а потом схватил меня в охапку, но я чувствовала, что он всё так же зол. Пришлось применить способ, после которого мой Терминатор становился ласковым и пушистым. Странный секс — прямо на кухне. Быстро. Жарко. Почти без слов. Он рычал, но уже по-другому. А потом, когда всё закончилось, уткнулся лбом мне в плечо и успокоился.
Но, увы, маму он прощать не собирался. Я это видела по его глазам, в которых появлялся холод, по тому, как он недовольно поджимал губы, когда я упоминала её имя.
Ну ничего. Как моя мама говорила — вода камень точит.
Эпилог
Эпилог
Две недели прошло с тех пор, как я передала ноутбук. Я, как обычно, готовила ужин мужу, и тут раздался звонок в дверь. Я было решила, что это Антон пришёл: он как раз звонил и спрашивал, что купить. Но когда открыла дверь, чудом не выругалась — на пороге стоял Лютый. Хмурый, как грозовая туча, а в глазах словно молнии вспыхивали. Вот же… Сейчас опять начнёт мозг выносить. Правда, я пока не поняла, за что.
— Заходи, — со вздохом произнесла я, отступая.
Он вошёл, окинул взглядом прихожую, снял куртку и направился на кухню, цокая языком, как недовольный учитель. Ну а я следом, словно нерадивый ученик.
— Кофе или чай? — спросила я, доставая чашку.
— С ядом? — усмехнулся он, садясь за стол.
— Хотелось бы. Но сестра расстроится, — не осталась я в долгу.
Он хмыкнул. Я налила ему чай, поставила перед ним и села напротив, скрестив руки на груди.
— Ну давай, начинай. Чем опять недоволен?
Лютый молчал несколько секунд, сверля меня недовольным взглядом. Потом наклонился вперёд, опираясь локтями о стол.
— Ты вообще что творишь, дурочка малолетняя?
Я поморщилась. Не потому, что он меня дурочкой назвал, а потому, что ещё не поняла, где согрешила.
— А конкретнее можешь объяснить, чего я там опять натворила?
— Конкретнее? — он криво усмехнулся. — Ты совсем головой не дружишь? Тебя ж убить могли!
И шандарахнул кулаком по столу так, что чай из чашки выплеснулся на скатерть. Я подскочила, выхватывая салфетку.
— Совсем озверел! — рявкнула в ответ, промокая скатерть. — Давай говори, когда и за что убить меня могли. Я уже как две недели из дома одна нос не высовываю.
— Какого хрена ты согласилась на эту авантюру? — продолжил он лютовать. — Почему врала, что деньги перевела? Ты хоть понимаешь, что, если бы не я, тебя бы арестовали? А если бы не арестовали — убили бы?
— Ну, не убили же, — буркнула я, бросая мокрую салфетку в ведро.
Он закатил глаза, встал и принялся ходить по кухне, заложив руки за спину, как генерал на плацу.
— Слава богам, что твоя сестра пришла ко мне. И твой друг Стас через знакомых людей надоумил Андреева обратиться ко мне. — Он остановился, упёрся руками в стол и навис надо мной. — И всё же тебе, камикадзе, нужно было сразу идти за помощью ко мне, а не в шпионов играть!
— Интересно, с чего бы нам это было делать? Я тебя знать не знала. И о чувствах твоих к моей сестре тоже.
— Я тогда с ней ещё не был знаком.
— Тем более. И хватит тут громовержца изображать, я не особо и рисковала.
— Не рисковала она… Сказки мне тут рассказываешь.
— Сказка, хоть и страшная, но конец же у неё счастливый.
Он замер, на секунду завис, потом хрипло рассмеялся.
— Ну, блин, ты и зараза. Даже шутить умудряешься.
— А что мне, плакать? Всё уже кончилось.
Лютый махнул рукой, снова сел.
— Можно сказать и так. Ещё пару муд… мужиков закроем — и можно жить спокойно. В общем так, — он ткнул в меня пальцем. — Чтобы больше такого не было. Узнаю — домашний арест. На год.
Я прикусила губу, пряча улыбку. В этот момент раздался щелчок замка, и в прихожей послышались шаги. Через секунду в проёме появился Антон с двумя пакетами продуктов.
— Привет, — произнёс он, хмурясь и переводя взгляд с меня на Лютого. — Ты чего тут делаешь?
— Да вот, — кивнул Лютый на меня, — твою жену уму-разуму учу.
Антон прошёл на кухню и, поставив пакеты на пол, развернулся к нему, скрестив руки на груди.
— А ничего, что это моя жена? И с ней, если понадобится, я сам разберусь? Иди свою учи. Нечего тут орать и психовать.
— Ромашов, ты что, не догоняешь, что произошло? — Лютый встал и принялся сверлить его взглядом. — Она всё время нам голову морочила! Прикидывалась преступницей! Мы столько времени потратили, а ей всего-то нужно было отдать ноутбук и рассказать всё как есть! А она тут устроила, бл*дь, театр одного зрителя!
— Не матерись при моей жене и не ори на неё!
— Ну, зрителей у меня, по-моему, было много, — не удержалась я от шпильки.
— Ты видишь, до неё даже не доходит, какой опасности себя подвергала!
Антон подошёл ко мне, обнял за плечи и притянул к себе, целуя в макушку.
— Всё, завязывай истерить, — произнёс он спокойно. — Моя жена в положении.
— Да помню я… — зарылся он пятернёй в волосы. — Просто сегодня с её другом пообщались, ну и узнал всё. Вот он идиот, додумался же до такого — девчонку на амбразуру бросать. Чудом ему рыло не начистил.
— Ты что со Стасом сделал? — испугалась я за друга.
— Отставить