Ловелас. Том 9 - Илья Взоров

Прежде чем ехать в Вашингтон и нырять на дно клоаки, я сделал два важных звонка. Первый был в Лас-Вегас. В моей записной книжке сохранился телефон капо Рокко. Трубку сняли на четвёртом гудке.

— Пронто.

— Мистер Рокко? Кристофер Миллер.

В трубку ударил хохот и перешёл в кашель, сигарный, с мокротой.

— Кристофер! Мадонна миа… Как ты, рагаццо?

— Копчу потихоньку небо.

— О да! Этот дым доходит до нас в Вегасе! Смотрели, смотрели передачу с Маккарти. Белиссимо!

— Спасибо.

— Что случилось? Ты просто так звонить не станешь, я тебя знаю.

Знает он меня ровно две встречи, но приятно.

— Пока ничего серьезного. Я бы хотел встретиться с главой семьи.

В трубке зашуршало. То ли линия, то ли Рокко перекатывал сигару из одного угла рта в другой.

— А тебе зачем дон?

— Не могу сказать по телефону, сами понимаете…

— Понимаю.

Акцент у него от серьёзности сгустился, «понимаю» вышло с тремя лишними гласными.

— Кристофер. Дон новых лиц не любит. Даже друзей семьи. Он вообще никого не любит, кроме детей и голубей.

— Голубей⁇

— На крыше держит, разводит элитные породы. Не смейся.

— И в мыслях не было.

— Та-ак.

Он засопел.

— Скажу тебе как есть. Ты нам в Вегасе помог, это помнят. Потом камни, тоже по-честному, все заработали, довольны. Я поговорю. Но не обещаю, слышишь? Дон сам решит. Если решит, с тобой свяжутся. Ты же в Херст корп. сидишь?

— Да.

— Жди звонка. Неделя, может быстрее.

Я положил трубку, задумался.

Зачем мне дон, я и сам до конца не понимал. Но картинка складывалась. Хьюз воюет со мной на совете директоров, Гувер через прокуратуру и Бюро. Но самое опасное — это заказ на меня семье Профачи. Его надо снять. Захотят ли в Лучесе вписаться в эту историю? И что я могу предложить взамен дону семьи? Он же явно что-то потребует.

Второй звонок был проще. NY 77777.

Ответили с первого гудка.

— Пиццерия, слушаю.

— Это Кристофер Миллер. Пепперони, четырнадцать дюймов.

Я назвал адрес доставки.

— Заказ принят, сэр. Доставим за час. Если дольше — за наш счет.

Нормальный такой маркетинг…

* * *

Через сорок минут Хэнк провел в мой кабинет доставщика в фирменной куртке с принтом пиццы. Он был высокий, на полголовы выше меня, брюнет, волосы короткие, на косой пробор, чуть влажные от бриолина. Лет тридцать пять. Лицо длинное, южное, с такими лицами в Италии пишут святых. Нос когда-то сломан и сросся со ступенькой. А из-под брюк выглядывали коричневые туфли с перфорацией, дорогие, из хорошего магазина.

Не говоря ни слова, доставщик выглянул в приемную, убедился, что там никого нет — я отослал Оливию на обед — плотно закрыл дверь. После чего открыл коробку с пиццей, вытащил черный плоский прибор с лампочкой и витым шнуром. Нашёл розетку под книжной полкой, воткнул вилку и щёлкнул тумблером.

Коробочка загудела, потом к гулу прибавилось шипение, будто рядом на огромной сковороде жарили сало.

— Постановщик помех, — сказал доставщик. — Если в стенах есть микрофоны, они сейчас пишут прибой. Я Майк. Какой у вас вопрос, мистер Миллер?

— Можно просто Кристофер.

Английский у него был идеальный. Огайо, может Кливленд: ровный, плоский, с ленивой гнусавинкой. «Р» короткое, согласные мягкие, русского в нём не было ни на копейку. Встретишь такого в лифте, разговоришься и подумаешь, что продаёт страховки. Уже одно это говорило о классе!

Я показал ему на кресло напротив, он сел, начал меня разглядывать. А я его.

Кто ты, Майк? Глава нелегальной резидентуры в Нью-Йорке? Или один из тех, кого начальство держит для поручений? Если первое, то Москва ставит на меня по-крупному: первого человека нелегалки с картонной коробкой не гоняют. Если второе, значит, Майков у них в Штатах столько, что Гуверу и не снилось. Оба варианта нравились мне одинаково.

— Смелее, Кристофер. У нас указание максимально помогать вам. И за вашими проблемами я, признаться, слежу. По газетам. Хьюз?

— Хьюз. У нас началась корпоративная война. Он требует моей головы на совете директоров, рассказывает всем про мою поездку в Москву, собирает голоса. Но Хьюз это бизнес, с ним я как-нибудь разберусь. Моя главная проблема Гувер.

Майк сжал челюсть.

— Мистер Миллер. Фигуры такого уровня трогать строго запрещено. Это может привести к сильному обострению между ядерными державами. Последствия непредсказуемые, понимаете?

— Понимаю. Но убивать никого и не надо.

— Тогда что?

— Гувер, — сказал я, — скажем так… имеет нетрадиционные взаимоотношения со своим заместителем. Клайдом Толсоном. Двадцать с лишним лет. Каждый день обедают вдвоём в одном и том же ресторане, в отпуск ездят вдвоём, в Майами, на скачки в Дель-Мар. Мне нужны компрометирующие фотографии. Плюс возможность опубликовать их, точнее самые приличные из них, в какой-нибудь левой газете в Европе. Думаю, у вашего ведомства такие связи есть.

Ящик под полкой шипел. Майк смотрел на свои руки, потом в окно, откуда открывался потрясающий вид на Манхэттен. Достал из нагрудного кармана пачку «Честерфилда»,покрутил в пальцах и, не обнаружив пепельницы, убрал, не закурив.

— Откуда у вас информация о Толсоне и Гувере?

— Скажем так… У меня есть и свои источники. Если с вами не выгорит, задействую их.

Враньё от первой буквы до последней. Источник у меня был один: будущее. Книжки и пара документалок на Ютьюбе под пиво. Но Майк этого знать не мог. Зато он знал, что я недавно вернулся из Москвы с орденом и что помогать мне велел лично Лаврентий Павлович.

Майк кивнул.

— Я свяжусь с Центром. Надо получить санкцию. Такие вещи решаю не я.

— Сколько ждать?

— Сколько потребуется. Вам позвонят из пиццерии, уточнят заказ. Скажут пепперони — санкция есть. Маргарита — отказ.

Он встал и выдернул шнур. Ящик ещё погудел и затих.

Он закрыл коробку, сунул её под мышку и ушёл.

Я же мысленно потёр руки.

Скандал начнётся в Европе. Какая-нибудь швейцарская или шведская бульварщина, подальше от коммунистов, чтобы никто не подумал на Москву. Перепечатают лондонские таблоиды, они на такое падки и жрут все, что дают. А здесь мы все это в наших газетах и на ТВ аккуратно подсветим. Многословными опровержениями, праведным гневом. «Европейские клеветники посягнули на честь директора ФБР!» — шапка на всю полосу, а ниже, петитом, подробный пересказ того, что именно клеветники