Черный замок - Данил Коган

* * *

Заскрипели ворота. Лазутчики заранее насыпали чеснок перед будущими позициями. До лагеря диргов было метров триста всего. Минута бега. В доспехах — две, максимум три. Это если против нас не профессиональные спринтеры. Какое-то время должно уйти у противника, чтобы осознать, что происходит. Так что у наших стрелков всего три минуты, чтобы занять позиции и начать.

Морт перед атакой проверил лагерь. Диверсия сработала, так что из оставшихся семидесяти — восьмидесяти диргов атаковать смогут не все, но сколько?.. Дурацкие мысли. Мандраж.

Пошли, родные!

Охотники бросились вперёд, пыхтя и таща перед собой мантелеты. Остановились перед отметками на земле. Послышался чей-то приглушённый мат, и один мантелет упал. Так, у нас первые потери. Какой-то ёб… талант наступил на «чеснок».

Мантелеты упёрлись в землю.

Со стены раздался зычный голос Добромира и дребезжащий тенорок Профа. С башен к укутанному тьмой лагерю диргов метнулось восемь светящихся шаров.

Они осветили невысокий палисад — в рост человека примерно, — и канаву, выкопанную врагами. Над палисадом торчало с десяток голов.

Пока дирги охреневали от внезапной иллюминации, подносчики притащили жаровни и первые запасные пучки стрел.

По всей линии стрелков начала загораться пакля на наконечниках.

А за стрелками двумя ровными прямоугольниками уже выстраивались латники Рихарда. Мы с Шором во главе шайки костерогов составляли арьергард нашего небольшого войска.

— Готовсь! Поджигай!… Целься!… Залп! — во всё горло орал Харольд-Медведь.

Шуррсть, ширх, ш-ш-ш…

Стрелы по крутой дуге устремились к укреплениям. Сразу было понятно, что половина просто не долетит.

В этот момент Айвена, стоящая за охотниками, закончила речитатив на высокой ноте. Стрелы вспыхнули по всей длине. И будто подхваченные порывом ветра, обрушились на вражеский лагерь. Огненный дождь прям. Этот фокус она подготавливала целый день. Хватит на три полных залпа, с остальными стрелами она «не говорила». Не успела. Но даже так — первый залп вышел впечатляющим.

Со стороны лагеря раздались гневные вопли, забряцало железо.

— Готовсь! Поджигай!… Целься!… Залп!

Ещё один крик Айвены — и второй залп обрушился на укрепления огненным ливнем. Из лагеря начал идти дым, а его ворота распахнулись.

— Готовсь!

Дирги высокчили из проёма, выстраивая стену щитов.

— Поджигай!

Жидкий строй рассыпался, образуя коридор.

— Целься!

В коридоре возникла колесница, запряжённая адским высерком. Очнулся вождь.

— Залп!

Стрелы, подхваченные магией, обрушиваются точно на строй диргов, вскинувших щиты. Штук пять втыкается в шкуру ездового кабана, продолжая гореть. Несколько кое-как облачённых в доспехи фигур падает. Да сколько их осталось-то?

— Отступаем, бегом! — стрелки бросились назад в проходы между латниками.

— Махшен! — одновременно с приказом об отступлении лучников десяток Розенкранца на стенах положил стволы ружей на край парапета.

Ездовой кабан вождя бешено ревел и мотал головой. Горящие стрелы причиняли ему нешуточную боль.

Строй врагов, набирая скорость, двинулся к нам.

— Салве! Лоуфер! — это кричал Розенкранц со стены.

И карабинеры открыли «беглый» огонь. Это было эпично.

Строй щитов перед нами посыпался, как костяшки домино. После третьего залпа он стал напоминать зубы алкоголика-драчуна. До «чеснока» на земле добежало штук, наверное, пятнадцать тварей.

А я стукнул Шора по плечу рукояткой молота и бросил Тучку навстречу колеснице врага.

Секунды. Позади остались ворота и строй наших, делающих первые шаги и опускающих пехотные пики.

Удар был страшен. Колесница немного замедлилась на «чесноке», и я успел чуть подправить Тучку. Столкновение вышло «бортами» транспорта.

Кабана смяло и швырнуло куда-то в сторону. Раздался треск дерева и скрежет металла, и колесница превратилась в кучу-малу из обломков, в которой копошился вождь. Он пытался встать, но я, не жалея силушки, приложил его по кумполу шлема своим молотом.

Хрясь! Треск. И тушка в золочёных доспехах рухнула посреди обломков колесницы.

Я быстро огляделся.

А всё. Латники уже практически закончили работу.

Весь бой у нас занял — пятнадцать минут максимум.

Я развернул Тучку и погнал её вдоль линий, обозначающих границу разброса чеснока. Затем ещё раз завернул и направил в сторону лагеря диргов.

Несколько арбалетных болтов свистнули рядом. Один отскочил от кирасы. За мной слышался мерный топот — Шор вёл в атаку остальную троицу тяжеловесов. Позади нас латники тоже огибали ловушки. Лучники вновь высыпали из ворот, чтобы присоединиться к веселью.

Осталось зачистить лагерь.

Но кажется, мы справились

В лагере нас встретило несколько лежачих диргов, в том числе один, лицо которого было обезображено кислотой. Увидели мы и тени перемахнувших через частокол арбалетчиков. Ну, ничего — их снаружи есть кому встретить.

Весело полыхали палатки и несколько телег, кое-где огонь подбирался к частоколу. На земле лежало несколько тел, пробитых стрелами. А ещё в лагере воняло испражнениями — вся левая сторона частокола была засрана.

В общем, наш план сработал на все сто.

Следующие двадцать минут мы занимались тушением огня. Раненых и недееспособных диргов повязали и отправили в Рубежное.

Я подошёл к Крису, который осматривал место эпичного побоища с брезгливой и слегка недовольной физиономией. Да уж, не слишком это всё похоже на героический героизмус. Никакого тебе эпоса с пафосом. Перефразируя одного триумвира: траванули, обстреляли, перебили. Ничего, парень. Сюда идут дружки этих покойников. Вот там и навоюешься. Ничего подобного я, конечно, вслух не сказал. Я к нему по другому вопросу подошёл.

— Крис. После того как вывезут трофеи, нужно будет приказать ополченцам разобрать частокол и засыпать ров. Незачем оставлять врагам готовое укрепление. Пусть поработают над его восстановлением.

— А? Хорошо, Илья, я прикажу. Согласен, пусть поработают — весь бой в поселении отсиживались. Ты думаешь, придут новые?

— Уже вышли. Шор же должен был доложить.

— Мне ничего не передавали, — Крис нахмурился ещё больше.

Упс. Ну, я не хотел, честное слово. Кто-то из «помощников» решил, что инфа о подкреплении для пацана будет лишней.

— Ну, мы сами недавно узнали, — попытался я сгладить углы. — Так что, скорее всего, не успели.

Я пересказал ему разведданные от нашей летающей башки и выводы Шора. Крис закусил губу.

— Ну, мы легко справились с сотней тварей, думаю, три с половиной тоже не станут проблемой!

Захотелось влепить засранцу затрещину. Но я, конечно, сдержался.

— Давай обсудим всё в Рубежном. Если ты соберёшь штаб прямо сейчас, у меня будет что сказать.

— Да. Хорошо. Триста капель. В банке. Сейчас распоряжусь