Ассимиляция - Марк Амврелий

— У вас есть младшая сестра, — произнес Савельев. — Ксения. Есть родители. Если решите стать уклонистом, то мы не сможем гарантировать их безопасность. В городе сейчас неспокойно. Монстры, мародеры, уличные банды. Всякое может случиться.

— Вы сейчас угрожаете моей семье?

— Я объясняю последствия вашего решения.

Внутри все кипело от ярости. Ублюдки. Циничные твари. Шантажировать меня семьей! Меня загнали в угол и даже не пытались этого скрыть. От бессилия хотелось выть. Я и так постоянно рискую жизнью в том числе ради всех нас, а в благодарность меня решили превратить в бесплатное оружие. Сто двадцать тысяч и обещание залатать, если выживу после очередного задания. Шикарные условия.

Я снова открыл папку. Пробежал глазами по последней странице, взял ручку и поставил подпись.

— С этого момента вы зачислены в мобильную группу капитана Мельникова, — сухо произнес Савельев. — О первом выезде вас уведомят отдельно. Телефон держите включенным.

Из переговорной я вышел с ощущением, что только что добровольно надел на шею ошейник. Мельников последовал за мной. Мы прошли по коридору до лестницы, и лишь там он придержал меня за плечо.

— Погоди.

Я обернулся, не скрывая злости.

— Если хотите рассказать, как мне повезло послужить родине, то не надо.

Мельников отвел взгляд и устало потер лицо ладонью.

— Мне нужны люди, которые умеют сражаться и при этом не бросают раненых. Ты мне нужен.

— И вы нашли отличный способ сообщить мне об этом! — яростно выплюнул я.

— Не кипятись. Во-первых, насчет трофеев, — Мельников понизил голос. — Первые образцы каждого вида, неизвестные вещества и системные предметы придется отдавать специалистам. Тут я ничего изменить не смогу. Но во время зачистки не всегда можно установить, сколько именно тварей было внутри и что от них осталось. Никто не станет пересчитывать каждый клык или обломок панциря. Главное, не наглей и не забирай редкие вещи прямо у специалистов из-под носа.

Я чуть выдохнул.

— То есть часть лута я все-таки смогу оставлять?

— Я этого не говорил, — невозмутимо ответил Мельников. — И тебе советую никому не говорить. По деньгам тоже не паникуй раньше времени. За каждый закрытый Провал положены надбавки. Представления на премии подписываю я. Нормально себя покажешь — постараюсь сделать так, чтобы одной зарплатой дело не ограничилось.

— Спасибо, — произнес я уже спокойнее.

— Пока не за что. Доживи сначала до первой выплаты. А там что-нибудь придумаем.

Это все еще не было похоже на работу мечты, однако хотя бы давало шанс не остаться совсем без денег. К тому же я ведь и так и так полез бы зачищать родной город от тварей. Желание стать сильнее стало уже почти маниакальным. А тут будет какая-то информация, поддержка. Пока не знаю, как буду совмещать зачистки и стандартные прохождения Провалов, но наверняка что-нибудь придумаю.

Я осознавал, что пытался себя успокоить, но отнюдь не обманывал себя. Да и командир вроде нормальный мужик. Мельников мог промолчать и спокойно отправить меня домой, но вместо этого попытался помочь. После разговора с Савельевым даже такая поддержка дорогого стоила.

Домой я вернулся полный решимости не опускать руки и вопреки всему продолжать двигаться намеченным курсом. Пользуясь тем, что пока меня никуда не вызвали, собрался заняться трофеями. На «Авито» уже появилось множество объявлений о покупке вещей из Провалов. Их искали коллекционеры, владельцы частных музеев и просто богатые любители необычной хрени.

Отдавать добычу первому встречному я не собирался. Сначала полистал объявления, посмотрел цены и почитал игровые группы. Разброс цен оказался огромным. Одни скупщики пытались урвать трофеи за копейки, другие обещали золотые горы, но предлагали передать вещи до оплаты. С такими я даже связываться не стал.

Я разложил на полу два меча и потрепанный щит из замка, сфотографировал их с разных сторон и выставил одним лотом. Честно указал все повреждения. Остальные трофеи я пока не выставлял. За сорок минут пришло больше десятка сообщений. Судя по всему, ажиотаж был бешеный. Половина сообщений начиналась с вопроса: «За полцены сегодня отдашь?» Я отказывался и сравнивал предложения.

В итоге остановился на мужчине, собиравшем частную коллекцию оружия. Профиль у него был старый, отзывов много, да и цену предлагал в целом нормальную — на эти деньги я как раз мог купить хорошую входную дверь. Мы немного поторговались, я согласился чуть уступить, если он купит прямо сегодня и сразу все три позиции. Договорились встретиться через час возле торгового центра на Щукинской.

К тому времени день давно перевалил за середину. Пока я ездил к Савельеву и отвечал на вопросы, от утра ничего не осталось. На улице моросил холодный дождь. Мокрый асфальт отражал вывески и мигалки. Прохожие то и дело посматривали на стены домов, словно ожидали появления нового Провала. Судя по новостям, новых прорывов за утро не случилось, но обстановка в городе была нервная. Уверен, что каждый горожанин внутренне был готов к тому, что в любой момент из-за угла может выбежать смертельный монстр. Все старались перемещаться на метро — там пока за все дни не открылось ни одного Провала, и по интернету гуляли слухи, что сейчас это самый безопасный способ передвижения по городу. Сам я до Щукинской добрался на трамвае — мне так было проще и быстрее — всего несколько остановок от моего дома. Но пока ехал в полупустом транспорте, заметил, что машин на улице стало заметно меньше.

Покупатель ждал под козырьком торгового центра. Мужик лет сорока, в дорогом темном пальто и с большим черным зонтом. Рядом с ним стоял парень помоложе. То ли охранник, то ли кто — непонятно.

— Дмитрий? — уточнил мужчина. — Аркадий Сергеевич.

Мы пожали друг другу руки и отошли к его машине. Я достал из пространственного хранилища щит и оба меча, разложил их на покрывале в открытом багажнике. Аркадий Сергеевич по очереди осмотрел каждый предмет. Над клинками возникли знакомые строки с названием, состоянием и принадлежностью к Провалу. Покупатель, судя по застывшей позе, вчитывался в игровые описания. После он проверил кромки и баланс.

— Обычные. Без дополнительных свойств, — произнес он с заметным разочарованием. — И состояние не самое лучшее.

— Все повреждения были на фотографиях. Про